Сафир. Распутье (СИ) - Миллер Тони - Страница 25

А ведь крепость окружает город с тысячами его жителей, а вокруг города раскинулось баронство с множеством деревень и прочих хозяйств. Как этим править, как руководить, если ты и со своим домом управиться пока не можешь?

Ну, ладно, впереди ещё уйма времени, чтобы научится. Но перед этим необходимо ещё официально вступить в права, выйдя на Путь славы и обратившись с речью к жителям города, которым ещё со вчерашнего вечера глашатаи начали объявлять о сем радостном событии.

Опыта выступлений перед многочисленной публикой у Лиама не было… Но что делать, всё когда-то происходит в первый раз. Капитан с лейтенантом как смогли наставили его и в итоге оставили в библиотеке, вручив книгу с избранными цитатами и выступлений его многочисленных предков, «дабы он мог вдохновится их мудростью и достойно выступить перед людьми», которые в полдень соберутся во внутреннем дворе замка. Остальные же, кому не хватит места, будут наблюдать за ним со всего города, поскольку башня донжона с выступающим из него мостиком видна издалека.

Бывший рыцарь, а теперь и будущий барон сидел за столом, полистывая книгу. Речи, высказывания — одно другого пафоснее. Сколько подобного он сам выслушал за свою жизнь… Разговоры о смысле жизни, о смерти, о служении богине Весте — Чистой Деве. Что из всего этого правда, что ложь, чему верить?

Не было ли ошибкой возвращаться сюда и брать на себя эту ношу? Но если не сюда, то куда? На что ещё он годен? И насколько годен быть бароном? Пускай Кольцо крови и подтвердило его права, но достаточно ли это для того, чтобы возглавить всех этих людей? Вопросы, одни вопросы и никаких ответов…

— Ваша светлость, пора. — прервал его размышления голос слуги.

Лиам пока не успел познакомится со всеми, но ничего, ещё будет время. Встав из-за стола он подошёл к двери ведущей на “Путь славы” и распахнул её.

Над головой в чистом небе светило весеннее солнце, а далеко внизу негромко шумела толпа. Стоило ему сделать первый шаг, как шум внизу затих. Сколько людей… Сотен пять во дворе и несколько тысяч на улицах, радиально расходящихся от крепости. Вон, даже на крыши кто-то забрался…

Ещё пять больших шагов и он остановился на самом обрыве. Высоко. А прямо внизу пустой пятачок мостовой… Спасибо за доверие… А может и вправду, а? Один шаг и всё закончится. Никаких метаний, никакой неопределённости, никакой ответственности… Вот только это выход труса. Тогда ему вообще рождаться не следовало. Тогда всё что позади — пустое и лишнее… Но нет не лишнее, это опыт, навыки, какая-никакая сила и способности. Все эти люди сегодня надеются на него и связывают с ним своё будущее. Не ради себя, ради них он должен…

Лиам поднял руку с перстнем и камень на нём вспыхнул так, что, наверняка, было видно за сотни метров.

— Люди, жители баронства! — обратился он к присутствующим. — Для меня честь сегодня обращаться ко всем вам. Вчера я вернулся домой после двадцатилетнего отсутствия. Повод, увы, печален. Никогда не мыслил я себе такой судьбы и ещё пару месяцев назад был уверен, что доля моя — погибнуть в бою с тварями из Нечистого леса, к чему не раз я был очень близок, но боги распорядились иначе, и вот, сегодня я стою перед вами. Никто не учил меня тому, как управлять баронством и я, вероятно, буду в этом не так хорош, как мои старшие братья, но уж лучше так, чем отсутствие какого-либо руководства вообще. К тому же, теперь это мой дом и заботится о нём я буду лучше, чем тот, кто взял бы его себе как добычу.

— Слава новому барону! — раздался снизу громкий голос Пьера, — Слава Лиаму аль Назеру!

— Слава новому барону! — подхватила толпа.

Новоиспечённый барон посмотрел на то, как по толпе распространяется волна возбуждения и к крикам «Слава!» присоединяются люди всего города, после чего развернулся и пройдя шесть широких шагов по каменному мостику вернулся в башню.

