Новая жизнь владыки демонов 2 (СИ) - Соломенный Илья - Страница 66

Раз – и занавеска, отделяющая кулисы от сцены, лишь легонько колыхнулась. Никто не успел заметить, как мы с Натали появились оттуда.

Два – походя, я полосую себя по ладони, вызывая кровотечение.

Три – мы оказываемся рядом с Абаддоном. Он, словно что-то почувствовав, начинает поворачиваться в мою сторону, но у него нет «Ускорения» - а потому он движется очень медленно.

Четыре – я, используя заклинание, записанное на руну, одну из таких, какие использовал Медведев. Используя собственную кровь, усиляю выдранное из демона заклинание, активирую свой чарм «Ядовитая кровь», и пробиваю в силовом доспехе Великого князя моментально возникшую брешь. Ну всё, теперь у меня есть секунд шесть, не больше…

Пять – я втыкаю нож, щедро окроплённый моей кровью, в бицепс Благовещенского. Туда, где у него вшит амулет «Предателя».

Шесть, семь, восемь … - оставив стоять замершую в неподвижности Натали рядом с собой, я ворошу ножом в ране и, наконец, подцепляю амулет. Есть! Краем глаза замечаю, как в глазах Абаддона разгорается пламя, но это ничего, ничего… Он не успеет…

Девять – рву рану ножом, дёргаю нож на себя, выковыривая амулет. Он зависает в воздухе, я нетерпеливо хватаю его, а другой рукой в этот момент с силой втыкаю в открывшуюся рану стеклянную пробирку со своей кровью.

Ну… Не просто со своей – там много чего намешано – лютый концентрат всего, к чему у моего Первого генерала нет иммунитета. За информацию об этом тоже спасибо Натали…

Десять – одёргиваю руку до того, как она окажется отрезана восстановленным силовым доспехом, затем хватаю руку всё ещё неподвижно стоящей рядом Натали и кладу её на запястье Благовещенского.

Одиннадцать – отпрыгиваю к краю сцены, за пределы видимости зрителей, и отключаю «Ускорение».

ВЖУХ!

Время ускоряет свой бег, становится нормальным – и когда это происходит, случаются сразу несколько вещей.

Пальцы Натали смыкаются на запястье Великого князя, а сам он машет другой рукой в сторону, где я только что стоял – и туда бьёт мощный телекинетический импульс, разнося установленное оборудование, и отбрасывая в стороны несколько упавших трупов охранников.

Мимо, сучара…

Народ в первых рядах вскрикивает от неожиданности, а дальше… Дальше происходит самое важное - Натали активирует своё умение, проявляющее истинную суть демонов. Не успев осознать, что произошло, Благовещенский стремительно начинает меняться на глазах у поражённой толпы.

Вместо ангельских крыльев, нимба, белоснежного сияния и ауры благодати – потрескавшаяся кожа, из-под которой валит пар, огромные закрученные рога, выросшие вмиг и сорвавшие слой кожи, покрывающий голову Абаддона вместе с его шикарными волосами. Вся одежда также оказалась разорвана. Идеально подобранные ботинки уступили место широченным, грязным копытам, брюки сменились на жёсткую шерсть. Из зада вывалился мощный, напоминающий змеиный, хвост, а за спиной образовались кожистые, порванные крылья. Пальцы исчезли – на их месте появились огромные лезвия, растущие прямо из ладони

Довершало эту картину лицо… Страшное, оскаленное в бессильной злобе, клыкастое, наполовину обгорелое и наполовину – изодранное сеткой шрамов. С антрацитово-чёрными глазами и дырками вместо носа…

Да-а… Благодаря древним знаниям Абаддон умудрялся долгое время накидывать на свой истинный облик иллюзию, чтобы морочить голову человечкам, но теперь… Теперь они увидели его «во всей красе», так сказать.

Увидели – и ужаснулись.

А ведь отсюда велась прямая трансляция не только на весь Анклав, но и в Сеть, и даже по телеканалам соседних стран…

В зале послышались крики ужаса, и народ повскакивал со своих мест.

Не знаю, на сколько в этот момент рухнула поддержка Абаддона, но то, что эта величина была просто невероятной – факт. Полагаю, лишь единицы, увидев его облик, увидев, что человек, правящий ими стал демоном, остались восхищены им. Часть, конечно, просто-напросто сменила восхищение на страх, оставляя возможность для подзарядки моего Первого генерала, но это требовало перенастроек эфирных потоков.

