Спорим, моя? (СИ) - Шантье Рошаль - Страница 1

Рошаль Шантье

Спорим, моя?

Глава 1

— Эй, красотка! Красотка! Обернись же, стой! — кричат сзади и я даже слышу, как сигналят, потому и оборачиваюсь. Потому что лицезреть любопытно ту самую неземную красоту, в адрес которой орут комплименты. Громко орут. На всю улицу, а у меня болит голова!

— Ну наконец-то! — наигранно вздыхает преследователь. Наигранно, потому что он не бежал, а ехал на икс пятой бэхе. — Ты что, меня не слышала?

— Слышала, и не только я. Вон погляди, еще пол квартала слышало! Тебе чего вообще? — огрызаюсь. Не признаваться же мне, что не ожидала внимания короля университета, по которому страдала первые полгода первого курса.

— Меня Макар зовут, но ты знаешь, наверное? — улыбается своей красивой обезоруживающей улыбкой. В курсе ведь, гад, как она на девчонок действует. Не одни трусы с помощью одной своей зубоскалки снял.

— Не знала, — нагло вру, — но теперь знаю. И что?

— Падай, детка, подвезу.

— Ой, нееет, благодарочка, мы уж и сами с усами как-нибудь на зеленом друге домой доберемся. А вот, кстати, и он. Ты окно закрывай, Макар, а то ухо простудишь, — киваю ему и бегу на остановку к своему автобусу.

Безумно довольная собой, пикаю телефоном, оплачивая проезд и плюхаюсь на свободное сидение. Кааайф. Отшить Макара Ветрова. Раньше мне казалось это романтичным: Ветров и Туманова, взять двойную фамилию и наслаждаться… тут в моей голове проносится звук сворачиваемой видеоплёнки, и я вспоминаю как узнала, какой он все-таки бабник! Он же всё, что движется… кхм… ну понятно, в общем то, что он полностью соответствует своей фамилии. Ветренный и заносит его во все стороны попутным. Эх… А мне верного нужно обязательно. Теперь я над фамилиями не задумываюсь, главное, чтобы не Криволапко или Бухарь… И Аланьев. Вот всем хорош препод, и мужик заботливый, Тайка вон счастливая бегает, но фамилия точно дуратская! Марк Валентинович Аланьев кто это придумал?!

Смартфон блымает сообщением. Вспомнишь солнце — вот и лучик.

«Минут через двадцать уже буду у тебя, всё норм, правовичка задержала» — отвечаю Таисии Жаровой* и кидаю взгляд в окно. И вижу… бэху Макарову вижу!

И чего прицепился, спрашивается? Он меня сколько времени не замечал, а тут ветром принесло! Каламбур…

Отворачиваюсь и утыкаюсь в телефон, но время от времени все-равно посматриваю на дорогу и сначала мне даже кажется, что показалось. Крутой тачки за окном не вижу и успокаиваю себя тем, что нам оказалось по пути и он обогнал автобус. Но сейчас! Он опять там.

И когда я выхожу на своей остановке Макар быстро паркуется, вытаскивает себя из тачки и встает прямо передо мной. Выражение моего лица, наверное, офигевшее, об этом кричит его самодовольный фейс, при этом здорово раздражая.

— Я опаздываю, Макар. Чего тебе надо?

— Свидание, детка. Просто свидание.

— Ты башкой зацепился, пока из тачки выпрыгивал? — вспыхиваю, сузив глаза, — отцепись от меня и езжай по своим делам, а я буду думать, что ты мне приснился.

— Так значит, мечтаешь обо мне? — левый уголок его тонких губ приподымается в ухмылке.

— Если это случится я непременно обращусь к психиатру, — бурчу и обойдя его иду к Таиному дому. У нас дивичник, который уже месяц откладывается и сегодня мы просто обязаны осушить приготовленные заранее две бутылки красного.

— Ты пойдешь со мной, детка. Я уж постараюсь, — слышу вдогонку, но не оборачиваюсь.

Между безумно красивым, но ветренным парнем и лучшей подругой с бутылками вина, я однозначно выбираю второе.

— Аривидерчи, малыш, — кричу, подняв вверх руку и выставив средний палец.

Арина Туманова — это вам не очередная краля. *** Таисия Жарова и Марк Аланьев — главные герои романа "По секрету твоя".