* * *

Судя по тени разочарования на лице капитана Тамира, он ожидал услышать от Лиама что-то более пафосное и патриотическое, вроде: «вот, мы все вместе, в едином порыве во славу предков ради грядущего процветания…»

Но одновременно на нём читалось и облегчение, поскольку вчерашний, по сути, рыцарь вполне мог, к примеру, потребовать он народа следованию исключительно культу Весты в его Орденской версии, и искоренить в баронстве прочие культы.

А так, по сути просто сказал правду. Представился и объяснил, почему он не самый плохой вариант в сложившихся обстоятельствах. В конце-концов народ его принял, во многом благодаря вовремя подсуетившемуся барду, одному из спутников Лиама, как капитану доложил лейтенант Хайми.

Этот бард, похоже, опытный прохвост! Тамир был готов поручится, что один из цветов этого барда ложный и скрывает под собой чёрный. Наверняка планирует тут что-то урвать. За ним нужен глаз да глаз!

Второй спутник барона был, вроде как, магом. Совсем молодой пацан, казалось бы, что он может? Тем не менее, со слов Лиама, хорошо помог во время нападения чудовищ из Леса. Владеет как боевой, так и бытовой магией. Такой вполне может пригодится баронству. В силу малого опыта и возраста больших денег не попросит, а если хорошо себя зарекомендует, то можно будет заключть с ним официальны контракт и вложится в его обучение.

Но, это пусть барон решает, конечно. Да и неизвестно какие планы и цели у этих двоих. Может они передохнут немного, получат от барона подарки и отправятся дальше.

За минувшие месяцы Тамир, как глава стажи, привык быть кем-то вроде барона и принимать решения, находящиеся в его ведении. В принципе, если честно, он уже подумывал, чтобы самому взвалить на себя эту ношу, и не появись на его пороге Лиам, вполне мог бы…

Но его останавливало то, что тем самым он бы словно украл нечто ему не принадлежащее, обобрал скоропостижно скончавшегося Амрама, чья жена Лия, вскоре последовала за своим мужем. Присвоил бы имущество тех, с кем был очень дружен, и ради этой дружбы поддерживал как Хагая, так и Лемела. А теперь, похоже, пришло время и для Лиама.

Да и не ощущал себя Тамир «птицей высокого полёта». Какую попону не надень на старого осла, в породистого рысака он от этого не превратится. Выше головы не прыгнешь и вровень с прочими баронами не станешь.

А вот в Лиаме эти задатки были. В том как он держал себя, как сориентировался в совершенно непривычной обстановке. Быть может, орденское воспитание и дисциплина не окажутся недостатком, а наоборот, столь нужной баронству «свежей струёй».

День закончился грандиозным торжеством в обеденном зале донжона, куда были приглашены наиболее влиятельные люди города. Лиам, в отличии от присутствующих, к вину не прикасался, чем заслужил немало благосклонных взглядов. Как пояснил ему капитан стражи, его братья, а особенно средний, Лемел, воздержанностью тут не отличались, что было причиной ряда досадных происшествий.

Пир закончился, а вместе с ним закончился и этот день. День безусловно важный, как думал Лиам лёжа в кровати. В его жизни закончился период болезненной неопределённости. Он не только нашёл свой дом, но и призвание, способ и далее следовать своим клятвам, служить богине, заботясь о людях. И как он успел убедиться, это служение ни как не проще предыдущего, а как бы даже и не сложнее. Едва ли кто мог бы попрекнуть его в поисках лёгкой жизни.

* * *

Где-то в другом месте, примерно в это же время.

Некогда идеально чистый пол тронного зала был покрыт лужами свернувшейся крови. В воздухе висел запах ржавчины, от которого ноздри присутствующих ширились, а внутри пробуждалось что-то дремуче-древнее, глубинные, хищнические инстинкты.

И без того, чтобы оказаться в этом зале, в числе придворных короля требовались определённые способности и склад ума. Ведь когда на одно место претендуют тысячи и десятки тысяч желающих, причём и знатных семей, то финальный «приз» в итоге получит не самый старательный и не самый способный, а тот кто сможет забраться наверх по головам других, отталкивая соперников локтями и перегрызая глотки особо ретивым.