Горчаков. Пенталогия (СИ) - Пылаев Валерий - Страница 160

— Расслабься, Саша. — Багратион скосился на меня, вздохнул и направил машину к тротуару. — Это всего лишь я.

Как?.. Я ведь рассмотрел лицо, когда садился в машину! Не слишком внимательно, мельком, конечно — но все же не настолько чтобы не узнать светлейшего князя из Третьего отделения Собственной канцелярии ее императорского величества!

И дело было уж точно не только в маскараде — хотя и с ним Багратион справился на отлично. Кепка, кожаная куртка, старенький тонкий свитер под ней, пачка папирос, брошенная на торпеду. Самый обычный таксист, невзрачный и предельно-усредненный.

Похоже я увидел ровно столько, сколько мне пожелали показать.

— Как вы это сделали? — Я откинулся обратно на сиденье, стараясь выглядеть не слишком удивленным. — Маскирующее плетение? Или просто залезли мне в голову?

— Ну… Ты ведь не ожидал увидеть меня в таком месте? — усмехнулся Багратион. — И, как бы то ни было, должен извиниться, что позволяю вот так вторгаться… Но у нас слишком мало времени.

Похоже на то. Если уж сам глава Третьего отделения вынужден прибегать к странным уловкам — вроде переодевания в таксиста. И зачем?..

— Думаю, ты уже успел вдоволь пообщаться с дедушкой, — полувопросительно проговорил Багратион, останавливая машину, — и уже знаешь, как обстоят дела в столице.

— Увы. — Я пожал плечами. — Похоже, все становится только хуже.

— Верно. Но проблема не в этом. — Багратион отщелкнул ремень безопасности и повернулся ко мне. — А в том, что все еще страшнее, чем ты думаешь.

— Что вы?..

— Я хочу предупредить тебя… Только тебя — лично. — Багратион поморщился. — Хотя бы потому, что ни дедушка, ни его старая гвардия меня слушать не станут. Уезжай из столицы, Саша.

— Что? — Я тряхнул головой. — Почему я?..

— Это даже не будет бегством. Нарушением присяги, возможно… Но едва ли кто-то станет упрекать тебя потом, когда все закончится. — Багратион посмотрел мне прямо в глаза. Уезжай — или тебя убьют.

— Меня?!

— Всех. Любого, кто не успеет удрать или хотя бы запереться на десять замков. Мы потеряем Петербург со дня на день… если уже не потеряли.

— Что за… странные вещи ваша светлость изволит говорить? — Я еле сдержал рвущиеся наружу слова покрепче. — Кто потеряет?

— Корона. Власти города. Лично я — если тебе так больше нравится. — Багратион поморщился, будто от зубной боли. — Не знаю, какие прогнозы тебе дали дома — но все вспыхнет вряд ли позже, чем через неделю.

— Как? — Я стукнул кулаком по ни в чем не повинной обивке сиденья. — В городе пока еще достаточно Одаренных. Гвардейские полки мобилизованы. И если даже Третье отделение…

— Третьего отделения больше нет, Саша.

Меня будто ударили обухом по голове. На мгновение из головы вылетели вообще все мысли — конечно, кроме одной.

— Что?.. — кое-как выдавил я. — Целое здание на Фонтанке, полное Одаренных. Кто вообще способен?

— Здание никуда не делось. — Багратион мрачно усмехнулся. — Пока еще. Но ты не хуже меня знаешь, что тайная канцелярия — это не только боевые маги на службе ее величества. Кто-то слил наши списки внештатных… сотрудников.

Я звучно проглотил слюну. Слова как-то не шли на ум — да и без них было понятно, что случилось нечто из ряда вон выходящее. Не просто страшное — а дикое, почти немыслимое. То, что не вписывалось в уже ставшее привычным “дело плохо”.

— Все? — зачем-то уточнил я.

— Да. Филеры, осведомители… За одну ночь несколько сотен человек исчезли или были найдены убитыми. И еще столько же — ударились в бега. И это в Петербурге. — Багратион пристроил локоть на спинку пассажирского кресла. — Что сейчас творится в губерниях, мне вообще неизвестно.

— Вас предали? — одними губами спросил я. — Так?

