Глазами пришельца (СИ) - Влизко Виктор Борисович - Страница 118

— А с ним ничего не случилось? — встревожилась девочка.

— Что с ним может случиться? — развёл руками дед Андрей. — Разве что оголодает. Тебе-то он зачем понадобился?

— Я его очень хорошая знакомая, — сказала Вера и покраснела.

— Невеста что ли? — Тимофеич смерил девочку недоверчивым взглядом. — Вроде бы рано ещё.

— Нет, не невеста, — замотала головой Вера и словно в оправдание выпалила. — У меня Костя есть! Мы с ним дружим.

— Ну, вот, — разочарованно протянул Тимофеич. — Там — Роман, здесь — Костя. А такой мужик пропадает!

— Какой мужик? — не поняла Вера.

— Родион Родионович, — хитро прищурился Тимофеич. — Прямо сохнет от тоски. Изводится без женской ласки. Это надо же, не успел приехать, сразу начал порядок в моей квартире наводить. Вот что жизнь холостяцкая с человеком делает. Или аллергия на пыль виновата?

— Ну, я пойду, — уши девочки пылали. — Вы не знаете, когда он придёт?

— Не знаю, — Тимофеич вспомнил про шланг в огороде и поспешил к крану.

Но девочка не ушла. Немного потоптавшись на крыльце, последовала за хозяином.

— Я вот что подумала, — сказала, пряча глаза. — Надо помочь вам уборку сделать.

— Так чисто вроде, — затеребил бородку Тимофеич.

— Это только кажется, что чисто, — авторитетно заявила Вера. — А стоит начать убираться, и столько пыли обнаруживается!

— Верно. Пыль — она, как кролики, размножается.

— Так я приберусь?

— Ну, если в виде шефской помощи, — Тимофеич пытливо посмотрел на девочку. — Или какие другие интересы преследуешь?

— Это ради Родиона Родионовича, — призналась Вера. — Вернуться в чистую квартиру всегда приятнее. К тому же сами сказали про аллергию.

— Тогда пожалуйста, — не стал возражать Тимофеич. — Ведро в сенках, тряпки там же. Вода в кране. Если теплую надо, то на печке в большой кастрюле стоит. Я мешать не буду. По хозяйству дел невпроворот.

— А что у вас из еды? — деловито поинтересовалась девочка.

— Так это, разогрей картошку, — замялся дед Андрей. — Правда, она вчерашняя.

— Я не голодная! — Вера отрицательно мотнула головой. — А вот если Родион Родионович придёт, да ещё проголодавшийся, то ему что-нибудь кроме картошки надо будет. У вас мясо есть? Могу приготовить котлеты.

— Сейчас принесу, — обрадовался Тимофеич. — А ещё он любит тушеную картошку с капустой.

Назвал своё любимое блюдо. И, подумав, добавил:

— И щи с мясом, густые, чтобы ложка стояла.

— Хорошо, — кротко ответила Вера.

— Вот Родион Родионович обрадуется! — Тимофеич шустро спустился в погреб и достал квашеной капусты и солёного мяса. — Ты дочка щи не соли: мясо солёное.

— Я умею готовить, — уверила девочка и напомнила. — Вы идите, занимайтесь хозяйством. У вас же дел невпроворот.

— Да-да, конечно. Полить, подвязать, огурчики собрать. Кстати, прополоть грядки не поможешь, дочка?

— Какой вы хитрый Андрей Тимофеевич! — возмутилась девочка.

— Сам справлюсь, — тут же отступил Тимофеич и выскочил во двор, чтобы больше не смущать девочку.

Через два часа, проводив гостью, с наслаждением отведал горячих котлет с тушеной капустой. А Вера шла по улице с чувством выполненного долга и представляла, как отзовётся о её заботе Родион Родионович. Он будет доволен. И такие мысли приятно согревали душу. Навстречу, что-то шумно обсуждая, шли ребята. Витины друзья. Но Вити среди них не было.

— Слава, а где Витя? — спросила Вера у одного из них.

— Он на гору Озёрную пошёл, — забегали глазки у Славы.

— Зачем?

— Да просто так, — пожал плечами мальчик.

— Гроза надвигается, — посмотрела на небо Вера. — Как бы ему там не досталось от природы.

— В случае чего Родион Родионович поможет, — успокоил Слава.

— Какой Родион Родионович? — встрепенулась Вера.

— Который у нас учителем физкультуры работал. Мы его видели, когда назад шли. Он тоже на гору поднимался.