Грубо говоря – Абаддон должен был заново прочувствовать все эфирные ниточки, тянущиеся к нему, и пропустить через них обновлённую энергию. В сосредоточенном состоянии на это у него ушло бы совсем немного времени, минута, может две – но я не собирался предоставлять ублюдку такую возможность…

От потрясения, от того, что разом лишился большинства чармов с круга Азраила, от эфирного отката, от предательства собственной дочери – от всего этого Абаддон (теперь язык не поворачивался называть его по-другому, даже про себя) получил сильнейшее потрясение.

И замер на целую пару секунд, прежде чем всё осознал и придумал, решил, как действовать дальше. А мне только эти секунды и требовались.

Залпом осушив эссенцию иллюзий, которая придаст мне нужный облик, я выскакиваю на сцену. Трансформируюсь прямо на ходу, и ощущения эти не то чтобы приятные. Всё вокруг заливает свет, я меняюсь – кости хрустят, увеличиваясь, натягивая взбухшую мышечную массу и потолстевшую кожу. Я почти мгновенно становлюсь выше ростом, чувствую за спиной крылья, взмахиваю ими, и краем глаза вижу белоснежные перья.

Наркун паршивый, да я вылитый ангел!

«Какая ирония!» - ржёт Абигор внутри головы. Он совсем не переживает по поводу исхода сегодняшних событий. Приятно, что верит в меня…

- Склонись, демон! – реву я чужим голосом, вытянув вперёд руку, в которой тут же формирую огненный клинок, - Склонись, отродье дьявола, и отпусти Великого князя! Покорись Божьей воле и её проводнику, графу Радищеву!

Народ, несмотря на то, что начинает разбегаться – особенно с первых рядов – прекрасно слышит эти слова. На выходах из зала возникает давка, и только вездесущие телевизионщики продолжают всё снимать, несмотря на возможность попасть под раздачу во время боя двух высших сущностей.

Что ж, пускай. Мне только и нужно, чтобы все видели, какой я охрененный, и какой мерзкий Абаддон.

- Ты! – шипит зубами мой соперник, сильным ударом отшвырнув от себя вскрикнувшую Натали, - Это всё ты, с-скотина! Я знал! Надо было убрать тебя раньше, тварь…

Я не позволяю ему договорить. Точнее – не позволяет Маруся, контролирующая всё из зала. Она активирует миниатюрное взрывное устройство, закреплённое на той пробирке, что я запихнул в тело Абаддона. И активирует, выбрав идеальный момент.

Моя кровь, заражённая в личной лаборатории массой неприятных вещей, смешивается с кровью Абаддона практически мгновенно. И он это чувствует. Мой чарм «Ядовитая кровь», усиленный чем только можно, активируется внутри тела демона – и тот покачивается, не закончив фразу, его сводит судорога. И в этот момент я бросаюсь вперёд, снова включив «Ускорение».

Это только в глупых человеческих книжках и фильмах главный герой сражается на равных с превосходящим его силами соперником. Только в художественных произведениях перед тем, как напасть, он называет причину, по которой мстит, открывает своё истинное лицо, заставляя главного злодея удивляться.

Я же не обирался вести себя как конченный идиот. В реальности, как правило, всё происходит совсем по-другому. Всё решает удар в спину, долгосрочное планирование, скорость и чёткость, с которой с плеч врага сносят голову.

Вот прямо как сейчас.

Медведев был тупицей, решившим, что демонская магия позволит ему одолеть Благовещенского. Он потерял от неё голову – и потерял её в прямом смысле, оказавшись на плахе. Суворов был куда умнее – но у него не хватило ресурсов и времени, чтобы провернуть всё как надо, и союзников он выбрал не тех. Ещё и просчитался со мной и Абигром.

Так что я учёл ошибки этих глупцов, прежде чем планировать и реализовывать свой заговор.

По кровеносной системе Абаддона разносится микс из самой разнообразной заразы, которой податливы демоны. Он сейчас настолько ядовит, что если оросит меня кровью – сожжёт ткани тела запросто, да так, что я могу не выжить.