— Можешь придумать объяснение получше? — Багратион чуть сдвинул брови. — Конечно, у меня еще есть несколько рот жандармов и канцеляристы, из которых я теперь не доверяю и половине — но мы лишились глаз и ушей. Как думаешь — многое ли можно сделать такими силами вслепую?

— У вас еще есть армия! — Я едва не сорвался на крик. — Городовые, в конце концов…

— Которых с каждым днем становится все меньше, — ответил Багратион. — А связь с гвардейскими полками я потерял уже давно. Высшие чины и раньше не слишком-то любили посвящать меня в свои дела, а теперь у меня не осталось своих людей даже среди обер-офицеров.

— Вы думаете, гвардия перейдет на сторону Куракина?

— Не знаю. — Багратион поджал губы. — Проблема в том, что теперь я вообще ничего не знаю — а значит, случится может вообще что угодно.

— Я не…

— Послушай меня, Саша. Послушай — и просто уезжай отсюда как можно быстрее. Если не для блага государства — то хотя бы ради собственного рода. — Багратион улыбнулся, протянул руку и осторожно взял меня за плечо. — Слышишь? Я понимаю, что не должен говорить подобного — но для всех так будет лучше. Даже для твоего дедушки… потому что даже трусливый наследник куда лучше, чем мертвый.

— Уже не думает ли ваша светлость, что я разом предам и семью, и корону? — Я крепко взял Багратиона за запястье и отбросил его руку. — За кого вы меня принимаете?

— За разумного человека! — По салону такси будто прошелся ветер. — Я не успел раскопать, что именно они собираются сделать с родами, но только идиот полезет на Одаренных высших классов, не имея на этот случай четкого плана. — Багратион с шумом втянул носом воздух и продолжил уже тише: — А Куракин никогда не был идиотом — и вряд ли выжил из ума теперь. Я понятия не имею, как именно — но вас уничтожат. Всех, кто выступит против.

— Попробуют. — Я пожал плечами. — Но это не так просто сделать, ваша светлость.

— Куда проще, чем раньше, — проворчал Багратион. — Особенно если ты и дальше будешь шататься по городу без охраны. И особенно теперь, когда предатели есть даже среди моих канцеляристов.

— Да кому я нужен? — Я махнул рукой. — Бестолковый князек без чина и класса… Если уж все действительно так плохо, как вы говорите — через несколько дней в столице начнется…

— То, что ты вряд ли переживешь, Саша! — Багратион сердито сверкнул глазами. — Что бы ни задумали наши враги — их партия уже разыграна. И они наверняка пожелают закончить ее прежде, чем ее величество введет в Петербург армию. Последнее, что успел донести мой второй заместитель перед тем, как исчезнуть — Куракин вернулся в страну несколько дней назад. Ты ведь понимаешь, что это значит?

— Что он попытается захватить город?

— Именно. Может быть, уже завтра! — От железной выдержки Багратиона почти ничего не осталось. — И поэтому я еще раз повторяю: уезжай!

— Хорошо. Я вас услышал. — Мне вдруг стало лень спорить. — Благодарю вашу светлость за совет. Можете бросать все и бежать, если вам так будет угодно, но…

— Увы. — Багратион улыбнулся одними уголками рта. — Даже если бы я пал настолько низко, чтобы предать корону, мне такой возможности уж точно не предоставят.

— Тогда мне хотелось бы узнать, что ваша светлость собирается делать.

— Ее величество отказывается принять меня уже целую неделю. Может отправить в отставку в любой момент — если на нее надавят достаточно сильно. — Багратион устало зажмурился и помотал головой из стороны в сторону. — А это значить — терять уже ничего.

— И вы так просто уйдете?

— Разумеется. И тогда меня уже никак не будет связывать собственный чин. И ничто не помешает собрать тех, в ком я еще хоть как-то уверен, отыскать Куракина прежде, чем он начнет действовать, — Багратион посмотрел мне прямо в глаза. — И убить.

Мне вдруг стало стыдно. По меньшей мере — за собственные слова. Багратион мог предложить невозможное, почти оскорбительное — но он, похоже, все-таки искренне желал мне добра. И поэтому просил выбрать ту участь, которой сам уже был безвозвратно лишен: бежать. Сохранить жизнь, пусть даже ценой богатства, репутации и самого княжеского титула.

Но сам бежать не собирался.

— Думаете, вы сможете? — тихо спросил я.