Три подруги и древнее зло (СИ) - Солнцева Анастасия - Страница 21

— Найди информацию про Кетцалькоатля, — Ян проигнорировал выпад подружки, лишь его правый глаз нехорошо дернулся. — Изучи всё, что сможешь найти.

— Это на каком языке? — изумилась я и полезла в бардачок за бумажкой и ручкой, чтобы записать по слогам. — На шумерском?

— Изучишь — узнаешь, — не захотел сообщать еще что-либо полезное Ян.

— Слышишь ты, большой дядя с большой горы, — вновь полезла к нему Ниса. — То, о чем ты просишь вообще-то называется консалтинг и за это не фиговые такие бабки берут.

— О, ты новое слово выучила? — насмешливо хмыкнул Ян и потрепал подружку под загривку, как щеночка. — Молодец, хорошая девочка.

— Я тебе сейчас руку откушу, — пообещала она тоном, предвещающим скорую кончину.

— Не успеешь, — заулыбался Ян и… растворился в воздухе. Открылась и сразу же захлопнулась дверь.

— Бесит, — прорычала ему вслед Ниса. — Вот как у него это получается?!

— Бесить тебя? — рассеяно спросила я, старательно записывая названное Яном слово и размышляя, правильно ли запомнила.

— Нет, исчезать и появляться, когда вздумается!

— Он — вампир, живущий в этом мире не один десяток лет, — заявила я так, как будто это все объясняло. На самом деле, этот факт объяснял, если не всё, то многое. — А еще он, очевидно, научился вскрывать автомобили, явно устроив нам засаду.

Только в третьесортных ужастиках вампиры шарахаются при виде осинового кола и, задрав подолы старинных платьев, сбегают от звона церковных колоколов. На самом деле все проще. И страшнее — не боятся они ни церковных атрибутов, ни выструганных из дерева колышков. Убить вампира возможно только орудием, покрытым серебром — отрубив голову или вырезав сердце. В гробах клыкастые тоже не спят и, соответственно, не восстают из них. Образ жизни вампиров схож с человеческим, разве что только обычная еда им кажется безвкусной, но они могут её есть. Все это касается как рожденных вампиров, так и обращенных. Только у рожденных больше преимуществ — они, как правило, из очень богатых семей, благодаря качественному и регулярному питанию живут дольше, в отличие от обращенных способны иметь детей и владеют магией, которая с годами становится только сильнее. Следовательно, чем старше рожденный вампир, тем он могущественнее. Ян вот, например, умел становиться невидимым, но что-то мне подсказывало, что талантов у Князя имелось гораздо больше, чем он демонстрировал.

— Не того ты Бэтмэном обозвала, подруга. Ой, не того, — покачала головой подружка. — К Темному Рыцарю следовало бы приравнять другого участника нашей славной пьесы с бесконечным количеством актов. Знаешь, что общего у твоего дружка с дядей в черном кожаном костюме? — И Ниса ткнула пальцем на сидение, которое еще хранило очертания минуту назад сидевшего на нем вампира.

— Востребованность у женщин? — выдвинула я самое очевидное предположение, заводя мотор.

— Нет, — в предвкушении улыбнулась Ниса, пока я озиралась в поисках удачного места для разворота. — Он, как и твой вампир, абсолютно бестолковый персонаж.

— Вот, и чего ты на него кидаешься? — начала злиться я. — Только сегодня заявляла, что он для меня — идеальная партия. Ты бы уже определилась!

— Я уже давно определилась! Если бы он тебя на свиданку пригласил, а еще лучше — сразу замуж, я бы слова не сказала! И еще сама бы тебя из дома выпихнула прямо в объятия этого кровососа! Но он же не за этим приперся!

— Я и сама не до конца поняла, зачем он приходил, — пробормотала я. — Лично мне показалось, что он пытался нас предупредить о грядущей опасности.

— Не факт! — рявкнула подруга. — Может быть, наоборот! Заявился, чтобы утянуть нас в болото проблем еще глубже. А мы еще с предыдущими проблемами не разобрались! А он нам уже горизонты новых неприятностей обрисовал!

— Успокойся, все будет нормально, — попыталась я убедить подругу и себя заодно. К этому моменту мне удалось на задней передаче вернуться в начало переулка и выехать на основную дорогу.

