Эксперимент. Реальность или Отражение (СИ) - Кин Мэй - Страница 2

Я усмехаюсь, не в силах выдержать это выражение лица, как у загнанного зверька, которого положили в клетку к самке. Так сказать, для дальнейшего продолжения рода, но совершенно без дальнейшего согласия.

— Какого черта?.. Ты открыла дверь с ноги? Или у меня после вчерашнего начались галлюцинации? — произносит с нотками злости и недоумения после некоторого молчания, за время которого он, кажется, наконец осознает действительность, как и себя в ней.

— Эм-м-м…В общем-то, да, — виновато произношу я, но видя, как он усиленно моргает, словно пытается прогнать это наваждение, тут же произношу: — То есть — нет! Это…не галлюцинации…

С минуту он хмурится, глядя на меня исподлобья, а затем неожиданно спрашивает, едва скривившись, как от лимона, который его заставили съесть целиком:

— Ты вообще нормальная?

Хмурюсь, выражая свое недовольство от подобного вопроса. Ведь я всего лишь ударила его дверью, а не скинула с обрыва ради развлечения!

— Вполне. А вот ты — вопрос…

Он щурится, словно хищник, внимательно глядя на меня, а затем неожиданно произносит, пропустив мои слова мимо ушей.

— Значит чокнутая…

Едва покачивает головой — так, словно на него каждый день вешаются чокнутые фанатки или что-то вроде того. Я же опасливо щурюсь, подбираясь, словно кошка, готовящаяся к прыжку.

— Что ты сказал?.. Это я-то — чокнутая?

Несмотря на весь этот вид мальчика с обложки этакого журнала «Звёздная Элита» и грешные губы, которые так и манят своими изгибами, этот тип совершенно далёк от первоначального принца Эрика, коим я изначально его окрестила. Впрочем, как и от типичного принца на белом коне или же благородного рыцаря, способного спасти свою даму из пасти огнедышащего дракона.

Да-да. Читаю я не меньше, чем смотрю фильмы. Именно поэтому могу с точностью заверить вас, что этот мистер из разряда: «Плохиш — балбес». А мама учила меня держаться подальше от таких мальчиков. И совсем не важно, что внешность бывает обманчива, как и то, что я сама — далеко не божий одуванчик…

— Кажется, ещё и слегка глуховатая, — откровенно издеваясь надо мной, произносит он, усмехнувшись, и я теряю самообладание.

С какого…бублика я должна это слушать!?

— На себя посмотри, нечисть невоспитанная! — не оставшись в долгу, гневно произношу я и кое-как поднимаюсь с асфальта, на котором продолжала сидеть всё это время. При этом попутно отряхиваюсь от мелких камушков и песка, не переставая испытывать пылкое негодование.

Незнакомец же тем временем довольно усмехается, словно отыгрался на мне в отместку. Что говорит — мы квиты. Правда стоит ему чуть больше дёрнуться, мотнув головой, и он кривится. При этом его рука то и дело тянется ко лбу.

М-да, похоже шишкой я его всё же обеспечила. Надеюсь хотя бы без дополнительных бонусов в виде сотрясения. Ведь проблем в жизни и без того хватает.

— Ты как вообще? Не тошнит? — в конце концов взяв себя в руки, поступаю умнее — иду на мировую. Всё же в случившемся есть и моя вина. Хоть и частичная. К тому же, ссориться с предполагаемой жертвой — не в мою пользу.

Незнакомец снова становится серьёзным, от чего его скулы выделяются куда больше, напоминая острие лезвия. Дерзким, отточенным движением зачесывает свою челку назад. Снова смотрит на меня исподлобья, и клянусь вам, кажется думает о моем убийстве! Настолько потемнели его карие глаза. Хотя, казалось бы, куда больше?.. Но сейчас они, словно бездна!

Боже упаси!..

— Благодари Бога, крейзи, что я остался жив, — слегка тряхнув головой и снова едва поморщившись, устало выдыхает он.

— А, если бы помер? Ну, так, чисто теоретически… — под его ошалевшим взглядом, тут же интересуюсь я, растянув губы в обворожительной улыбке, сложив руки за спиной с видом милого ангелочка.

На папе этот приём всегда работает. Особенно, когда делаешь взгляд «Кота» из «Шрека». Правда всё до поры до времени, но…не суть.

