НеНужный (СИ) - Пырченкова Анастасия - Страница 27

Помимо этого шеи коснулся ласковый поцелуй. И ещё один. И ещё. На этот раз с плеч поползли тонкие лямки лифа.

— Сними его, — тихо потребовал Стас, отстраняясь. — Хочу видеть всю тебя. 

Он отошёл, и я остро ощутила недостаток его близости. Тёплый воздух показался как никогда холодным. Но этот контраст только прибавил возбуждения. Я, стоя всё так же спиной к Стасу, расстегнула застёжку лифа и бросила его на пол к остальной одежде. 

— Трусики — тоже, — донеслось хриплое от Егорова, вместе с тихим шелестом снимаемых им вещей. 

Память тут же подкинула образ полуобнажённого Стаса. И остатки нижнего белья я с себя почти сдёрнула, потянувшись к чулкам.

— Нет. Чулки оставь, — остановили меня резким тоном. — Повернись ко мне, — очередной приказ, который я безропотно исполняю. 

И тут же забываю, как дышать. Потому что Стас Егоров предстаёт передо мной в своей совершенной наготе. В свете Луны так и вовсе кажется идеалом, сошедшим с обложки какого-нибудь гламурного издания. И я откровенно любуюсь им: широкими плечами, натренированными мышцами груди, живота…  

Впрочем, всё это меня интересовало ровно до того момента, пока взгляд не наткнулся на возбуждённую мужскую плоть. В первое мгновение малодушно зажмурилась. Не готова я оказалась вот так без предупреждения увидеть его… таким. 

Моя реакция не осталась незамеченной. Раздался смешок. 

— Неужели, бесстрашная принцесса испугалась голого мужчину? 

А-а-а! Чтоб ему пусто было! Вместе с его шуточками! 

Но зато они же привели меня в чувство. Неловкость испарилась, как не было, и я посмотрела на него уже повторно без всякого стеснения. Опять плечи, живот, возбуждение… 

Господи, и как это должно будет происходить? 

Нет, понятно как. Но! Чёрт! Он же такой большой! Или это от страха мне так кажется? 

Я вдруг поняла, что действительно страшусь того, что должно произойти. И даже знания от просмотра порно не помогали. Одно дело наблюдать за другими, другое — личное участие в чём-то подобном. Лучше бы Стас не раздевался! 

А этот нехороший человек… Он улыбался. Рассматривал меня и улыбался, хотя в голубых глазах застыло напряжение. 

— Ты безумно красива, Ариша, — проговорил вкрадчиво, делая шаг в моём направлении. 

Я же взгляда не отводилась от той его части тела, которая, показалось, стала ещё больше. 

С ума сойти можно! 

— Тебе страшно? — задал Егоров новый вопрос, остановившись в полушаге от меня. 

— Немного, — призналась честно. — Я не уверена, что… — махнула рукой на него. 

Стас окончательно приблизился ко мне, после поддел пальцами мой подбородок, вынуждая смотреть исключительно ему в глаза. 

Светлый взор смотрел мягко и участливо, затягивая в свой омут с головой. Кажется, нет ничего больше вокруг. Только он, я и живущий в глубине его глаз бесконечный космос. И тихий гипнотизирующий голос, обволакивающий разум плотным туманом. 

— Не думай об этом. Ни о чём не думай. Просто доверься мне. 

И я верила. Смотрела и понимала, что иначе и быть не может. Не рядом с ним. 

— Я верю, — озвучила свои мысли, уже сама прижимаясь к нему вплотную, положив ладони на грудь. 

Кожа его оказалась невероятно горячей, почти обжигающей. И я впитывала это тепло. А затем слегка приподнялась на носочки и поцеловала его в подбородок. 

Стас шумно выдохнул и стиснул в крепких объятиях. 

— Я дурею с тебя, принцесса, — прошептал он и ласково погладил по щеке. — Ты, как несбыточная мечта. Прекрасная, нежная, желанная. Такая нереальная. Мне почему-то кажется, что я сплю. Что стоит закрыть глаза, и ты исчезнешь. Что нет тебя вовсе. Мираж. И я вовсе тебя выдумал. Нарисовал в сознании. 

— Какие странные мысли, — не могла не улыбнуться. 

— Это всё потому, что таких, как ты, не бывает, — вернули мне улыбку. 

— Но я есть. И я с тобой. Не веришь своим глазам, доверься ощущениям. 

