Новая жизнь владыки демонов (СИ) - Соломенный Илья - Страница 70

- Я тебя понимаю, но всё же прошу впредь не поступать так… Опрометчиво. Своими заявлениями ты настроил против боярского сословия довольно значительную часть населения Анклава.

- Только против тех, кто нарушает княжеские законы, - парирую я, и Абаддону на это нечего ответить.

- При условии, что всё подтвердится, когда Аристарха проверят на ложь, магически, и с помощью полиграфа, и он представит доказательства, о которых он говорит... Я созову княжеский суд. И Радищев понесёт наказание соответственно букве закона. Ты вызвал слишком сильную волну, чтобы её можно было игнорировать. Но если хоть что-то не сойдётся, если у Радищева получится оправдаться… Ты же понимаешь, чем это тебе грозит?

- Понимаю, государь. И снова прошу меня простить – но мне не нужно наказание по букве закона.

В кабинете повисает напряжённое молчание. Я даже без истинного умения чувствую, как от Абаддона исходит раздражение вперемешку с интересом. Дышать становится тяжело, и я понимаю – всё решится сейчас.

Пан или пропал, как тут говорили низшие…

- Вот как? Считаешь себя выше вековых устоев?

- Напротив, ваша светлость. В «Уложении о дворянстве» есть пункт, согласно которому один дворянин может вызвать другого на дуэль – в случае, если нанесено смертельное оскорбление и\или имеются жертвы среди рода благодаря действиям обвиняемой стороны. В таком случае оскорблённая сторона может бросить вызов на дуэль, поражение в которой сделает проигравшего рабом победителя, а все его богатства будут переданы противоположной стороне и правителю земли, на которой произошла дуэль.

- Ты говоришь о валдикте, - протягивает Абаддон, и в его глазах мелькают искорки заинтересованности.

Есть! Я зацепил его! Знал, на что давить! Мой первый генерал, помимо всего прочего, всегда был падок на зрелища. Бои в ямах, гонки на колесницах, скоростные полёты на нетопырях и прочие развлечения будоражили его. А тут – такая возможность повеселиться.

Но было и ещё кое-что, на чём я собирался сыграть.

- Кроме того, государь, если позволите… - Я старался как можно более тщательно подбирать слова, - Как вы сами заметили, волна уже поднялась. Не думаю, что народ одобрит, если вы замнёте всю эту ситуацию. Разрешить её придётся – в пользу той или иной стороны. А тот вариант, который предлагаю я… При нём ваши руки останутся чистыми, как ни посмотри.

Тонкий намёк на то, что при любом решении обычного суда будут недовольные. И Абаддон потеряет часть тех, кто им восхищается. Или тех, кто его боится. А значит – потеряет и эфир. И чем дольше он тянет – тем сильнее разгорается информационный пожар, и тем больше истинной энергии от него уплывёт, когда всё разрешится.

Разумеется, Демид Орлов не может знать об эфире ничего, и сейчас он говорит лишь о репутации, но Благовещенский рассматривает ситуацию со своей стороны, и не может не согласиться с моими словами.

- Ну и последнее… - я слегка «смущаюсь» - Надеюсь, вы не сочтёте это грубостью с моей стороны, но… Перед тем, как встретиться с вами, я записал ещё одно видео. Рассказал в нём, что вы соизволили удовлетворить мою просьбу об аудиенции. А также уведомил жителей Анклава, что буду просить вас о валдикте. И… - я бросаю взгляд на наручные часы, взятые у Горчакова, - Две минуты назад это видео было опубликовано в соцсетях и разослано, как и прежде, в СМИ и блогерам.

Абаддон, услышав это, фыркает. Его, очевидно, веселит, как я себя веду. Великий князь, мой бывший генерал, к счастью никак не может определить, то я демон. Мог бы – уже бы убил, или хотя бы дал понять, что знает о моей сущности. Но он видит Демида Орлова просто молодым выскочкой, желающим мести. Дерзким, решительным, не слишком воспитанным и самоуверенным.

И совершенно очевидно, что Благовещенский не считает меня серьёзным соперником Радищеву.

