Тройняшки не по плану. Идеальный генофонд (СИ) - Лесневская Вероника - Страница 39

Хихикаю и я, стоит лишь взглянуть на восхищенное личико сына. Он буквально прилип к окну и едва не слюнки пускает, разглядывая «ассортимент» любимых «игрушек» на витрине.

Понимаю, что прийти в себя ему нелегко, поэтому спешу на помощь. Освобождаю детей от ремней безопасности, пока Адам с Васькой на руках направляется к стеклянному входу. Осознав, что если буду сопротивляться и ругаться с ним, то лишь тройняшек расстрою. Смирившись с ситуацией ради них, послушно следую за нахалом, возомнившим себя главным в чужой семье.

— Макс, бывал здесь? — оглядывается Туманов, на миг выводя мальчика из ступора.

— Неа, здесь дорого, — бесхитростно признается он и горящим взором обводит витрины вблизи.

— Сегодня здесь бесплатно, — довольно отвечает Адам и толкает дверь.

Не успеваю возмутиться, как к нам подлетает длинноногая блондинка в деловом костюме с вышитым на лацкане пиджака логотипом салона. Любезно указывает на кожаный диван в углу.

— Все подготовили, как вы и просили, Адам Альбертович, — щебечет она с голливудской улыбкой. — Доставка из кафе прибыла буквально пять минут назад, так что закуски и десерты свежие и идеальной температуры, — указывает на заставленный лакомствами стеклянный стол. — С возвращением, Адам Альбертович, — заключает она с томным придыханием.

Опускаю взгляд на Макса и Ксюшу, которых держу за ручки. Лишь бы не смотреть на эту идеальную даму, которая вьется вокруг босса, желая ему угодить всеми приличными и не очень методами. Если я правильно поняла, то салон часов принадлежит именно Туманову. Об этом говорит и название, и фраза Адама о том, что «все бесплатно».

Разумеется, я ничего не приму от него. Позволю Максу удовлетворить любопытство, а после — аккуратно уведу детей отсюда. Тем более, может, Туманов как раз отвлечется на блондинку — и ему будет не до нас.

— Спасибо, на сегодня свободна, — небрежно отмахивается от нее Адам. — Петра Валентиновича позови из мастерской, — отдает короткий приказ, а внимание обращает на Ваську. Аккуратно усаживает ее на диван, потом подзывает Ксюшу.

Наклонившись, что-то тихо говорит им, указывает на стол со сладостями. Двигает ближе две декоративные корзинки с цветами. Еще одна остается чуть поодаль. Адам оглядывается на меня и подмигивает, заставляя растеряться на мгновение.

— Это твой салон? — решаю уточнить я. И заодно заполнить странную паузу. — Но почему «с возвращением»? Ты отошел от дел?

— Мой, но я целую вечность здесь не был, — приблизившись ко мне, окидывает свои владения задумчивым взглядом, будто его посещает ностальгия. — За границей у меня гораздо лучше бизнес идет. А российский филиал, хоть и был первым в моей сети, но сейчас убыточный. Не каждый день народ покупает или ремонтирует элитные часы, — хмыкает, указывая на поблескивающие чистотой витринные стекла, но я даже подойти к ним не решаюсь. Потому что ценники заоблачные.

Идея привести сюда чертят с каждой минутой мне все больше не нравится. Разнесут же тут все, а мне придется в рабство к Туманову идти, чтобы оплатить! Пожизненное!

— Пробовал расширить ассортимент? — предлагаю я.

Адам медлит с ответом, будто я переступила границу его личного пространства. Обволакивает меня взглядом, и я невольно погружаюсь в его синий океан с желтыми языками пламени. Уверена, что многим цвет его глаз кажется необычным, но я каждый день вижу подобные оттенки у моих близняшек.

Невольно выглядываю из-за плеча Адама, изучаю девочек. И они кажутся мне… похожими на Туманова. И группа крови случайно совпала. Повезло нам в тот день в больнице… Кошусь на Макса, который, пользуясь моментом, подкрался к витрине с часами и буквально прилип к ней.

Разучившись дышать, судорожно пытаюсь запустить внезапно остановившееся сердце. Но тщетно. Оно не хочет работать.

Напряженно смотрю на Адама. Не может же он…

Нет, мама контролировала и мою подготовку к ЭКО, и была рядом в день процедуры. Никогда не допустила бы, чтобы для меня использовали материал непроверенного, мимо проходящего и абсолютно бестолкового донора! Это риск, а у меня был только один шанс.

