Глазами пришельца (СИ) - Влизко Виктор Борисович - Страница 88

— Я тоже загрустила, — вздохнула Люба. — Особенно после Сонькиной статистики.

— Она мелет что попало! — Родион обнял жену. — Надеюсь, после её слов не раздумаешь иметь детей?

— Поздно уже раздумывать, — тихо ответила Люба.

— Любаша! Ты… правда?!

— Правда.

— Солнышко ты моё!!! — и закружил жену по тесной кухне. И тут же спохватился. — Зачем же ты форточку открыла?

— Так жарко же.

— Жар костей не ломит. А вот сквозняк нам ни к чему. На дворе декабрь месяц. А когда рожать будем?

— Рожать я буду, — уточнила Люба.

— Ну, я тоже, так сказать, участвую в процессе, — Родион покрывал лицо любимой поцелуями. — Так, когда наша семья увеличится?

— В сентябре.

— Ты роди богатыря мне в начале сентября! — продекламировал Родион.

— Хорошо. А ты помой посуду, — ласково попросила Люба.

— Что-то у меня голова закружилась, — сразу изобразил страдание на лице Родион.

— Голова у тебя закружилась? — в голосе Любы зазвучали стальные нотки. — Папа на шее у мамы сидит, и ты решил ножки свесить?

— Любонька, я пошутил.

— Никаких шуток! Домашние обязанности разделим поровну!

— И что выпадет на мою долю?

— Стирать, готовить, убирать квартиру, ходить по магазинам…

— Постой! А тебе что останется?

— Буду рожать, ухаживать за ребёнком, заниматься его воспитанием.

— Что-то у меня и живот заболел, — Родион схватился руками за живот. — Мне определённо полежать надо, обдумать твоё предложение.

— Это не предложение, а программа к действию! — сурово поправила Люба.

— Согласен, — Родион обнял грозную жену. — Только я ведь ничего этого делать не умею. Давай немного за тобой понаблюдаю, поучусь, а потом уж, как говорится, в бой!

— И сколько тебе надо времени на учёбу? — чувствуя какой-то подвох, спросила Люба.

— Лет двадцать, не больше, — и покрепче обхватил жену, предупреждая её агрессивные действия. Но она только рассмеялась.

— Какой хитрый. Ладно, симулянт, начнём обучение. Бери полотенце, вытирай посуду и ставь её на стол, — скомандовала весело.

— Лучше соберу полочку для посуды, — вспомнил Родион о подарке соседки.

— Действуй, — согласилась Люба и вновь, рассмеялась, наблюдая, какой деловой вид принял, дурачась, муж.

Превратности судьбы

Родион тихо открыл дверь, разулся и, не снимая полушубка, проскользнул на кухню. Монотонно тикали часы на стене. В такт им капала вода из крана. На отрывном календаре застыла цифра 5, марта месяца. Какой подарок приготовил любимой на восьмое марта! Медленно опустился на стул и обхватил голову руками. Неподвижно сидел так, пока не заскрипела дверь и на кухню не выглянула заспанная Люба в короткой розовой комбинации. Поспешно встал навстречу, не решаясь взглянуть супруге в глаза.

— Ты что здесь делаешь? — спросила Люба и, не дожидаясь ответа, подошла и помогла мужу снять полушубок. — Что так поздно?

— Задержался. Надо было, — потерянным голосом сказал Родион.

— Что с тобой, — Люба бросила полушубок на пол и схватила мужа за плечи. — Что случилось? Рудик? На тебе же лица нет?!

— Случилось, — Родион попытался отвернуться, но Люба крепко удержала.

— Рассказывай, пожалуйста, не молчи!

— Я попал в аварию, — решился сказать Родион.

— Ты ранен? — дрогнул голос девушки. Она быстро осмотрела мужа.

— Нет, — замотал головой Родион. — А вот у Олега Павловича лёгкое сотрясение мозга.

— Но это же не смертельно? — Люба вспомнила, что новый начальник, которого возил муж, не жаловал его своим вниманием. — Что врачи говорят?

— Врачи ничего не говорят, — вздохнул Родион. — А Олег Павлович сказал, что больше я водителем в крайкоме работать не буду.

— Ну и подумаешь! — Люба прижалась к мужу. — Главное, ты живой и невредимый. А работы на наш век хватит.

— Как ты не понимаешь! Это же катастрофа! — Родион сжал руки жены, но, увидев гримасу боли на её лице, тут же отпустил. — Прощай дефицитные продукты!

— Ничего страшного, будем питаться, как все.

— Прощай бесплатные путёвки на юг!

— Мы всё равно ещё ни разу не воспользовались.

— Прощай квартира!