Глава 2

— Хорошо вчера посидели, — обращаюсь к подруге, когда мы поднимаемся по лестнице в двадцать вторую аудиторию, — вообще надо бы почаще собираться, Тай. Потому что с тех пор, как ты стала без десяти минут Аланьевой, видеться мы стали намного реже. — Я без упрека, но Тая мягко улыбается.

— Мы ещё все-все наверстаем, Аришка. Честно-честно, — обещает она перед тем, как свернуть за угол.

— Честно-честно, — кривляюсь и ловлю в толпе взглядом Настю Слинько, с которой у меня общий проект по отраслевой экономике. Четвертый курс, всё серьезно, все дела. Поднимаю руку, чтобы помахать Насте и врезаюсь во что-то.

Во что-то, что говорит:

— Привет, детка.

— Пока, сладкий, — вскидываю голову и отхожу назад на приличное расстояние. Такое, где я не чувствую его парфюм. Неплохой, кстати.

— Я жду свидания, красотка! — громко говорит, никого не стесняясь Ветров, и добавляет чуть тише, без улыбки в голосе, — А я не люблю ждать.

— Советую запастись зеленым чаем и обустроить подоконник пледом, чтобы ожидание было комфортным. Потому что ждать тебе придется вечность. — кривлю губы в ехидной улыбке и обойдя короля, а следом и всю его многочисленную свиту, направляюсь к Тае, которая меня ждет. Со Слинько потом.

— Это он чего? — спрашивает Жарова, округлив глаза. Конечно, она знает его. Его все знают.

— Понятия не имею. Прилип какого-то водяного со вчерашнего дня. Раздражает, — фыркаю и оглядываюсь по сторонам.

На нас все пялятся. И если Жарова к популярности привыкла, после того как напялила на палец булыжник Марка, и все поняли, что их отношения — это не переспать и не на неделю, то я нет. Тем не менее, гордо вскидываю голову и шествую по коридору вуза, будто по красной дорожке как богиня, ну или Рианна на худой конец. Подходим к двадцать второй без трех минут до начала пары. Лекцию по логике ведет сухенький старичок Кожедуб, который всегда опаздывает, так что мы с Таей без зазрения совести усаживаем свои пятые точки на место второго ряда, уже ставшее нашим.

— Эй, Ари, приходи на вечеринку в пятницу, а? — говорит Голубев, перегнувшись через третий ряд и всунув свою башку между нами.

— У кого? — поворачиваюсь к нему. Я давно нигде не тусила большой компанией. Если мы и собирались, то с Таей вдвоем и однажды к ним присоединились Аланьев и братец Владик, с которым мы достаточно близки. Так что я с удовольствием бы поправила положение и разбавила учебную неделю.

— У Ксюхи Федоровой, — кивает в сторону той, кого раньше мы звали Маркофанаткой.

— Подумаю, но спасибо.

— А меня не зовут… — с улыбкой произносит Тая, когда Коля уже приземлился на свое место. Не уверена, что университетский сплетник не греет уши, даром, что пацан, но не знаками же переговариваться!

— А ты бы пошла? — склоняю на бок голову.

— Неа.

— Вот поэтому и не зовут, а еще, потому что ты невеста препода, — оглашаю прописные истины. Тая пожимает плечами, а в аудиторию входит Кожедуб, так что мы открываем тетради и закрываем рты.

После пар заглядываю в кафетерий за мини-пиццей. Она странная, но мне почему-то нравится. Тая уже уехала вместе со своим преподом, а я жду брата. У Влада какой-то срочный разговор. Видимо настолько срочный и важный, что он даже готов забрать меня из универа, хотя живет и работает братец на другом конце столицы. Беру пищу, чтобы думалось приятнее и кофе, чтобы писалось яснее и достаю конспект по злощастной отраслевой экономике и начинаю строить график. Хоть до Слинько я сегодня не дошла, но проект сдавать уже на следующей неделе, а у нас еще конь не валялся. В этом полугодии преподы как с ума посходили. На дворе октябрь, а у нас уже завал форменный. Студенты завывают так, что их в деканате слышно. Если четвертый курс такой адовый, то что на пятом будет. А на шестом… Половина наших после двух месяцев учебы заявило, что не идет, а я бы рада поддержать, вот только закончить хочу, чтобы уже не оглядываться, да к тому же, мне нравится учиться.

Подымаю глаза, потому что через два стола от моего падает стул. Миша Латаев главный придворный шут Ветрова, судя по всему, снес его, врезавшись.