— Знаешь, что? Мы опять попадем в передрягу! Я это поясницей чувствую! — заявила Ниса, пока я ждала удачного момента, чтобы встроиться в поток машин.

— Какая беспокойная у тебя поясница, — покачала я головой, выруливая из переулка, воспользовавшись образовавшимся просветом.

— Она чешется!

— Это лечится. Уверена, хороший врач тебе поможет.

— Я не хочу в больницу.

— Почему?

— Я кусаюсь.

— Тем более. Ты несешь бред, а это значит, что в больнице тебе самое место.

— Я несу бред, но ты все равно меня слушаешь.

— Только потому что ты продолжаешь говорить. У меня нет выбора.

Так, пререкаясь и переругиваясь мы добрались до офиса.

Едва только переступили порог, как нам на встречу вырулило наше местное широкоплечее достояние на окладе.

— Привет, Стаси… Тьфу ты! То есть, привет, Стас, — поздоровалась я, мысленно посоветовав себе прикусить язык, ведь с легкой подачи совсем не легкой Инги это сладкое «Стасик» уже успело прилипнуть ко всем, даже ко мне, хотя я никогда не испытывала тяги к использованию уменьшительно-ласкательных прозвищ.

— Привет, Ди, — улыбнулся мой подчиненный. — Как спалось?

— Отвратительно, — не скрывая своего паршивого настроения ответила я и потопала в свой кабинет.

— Что-то случилось? — вопрос адресовался к оставшейся позади Нисе.

— Нет, просто неудачный партнер на ночь. Ну, знаешь, даже хорошее в избытке превращается в плохое, — поведала подружка, а я, услышав это, изумленно обернулась. Увидела шальную улыбку Нисы и чуть отвисшую челюсть Стаса, который очевидно в этот момент размышлял, правильно ли он все услышал.

— Ты чего ему такого наплела? — грозно уставилась я на подружку, которая ничтоже сумняшеся втолкнула меня в мой собственный кабинет и плотно притворила дверь.

— Ничего я не плела, просто импровизировала, — Ниса рухнула в кресло и потянулась к блюдцу с орешками.

— Наврала, — подытожила я, швыряя сумку на стул.

— Творчески обыграла, — поправила меня несносная банши и тут же улыбка пропала с её лица, а глаза оставили попытку убедить мир в глупости хозяйки. — Я тут кое-что нашла, хочешь, поделюсь информацией?

— Ты ведь все равно расскажешь, — пристроилась я на краешек своего письменного стола. — Так что, выбора у меня нет. Дерзай!

— Я тут навела справочки, — начала подруга. — Относительно того, что просил тебя узнать Ян…

— О, ты гуглила! — усмехнулась я, увидев, как Ниса полезла в карман за телефоном.

— Да, но главное в другом, — отмахнулась она и стала зачитывать мне с экрана: — Слушай! «Кетцалькоатль — один из самых почитаемых богов ацтеков, прошел путь от бога плодородия до бога-создателя. В переводе его имя означает «Змей, покрытый изумрудно-зелеными перьями птицы кетцаль».

— Очаровательно, — хмыкнула я.

— Слушай дальше, — потребовала Ниса, воздев указательный палец вверх и этим жестом требуя внимательности: — «Хотя Кетцалькоатль считается божеством ацтеков, поклоняться ему начали еще в глубокой древности, за многие сотни лет до нашей эры. Основные сведения об этом божестве относятся к упоминанию его противостояния ягуароподобному божеству ветра Тескатлипока. Так начиналась борьба Змея против Ягуара…».

Ниса умолкла, подняв на меня просиявшее лицо.

— Понимаешь?

Я лишь кивнула.

— Дальше.

— «Тескатлипока — одно из главных божеств у ацтеков и поздних майя. Он прошел путь от духа-повелителя ветра до бога-разрушителя. Изначально олицетворяя воздух и бурю, и являясь источником необходимого для жизни дыхания, Тескатлипока обладал всеми необходимыми качествами, чтобы стать главенствующим богом. Впоследствии, он обрел функции бога судьбы и бога удачи. Носил с собой огненное зеркало, с помощью которого наблюдал за деяниями людей на земле. Мог принимать несколько обличий, одно из которых Йоали Ээкатль, «ночной ветер». Под его личиной он носится по дорогам, стремительный и злой, обрушая свой гнев на первого, кто попадется ему на пути. Но если в схватке жертва победит, бог обязан выполнить любое его желание».