— Квартиру отберут? — дрогнул голос Любы.

— Она же у нас служебная, — Родион закрыл глаза. И сразу увидел надвигающееся дерево. Удар… А ведь предупреждал, что дорога скользкая! Но Олег Павлович очень спешил и требовал ехать быстрее. Ну, почему Родион пошёл на поводу?! Понадеялся на новые покрышки. А они не спасли. На повороте машину занесло. Сделал всё возможное! Если бы Олег Павлович не вцепился мёртвой хваткой в свой портфель! Лучше бы голову закрыл руками… А как потом ругался! Поток брани не прекращался до приезда скорой помощи.

— Рудик, — Люба подняла голову. — Не думай ни о чём. Главное, мы вместе и любим друг друга…

***

С работы Родиона уволили. Но квартиру не отобрали. Или пожалели молодого парня с беременной женой, или из-за дяди, который уверенно шагал по служебной лестнице в другом городе. Так или иначе, но Родион воспрянул духом. Отец и тесть звали на алюминиевый завод, но он пошёл работать на железную дорогу. Устроился составителем поездов на станцию Красноярск. Работа нравилась. Правда, приходилось работать посменно, в том числе и по ночам. Зато было больше свободного времени, что оказалось, как нельзя кстати в сложившихся условиях! Ведь если раньше без проблем приобретал продукты в крайкомовском буфете, то теперь, чтобы порадовать жену чем-нибудь особенным, приходилось тщательно обследовать магазины. И не только близлежащие. Постепенно приходило понимание, что жить в центре не такое уж и большое счастье. Очереди стали привычными. Они возникали ещё до открытия магазинов и исчезали в конце рабочего дня, когда люди понимали, что ждать больше нечего.

Родион поражался стойкости красноярских женщин. Тяжкое бремя по обеспечению семьи продуктами они мужественно взваливали на свои плечи и несли, слегка горбясь и переминаясь с ноги на ногу. И как только повсюду успевали? Родиону было труднее: из-за работы не было возможности стоять в очередях часами. И поэтому приходилось забираться на самые окраины, чтобы принести домой тот же кусок колбасы. Хорошо частенько выручали родители. Но их помощь почему-то угнетала. Казалось, что этим они подчёркивают его неспособность обеспечить семью хлебом насущным.

Вот и этим летним июльским днём, будучи выходным, Родион с утра устремился по магазинам в надежде купить хоть что-нибудь из возрастающего с каждым днём списка дефицитных продуктов. Но невезение преследовало на каждом шагу. Помог какой-то старушке поднести чемодан до дому и опоздал к открытию овощного магазина. А туда завезли бананы! Когда подошёл, людей уже было больше, чем экзотических фруктов. В фирменном магазине продавали куриные потроха. Люба их так любила! А он пожалел бабушку с маленьким внуком и, не обращая внимания на возмущённый рёв толпы, пропустил вперёд себя. Бабушка купила последние. Сглотнув слюну, кинулся в «Домовую кухню». Ура! Выкинули жареную печень! Оставалось всего два кусочка, когда подошла очередь. Хороших, больших куска! И тут за спиной раздался старческий голос, утверждающий, что молодой человек обогнал её, пенсионерку, в дверях и оказался впереди, поэтому теперь ей не достанется печёнки, которую якобы прописал врач. Родион, в самом деле, обогнал старушку и потому молча уступил. Кушайте на здоровье. Если врачи и дальше будут выдавать такие рецепты, то скоро в городе не останется пенсионеров. На улице обратил внимание на женщину, которая хвасталась перед подругой, что купила копчёные рёбрышки в магазине «Диета». Устремился туда, но по пути попался слепой старик с тросточкой, который стоял на перекрёстке и громким голосом просил перевести через дорогу. Все, как назло, спешили. С этим стариком пришлось ждать зелёного света светофора, на который в повседневной спешке, как правило, не обращал внимания. Потом был медленный переход. Старик явно не торопился. В результате дверь магазина закрылась перед самым носом. И хотя вступил в спор с продавщицей, охраняющей дверь, пытаясь доказать, что до обеда ещё целых двадцать минут, та осталась непреклонной, кивая на большое скопление народа внутри. И, наконец, уже после обеденного перерыва, отстояв полчаса в продовольственном магазине, что на Предмостной площади, при этом вежливо объясняя всем подходящим женщинам, что ждёт халву, которую обещали выкатить на тележке, оказался обделённым этими же женщинами, которые, оттеснив его в сторону, молниеносно расхватали пакеты с лакомством. Расталкивать не хватило наглости. Или не позволила совесть? В результате домой вернулся с кочаном капусты и пачкой пельменей, купленной с чёрного хода в «Пельменной» по завышенной цене.