Кактусовый сок (СИ) - "Orcusian" - Страница 27

— У тебя остаются хорошие следы на песке, ступаешь мягко и утопаешь медленно. Хорошо, очень хорошо. Но половицы сдают тебя, словно ты хранишь тайну какую страшную, смертельную. Расскажи, может легче станет.

— …

— … - Стоим-с… ждём-с.

— …

— Ладно. Молчать — твоё дёло. Внутреннее напряжение опасно сказывается на поступках, на решениях. Когда-нибудь ты найдёшь способ совладать со своими мыслями и проблемами. — Я подошёл к ней ближе, крепко обнял и шепнул на ухо. — Ответы приходят, когда задаёшь вопросы. Себе, окружающим. — Отпрянул от ней и продолжил. — Пойдём в дом.

Воротившись, я заметил смущение на лицах двух других. Подглядывали, с кем не бывает? Дела-делишечки делаться должны, а уж какими инструментами пользоваться выбирает каждый. Я не собираюсь унижать людей, которые были рабами или найденные в баре в рваных штанах и готовых пропить ржавую катану, если бы этих денег хватило. Только муштровать. Они и так хором согласились выполнять поставленную задачу, что даже проникновенной речи не понадобилось, так чего же более требовать от них? Каждый достоин внимания и учтивости Мастера… Хехе. Я мастер! Ууу, какая важная морда. Ай, я невольно улыбнулся и это вызвало вопросы на лицах.

— Да чего вы такие смущённые, как несмышлёные дети? — И с добродушного личика резко переходим на серьёзное рыло. — Соберитесь, тряпки! Шутки шутим, игры играем? — С серьёзного на добродушного. — Да, это так. Весело проводим время. — С добродушного на серьёзного. — Пока Смерть за пятку не укусила! — И суровый проникновенный взгляд. — … — Что же, можно продолжить. — Рин. Подойди. Задавай вопрос.

Пока она шла половицы даже нотку не издали.

— У меня вопросов нет. — Сказала она.

— А у меня есть. Вы втроём смогли подружиться?

— Ну, э. — Лицо её скуксилось.

— Ну если не друзья, надеюсь не враги. Отношения так или иначе выстраиваются. Кому-то легко оно даётся, кому-то тяжело, а кому-то вовсе не нужны.

— Как вы узнали?

— … - Что я узнал? Я просто болтал! Куда я попал? А? — Расскажешь поподробнее?

— Не хочу вечер проводить со всеми, выбираю почитать.

— Я так же поступаю. — И махнул рукой, как-будто это пустяк и повседневность. — Если читать нравится, так бери мои книги.

— Я уже. Хренотень нечитабельная.

— … - Хренотень?! Ах ты… любительница женских романов. — Ну, чем богаты. Техническая документация не развлекательное чтиво, хотя мне лично доставляет удовольствие изучать древние технологии. Скоро будем гулять по городам, может себе найдёшь чего занимательного. Или попробуй написать свою книгу, какую бы сама читать хотела.

— Не-е-е. Сплав стали, обработка меди, выделка ткани из пеньки и даже ваши записки с Джимбадом почитала, о том как вы пишите книгу оказания первой помощи, это вполне интересно. А сколько разных видов шляп для защиты! Тагельмуст — обмотать вокруг головы кольчужное полотно. Даже забавно читать. А вот твой личный дневник — вот уж хрень нечитабельная.

— Ну так он написан на древнем языке. Да там всё равно ерунда, детские воспоминания, отрывки, сны после которых плачу, да сильные переживания. Я же помню себя только как в пустыне без руки очутился, вот и записываю всё что вспоминается. — Убил бы гадину, и вот за что. — Постарайся больше не вносить столько песка в мои покои. Пол — архив посетителей.

Хахаха. Посмотрела бы ты на своё лицо от моей откровенности. Напыщенные, так держатся за скрытность и свои тайны из боязни осуждения или зависти, а сами горазд в чужих тайнах покопаться, смешно… Я сам такой… ооо, никто не узнает, что в дневнике я пишу. Никто.