— Родион Родионович на Озёрной?! — затрепетало сердце Веры.

— Ага, — закивали мальчишки. Мысли Веры заметались. Зачем учитель пошёл туда? Неужели захотелось посетить пещеру желаний? А что, три года не был. Соскучился по лугановским местам. Вот теперь и совершает экскурсии. Интересно, где он гулял до этого шесть дней? Возможно, у него есть какие-нибудь родственники в соседней деревне? А вдруг он больше не покажется в Луганово? Но ведь вещи у Андрея Тимофеевича! Ну, и что? Придёт, заберёт и уедет. И она его не увидит! Вера с сомнением посмотрела на грозовое небо. Седьмой день погода пугает. Но разве можно обращать внимание на такие мелочи? Там, на горе, Родион Родионович! Надо обязательно встретиться с ним. А что она ему скажет? Да просто поблагодарит за всё, что он для неё сделал.

И Вере так захотелось увидеть учителя, что она тут же направилась к горе Озёрной, по пути захватив с собой Костю. Не из-за того, что одной было боязно идти в такую непогоду, а из-за Костиного мотоцикла. Парень учился в десятом классе и в последнее время усиленно ухаживал за Верой. Он без разговоров собрался в поход. Первые капли дождя упали ещё на трассе. Мотоцикл оставили у подножия горы и стали подниматься вверх по тропинке, прикрываясь куском брезента, который нашли в люльке.

***

Подъём на гору дался нелегко. Взъерошенная земля местами проваливалась под ногами, мокрые камни не хотели фиксировать такие же мокрые подошвы туфлей на своей поверхности. Широкая тропинка напоминала тряпку, небрежно брошенную после стирки. Рад поднялся на вершину и, обессиленный, опустился на камень возле чудом уцелевшего скита. Куда идти? Где искать Солта? И надо ли искать? Надо будет, сам найдёт…

Начало лихорадить. Язык разбухал во рту, перекрывая дыхание. Единственный глаз покрылся пеленой. Тело отяжелело. Хотелось прилечь на землю. Прилечь и заснуть. В груди не хватало воздуха. Откуда-то с противоположного склона донёсся слабый стон. Быстро пошёл в том направлении. Что ожидал увидеть? Явно не Солта. Но сердце подсказывало, что случилась какая-то беда. И не ошибся. На середине пути к вершине, среди поваленных деревьев и вздыбившихся после землетрясения камней лежал юноша. Вернее, он пытался ползти боком, придерживая сломанную руку и приволакивая сломанную ногу. Боль терзала лицо. Но при виде Рада на миг забыл о ней. В глазах мелькнул испуг. Юноша дёрнулся в сторону. Гримаса боли вновь исказила лицо, и сознание покинуло искалеченное тело. Но Рад не рванулся к нему. Его взгляд упёрся в нагромождение камней. Из-под одного из них торчали две ноги, обутые в синие танкетки. Кого придавил камень? Этот валун не смог бы сдвинуть с места обычный человек. Но Рад забыл о правилах, которые устанавливал Солт. Собрав все силы, отодвинул обломок скалы в сторону и ужаснулся. Перед ним лежало раздавленное тело девушки. Сломанная грудь, искажённые черты лица. Рад в бессилии опустился на колени. Несмотря на то, что за три года девушка сильно изменилась, он узнал её. И слеза покатилась из единственного глаза.

— Вера, как же так! — мысленно произнёс. — Столько перенести в жизни, выпрямиться навстречу солнцу и так нелепо погибнуть…

Вдруг показалось, что губы девушки слегка дрогнули. Это было невероятно, но жизнь ещё теплилась в этом исковерканном теле. Рад мгновенно сбросил оцепенение. Действовать! Но как?! Есть пояс жизни! Но он остался в доме Тимофеича. Хватит ли у него времени сбегать за ним? И справится ли он с такими повреждениями?

— Пояс жизни здесь не поможет, — подтвердил его сомнения голос Солта. И сам он материализовался из воздуха. — Пояс жизни — локальное средство. Срастить сломанные кости, соединить порвавшиеся сосуды, восстановить нервные окончания. А у девочки раздавлена грудь, разорваны внутренние органы, большая потеря крови. Её травмы не совместимы с жизнью.

— В нашем мире её бы спасли, — мысленно возразил Рад.

— Наверное, — не стал спорить Солт. — Но в этом мире медицина ещё не достигла таких высот.

— Она не должна умереть, — Рад с мольбой посмотрел на Солта. — Это будет величайшая несправедливость!