Не знаю, что произошло точно, но его откровения придали смелости. Я вновь ощутила почву под ногами. И вместе с тем опьянела от таких признаний. Так и хотелось ответном рассказать о своих чувствах. Но я не решилась. На словах. Зато вложила их в поцелуй. Всю свою любовь, жажду и потребность быть с ним. Ещё и за плечи обняла сильнее, притянув к себе. 

Руки Стаса обвили талию, но пробыли там недолго. Почти сразу спустились ниже, подхватили под ягодицы и приподняли над полом, вынудив обхватить его торс ногами. Он шагнул вместе со мной к дивану, усадил на спинку, продолжая с упоением целовать. А его прикосновения больше всего напоминали жажду давно бредущего по пустыне человека, наткнувшегося на долгожданный оазис с кристально-чистой водой. Окунулся с головой в эту воду, в одночасье утянув за собой на это дно и меня.

Я не запомнила, как и когда мы переместились в его спальню. Растворилась в происходящем, отринув прочь все мысли. Мне просто хотелось чувствовать Стаса. В конце концов, я так долго этого ждала. И пусть это будет лишь раз, плевать. Лишь бы он продолжал снова и снова касаться меня, целуя так нежно, что дыхание перехватывало каждый раз. Хочу чувствовать его каждой клеточкой тела, дышать им. Таким настоящим и моим.

Кажется, я всё-таки признавалась ему в любви. Не помню. Ничего уже не помню. Лишь ощущение горячего тела надо мной. Лёгкая боль и та прошла мимо сознания. Важным остались резкие и глубокие толчки и затягивающее в свой водоворот наслаждение. Одно на двоих. И глаза цвета летнего неба. Что смотрят в самую душу. В которые я смотрела, не прекращая. Даже когда всё завершилось. 

Стас, тяжело дыша, почти сразу уткнулся лбом в моё плечо, что-то едва слышно проговорил и замер так ненадолго.

— Стас? — позвала я его растерянно.

— Ммм?

— Всё хорошо? — поинтересовалась на всякий случай.

И тут же ощутила себя идиоткой. Нашла, о чём спрашивать.

Вот и Стас коротко рассмеялся. Посмотрел на меня с ласковой улыбкой.

— Вообще-то это мне положено задавать такой вопрос, — хмыкнул, отстраняясь и усаживаясь рядом.

Смотрел на меня при этом до того странно, что я поспешила прикрыться.

— Со мной всё хорошо, — заверила, уставившись в окно.

— Поэтому ты от меня прячешься? — подколол он меня, вызвав закономерное смущение помноженное на возмущение.

Правда, со словами так и не нашлась по итогу. Благо, Стас не стал настаивать на ответе. Как и оставаться. 

— Я отойду ненадолго, — предупредил, поднялся и, как был голым, так и направился на выход из спальни. 

Испытала иррациональное чувство досады и злости на себя.

«А ты что хотела? Что он тебе в великой любви после этого признается и замуж позовёт?» — съехидничал внутренний голос.

Нет, не думала, но хотелось бы немного иного — это да. Чтобы обнял, крепко прижал к себе, и я бы так и заснула рядом с ним. Или ещё что-нибудь такое. Романтичное. Впрочем, само произошедшее изначально не несло в себе ничего подобного, поэтому глупо обижаться на парня. Если только на себя. 

Не стала дожидаться возвращения Егорова, укуталась в одеяло и слезла с постели, старательно игнорируя неприятные ощущения. Не болезненные, но доставляющие определённого рода дискомфорт. Слезла и замерла на месте, со стыдом разглядывая небольшое бурое пятно на простыне. 

Вот же блин!

Я когда говорила о её пачкании, не думала, что выйдет настолько буквально. 

Первым порывом было содрать бельё с кровати и спрятать, пока Стас не увидел, но представила, как это будет выглядеть, и резко передумала. Но и не оставлять же вот так?

Пока размышляла, вернулся Стас.

— Ты чего застыла? — полюбопытствовал, подходя ближе.

Я же покраснела. Не то из-за пятна, не то из-за того, что он по-прежнему пребывал голым. И второй раз за последние минуты не нашлась со словами. Впрочем, Стас и сам всё понял. Улыбнулся понимающе, приблизился и схватил меня в охапку.

— А я тебе говорил, что ты ещё очаровательней, когда смущаешься? — прошептал на ухо, поцеловав в висок.

Всё! На моих щеках можно смело что-нибудь жарить!