- Что ж… Как это ни странно признавать, но ты прав, молодой Орлов. Загнал меня в положение, в котором я выставлю себя не лучшим образом, если откажу в твоей просьбе… Но вариант, который ты предлагаешь, и правда устроит всех. Тебя, меня, народ и, уверен, Радищева, - он усмехается, говоря об этом, - Ты действительно имеешь право вызвать его на дуэль, но только в том случае, если мои дознаватели поговорят с Аристархом Высоцким и твои слова подтвердятся. В таком случае… Я дам разрешение на валдикту.

Глава 28

- Демид! Демид! Господин Орлов! Пару комментариев, пожалуйста! Ответите на несколько вопросов?! Скажите, вы уверены в своей победе? Что вы чувствовали, когда погиб ваш отец? Как узнали, что…

В приоткрытые окна прорываются крики зевак и вопросы журналистов. Они мешают мне сосредоточиться, так что я поднимаю затонированное стекло. Вокруг – вспышки фотокамер и плотная толпа людей. Витя едет очень медленно, стараясь никого не задавить.

- Ну, барин… Заварил ты кашу, конечно…

- Ага, - отзываюсь отстранённо, - Ты веди аккуратнее, чтобы никого не зацепить.

- Да и так стараюсь. Демид Николаевич?..

- Что?

- Ты это… Не серчай, если я тебя своими речами обидел, ладно?

- Витя, ты что, прощаешься со мной? Решил исповедаться? Давай побольше оптимизма, я вообще то настроен победить.

- Да я так… На всякий случай.

- Витя, @#$%! Нет чтобы поддержать!

- Да я и так к этому веду! Честно - я благодарен за возможность, которую ты мне дал, барин. Правда! За последний месяц у меня в жизни произошло больше изменений, чем за прошлые двадцать лет. И все они – в лучшую сторону. Больше не надо воровать, убегать от бродяг и полиции. Я получаю образование, имею квартиру, зарплату…

- И дважды тебя чуть не убили. Один раз подстрелили из пулемёта…

- Автомата. Из пулемёта не попали

- А второй раз чуть не разорвали демоны.

- Ну, - он пожимает плечами и смотрит на меня через зеркало заднего вида, - На каждой работе есть недостатки. Я уже привык к тому, что ты дёргаешь волка за хвост. Только вот…

- Знаю, знаю, - морщусь я, действительно зная, что он сейчас скажет, - Браслет… Давай так – я убью Радищева, и сниму с тебя эту побрякушку. Понимаю, что тебе надоело ходить с ней так долго, но согласись – я её почти и не использую. Ну и… Перестраховываюсь, само собой. За месяц всё равно нельзя узнать человека до самого нутра. А ты ведь сам видишь, что вокруг меня творится, и должен понимать, почему я так поступаю.

- Да всё я понимаю… И то, что ты как в первый день его больше не используешь… за это спасибо! Но руку натирает – спасу нет! И спать неудобно!

- Тогда помолись за мою победу, - усмехаюсь я, а сам смотрю, как мы подъезжаем к главному входу в «Зенит-Арену».

Не так давно (а кажется, что прошла целая жизнь) я уже выступал здесь. Правда, вместе с командой, и на турнире по кружале, а не в смертельной дуэли, проиграв в которой, можно попасть в рабство, но…

Как там говорил один из местных мудрецов? «Всё течёт, всё меняется»?

Великий князь, конечно, постарался на славу, превратив наш поединок в главное событие месяца. А то и целого сезона.

Какие там выпускные экзамены? Какие «Алые паруса»? Ради дуэли между двумя боярами по древним правилам, забытых веками, отменили даже домашнюю игру главного футбольного клуба Петербурга в Премьер лиге, и арендовали их стадион.

Тысячи зрителей, пресса, охрана, представители известных боярских родов, несколько членов Сената, которые изъявили желание посмотреть на происходящее… И тотальное безумие, охватившее город в преддверии такого события.

Всё это закручивало пружину интриги, и я надеюсь, что Радищев в прошлую ночь вообще не спал. Особенно, если учитывать, что я разыграл все карты, как полагается, и общественное мнение находится, большей частью, на моей стороне.

Ну а как же?!

Молодой парень, только-только раскрывший сильную магию, проявляющий интерес к бизнесу и защите отечества – на одной стороне. А на другой – зажравшийся боярский род, чей отпрыск торгует наркотиками и сам их употребляет, гнобит одноклассников (да-да, об этом я тоже упомянул, отдельно), а его папаша якшается с преступниками и из-за упущенной прибыли готов убить целую семью, включая ни в чём не повинную девочку-школьницу…