— Тогда ты отправилась бы со мной к нашим праотцам, — ухмыляется он, глядя в мои глаза. Правда эта ухмылка совсем не добрая. Поэтому я понимающе киваю, делая при этом шаг назад. Как говорится: «От греха подальше».

Если бы меня треснули по лбу стеклянной дверью, то, наверное, я бы тоже злилась. И ещё как!.. Но, черт. Я же не специально!

— В общем, ты это… Прости. Я правда не хотела, чтобы так вышло. Надеюсь твоя голова не расколется надвое и… Удачи! — спешно произношу я, не стесняясь собственного жаргона, ведь по близости нет людей, считающих меня в некоторой степени «идеальной».

Развернувшись, собираюсь быстренько смыться. Однако в последний момент он хватает меня за руку. Да так неожиданно, что я впечатываюсь в него, словно бисквит, который усиленно пытаются придавить, дабы соединить с остальными в единую композицию.

— Я, конечно, всё понимаю, но… — насмешливо говорю, чувствуя его касания своей кожей. — Что за поползновения, молодой человек?! Мы даже толком не перешли с вами первую стадию знакомства!

— Не так быстро, крейзи, — со странной ухмылкой на губах, произносит этот жгучий брюнет — прямо-таки дьявол во плоти, и я замираю на месте, чувствуя пятой точкой, что к хорошему это не приведёт.

И вообще, что за дурацкая кличка — крейзи?! Я ему, что — собака? Или может быть сбежавший пациент из психушки?!

Моя ироничная улыбка в одно мгновение тает, словно сахарная вата, оставленная на солнце. Уверенность же в том, что всё позади — стремительно испаряется.

— Чего тебе надо? Оставить сотку на лёд? — вырывается из меня прежде, чем я успеваю прикусить свой длинный язычок.

А всё нервы, которые у меня уже ни к черту. Ну и дедуля конечно же. Его гены, не говоря уже о воспитании! Как говорится — нечего было меня оставлять с ним большую часть моего яркого, бунтарского детства!

Его губы сжимаются в тонкую, упрямую линию. На щеках начинают ходить желваки. Взгляд заостряется. Ещё немного и он начнёт метать ледяными молниями!

— Кажется, чувство самосохранения у тебя отсутствует… — произносит он, едва прищурившись, и оглядывает меня с головы до ног, словно я товар на витрине.

Я расплываюсь в фирменной улыбке «ангелочка» и, когда его хватка на моей руке более-менее ослабляется, бью прямо в «яблочко», как учил Кирилл.

— У меня с ним всё в порядке, придурок! — зло парирую я и, не задумываясь, срываюсь на бег, всё же предварительно кинув ему под ноги сто рублей со словами: «Не подавись!»

Терпеть не могу таких грубиянов!..

Всё то время, что я бегу — не оборачиваюсь назад. При этом мой пульс зашкаливает, а дыхание становится рваным.

В последний раз я бегала так в деревне. Ещё до того, как родители купили деду квартиру в центре, сказав, что на старости лет не мешало бы уже позаботиться о себе и пожить со всеми удобствами.

Помню, тогда мы с Ликой убегали от соседа, у которого любезно, однако тайно, позаимствовали немного яблок. Просто у деда они не росли. Почему-то не приживались. Зато у Иваныча была целая аллея, если так можно выразиться. Ну, мы и решили, что с него не убудет! Кто ж знал, что он окажется кандидатом в мастера спорта по бегу?..

В какой-то момент, когда становится людно и мне ничто не угрожает, я все-таки останавливаюсь, и, уперевшись руками в колени, судорожно выдыхаю, пытаясь перевести дыхание.

Бег, наверное, моё главное умение. Ведь убегать мне приходилось много, а главное — часто!..

Вот ведь подкинула Вселенная идиота, который не умеет смотреть по сторонам! Можно подумать, что за толстой рамой очков и пакетами, я вижу куда иду! Ага. Только при наличии третьего глаза!

Надеюсь, что этот маньяк не побежит в полицию. А, если и побежит, ему либо не поверят, либо поржут. Девчонка дала отпор! Ещё и денег оставила! Хотя, наверное, всё же следовало кинуть больше. Ведь финансовыми проблемами я не страдаю. А ему компенсация, как никак…

Мотаю головой, утираю пот со лба, придерживая дурацкие очки, из-за которых у меня начинает болеть переносица, поскольку этот раритет несколько великоват и то дело ездит по носу туда-сюда. Но… чего не сделаешь ради поставленной цели?..