Адам, будто издеваясь, аккуратно щелкает меня по носу. И приводит этим ребяческим жестом в чувства.

— Нет, я не хотел возиться с подыхающим филиалом. Я собирался закрыть его, чтобы не отвлекаться даже. К тому же, отец всегда был против моего «несерьезного увлечения». Хотел, чтобы я по его стопам пошел — и вместе с Марком медиахолдингом занимался. Там же готово все было, на блюдечке с золотой каймой. Вот только брат горит семейным делом, а я бы только мешал ему. И точно сломал или угробил бы что-то, — ухмыляется Адам, не стесняясь демонстрировать свои неидеальные стороны. — Я с таким трудом этот салон открывал, — несмотря на слова, оглядывает помещение с теплом. — Но устал его тянуть. И пока я в России в поисках наследника завис… — внезапно бросает быстрый взгляд на тройняшек. Они сейчас все вместе, но я воспринимаю реакцию Адама как очередное «покушение» на Макса. — Думал продать салон, если желающий найдется.

— И уехать? — зачем-то спрашиваю.

С исчезновением Адама наша жизнь вернется в прежнее русло. Я должна радоваться, что нам осталось проверить одну «подозреваемую» — и после того, как он получит результаты тестов ДНК, скорее всего, отрицательные, то уедет навсегда.

Но как выжечь неправильную горечь из груди и изгнать тоску, которая заранее ищет там местечко, чтобы поселиться навсегда?

— Я и так все время за границей жил, Агата. Мне не нужен был этот балласт, — цинично усмехается. — Да, уехать, — потирает подбородок. — Раньше так и планировал… — не договаривает.

Отвлекается на Макса, отходит от часов с необычайным трудом. Поймав мой взгляд, он наконец-то вспоминает, что он послушный и серьезный мальчик, и собирается устроиться на диване с сестрами.

— Раньше? А сейчас? — неуместные вопросы сами срываются с губ.

Но остаются без реакции.

— Часовщик, у нас с тобой индивидуальная программа, — Адам берет Макса за руку. — Вот и Петр Валентинович как раз вовремя, — приветствует пожилого мужчину в очках. — Поковыряемся немного в механизмах, — подмигивает моему сыну, а тот едва на месте не подпрыгивает. Но сдерживает эмоции. И только его черные глаза становятся еще темнее. Признак азарта и предвкушения.

— Адам? — окликаю его. Но разве смогу помешать ему и дальше очаровывать моего ребенка? Поздно…

— А девочки пусть отдыхают, рассматривают подарки, — многозначительно кивает на корзиночки перед Васькой и Ксюшей, и те принимаются лихорадочно потрошить цветы. — Ждут нас, — уложив руку мне на поясницу, подталкивает к столу. — У мужчин дела, — заключает важно.

И вместе с Максом скрывается в мастерской.

Не понимаю, почему доверяю наглому снобу своего сына! Но ни капли не волнуюсь. Наоборот, улыбаюсь расслабленно и сажусь рядом с дочками.

Глава 23

Адам

Макс останавливается на пороге часовой мастерской, отпускает мою руку и не смеет пройти дальше. Мнется на месте, но при этом глаз не сводит со стола мастера, подсвеченного профессиональной лампой.

Позволяю себе некоторое время полюбоваться реакцией ребенка. Я помню себя, когда впервые побывал на выставке в Вене. Наверное, отец до сих пор проклинает тот день, когда сдался моим уговорам и все-таки отвел меня в музей часов. Впрочем, вряд ли что-нибудь изменилось бы — я с раннего детства был неравнодушен к часам и точным наукам. Агата говорила, что Макс математические курсы посещает. И хобби у нас чудным образом совпало.

Кончиками пальцев касаюсь черной макушки, пользуясь тем, что мальчишка в прострации. Знаю это состояние, когда ты восхищен и увлечен. Теряешь себя.

— У меня ценная коллекция за границей осталась, — выдыхаю, срываясь в откровения. — Надо будет как-нибудь и тебе показать, — выдаю прежде, чем успеваю обдумать свои слова. Благо, Макс пропускает их мимо ушей.

Агата придушит меня, если узнает, какие обещания я тут даю ее сыну — любителю часов. Скажет, опять даю ложную надежду. Она права, но…