И так с каждым, с его причудами и проблемами. Бо так вообще с Большим самомнением “Глядите, я могу танцевать и никто не услышит!”, когда как её вес в два раза меньше любого, да она просто струсила собирателем пойти, потому как таскать не её сильная сторона. И с нею два задохлика — разведчики вы наши, посмотрим какую информацию принесёте. Хотя бы она одна такая выскочка. Так я их при всех назвал “отряд пушинок”, да пояснил новобранцам теневого искусства, чтоб не завидовали, потому как их мастерство залог их физических данных, но вот нам добиться скрытности достойно уважения. Спрятать здоровяка на глазах у всех задача сложная. Одно радует, что Фермер занят обучением Девятого. Хотя. У них, из Роя, нет ступней, вообще, после колена палка вместо ноги, такова их природа, удивительная природа. Человек и шек тратит энергию на баланс тела в горизонтальном положении своими ступнями, на работу всех мышц, когда как у этого создания просто нету мышц и он сохраняет уйму энергии при движении. А баланс — идеален — для меня, человека, не способного стоять ровно, они способны на своих отростках без ступней просто застыть неподвижно.

И, наконец, моё любимое. Рюкзаки с рудой!

— Фермер, почему они так спокойно глядят, как утопает в песке этот тяжёлый мешок заботы, любви и надежд?

— Ха-ха-ха. Не злись, я всех предупредил.

— Ну и жук же ты. Значит все вы знаете для чего это?

— Чтоб силы прибавить! — Влезла Молли. И давай всем свои ноги и руки показывать. Рельефище. И красивая, и устрашающая.

Ох. Даёшь слабину, поощряешь свободу и видишь поведение отдельно взятых. Они, конечно, раздражают меня своими выходками, но заглушать людей, выстраивая под одну норму, как-то ненормально.

— Фермер, нас это тоже касается. — Я указал на тяжёлый мешок.

— Отказаться можно?

— У нас будет самое сложное задание, так что надо сейчас потрудиться, чтоб потом не откинуться.

Все эти тренировки. Днём спишь, ночью тренируешься. Привыкаешь, как только привык — усложняешь. Повторение, работа до автоматизма и заучивание до инстинктивного повторения. Мир о нас не забывает, мы не закрылись и практикуемся. Охота, помощь селянам пищей и по-необходимости, мелкий грабёж ресурсов, мол мы диверсанты и учиняем трудную жизнь господствующей элите, а в это время отряд Бо добывал сведения. Пытались проникнуть в Хэн, раскрыли себя и бежали позорно, глядите, вот такой предел наших сил. Всё это, чтобы ослабить внимание, а мы точим коготки и готовим грандиозное. Никакого затишья перед бурей, пусть недооценивают, чем переоценивают, как страх раздувают из-за незнания, предвкушая худшее из воображаемого.

— Время настало. Завтра вы получите от лидера вашей группы указания. Скажу как есть — мне не нравится эта затея потому, что в большей степени пострадают невинные люди, но такова цена если мы хотим избавить эти земли от жадности и коррупции дворян. Чтобы не случилось, главное постарайтесь вернуться живыми. Завтра все отдыхают. Прощайте. Этой ночью я и мой отряд выступаем.

Фермер позвал меня.

— Ты веришь в успех? — Спросил он меня.

— Конечно нет! Но я готов к неудачам.

— От твоих слов спокойнее не стало.

— И не должно быть. Дело серьёзное, а в прошлый раз мне повезло, как может не повезти сейчас. Молли задала в ту ночь, как я вернулся с дыркой в спине, очень хороший вопрос — почему меня так быстро рассекретили? Мы долго сидим и показывает всем им насколько мы не состоятельные. В это время Эсата с Шеками заняла Щит Окрана и терпит напор Святой нации, которые как псы сорвались. Всё ради одного — ослабить бдительность Союзных городов. Основной враг переключился на шеков, а наши диверсии слабые и неуклюжие. Мы уничтожим оружие в первую очередь в кузнях. Это деньги для Гильдии торговцев и лишь во-вторую очередь военная мощь Союзных городов. Ох, Фермер, я не надеюсь на успех, он слишком амбициозен, поэтому я буду действовать в пределах плана, готовый отойти ради обстоятельств.

Поздним вечером мы выдвигаемся в сторону Хранилища Тэньгу, потому как ночью же прибудем, а я не смогу спать, будучи на нервах. Прохлада освежает, а важность дела концентрирует мысли. Приступим-с.