Много шума из-за невесты - Джеймс Элоиза - Страница 47

Лусиус не стал ждать ее ответа. Его поцелуй был быстрым и безжалостным, он требовал всего, что она должна была дать. И подобно всем остальные поцелуям Лусиуса, он многое ей рассказал. Он утверждал свое право собственника, и от этого у Тесс закружилась голова и задрожали колени. Она прижалась к нему и, запустив пальцы в его шевелюру, привлекла к себе его голову.

Тяжело дыша, он отстранился от нее.

— Ты уверена, что не будешь предъявлять ко мне требований, Тесс? — шепнул Лусиус ей.

Перед ним была другая Тесс. Эта новая Тесс явно не имела намерения быть просто послушной, скромной женушкой.

Ее губы изогнулись в такой улыбке, которой позавидовала бы куртизанка. Она протянула руку и приложила дрожащий пальчик к его губам.

— Возможно, у меня все-таки появятся кое-какие требования, — сказала Тесс.

— Слава Богу, что Мейн был так любезен, что позаботился о священнике, и мы можем сочетаться браком немедленно, — сказал он довольно хриплым голосом.

— Можем, — подтвердила она. И Лусиус снова поцеловал ее.

Глава 26

Остальная часть утра прошла как во сне. Бедняжка Гризелда появилась вся в слезах и объявила о своем намерении уехать немедленно. Ее уговорил остаться Рейф, напомнив, что девочкам все еще нужна дуэнья.

— Я просто не могу поверить, что мой брат мог совершить такой мерзкий поступок, — рыдала она, заламывая руки. — Он никогда не делал… — Потом она, как видно, вспомнила о других возмутительных поступках Мейна и закрыла рот. — Вам будет лучше без него, — сказала она Тесс. — Хотя он мой брат и я его люблю, должна вам сказать, что в последнее время он вел себя весьма странно. Я подумала, что вы, возможно, его излечите, дорогая…

— Он должен сам найти свое лекарство, — осторожно сказала Тесс. Она чувствовала возбуждение, от которого кружилась голова, а в ушах стоял шум, как будто кровь двигалась по телу с удвоенной скоростью. Она то и дело вскидывала глаза, встречалась взглядом с Лусиусом, и ее тело обдавало жаром.

Аннабел, улыбаясь с глуповатым видом, время от времени шептала ей на ухо:

— Я это предвидела. Я так и знала. Меня не проведешь!

Епископ, который пришел в ужас от поступка своего племянника, согласился сочетать их браком по специальному разрешению, в котором быстренько зачеркнули имя Мейна и вписали имя Лусиуса Фелтона.

— Молодчина! — то и дело повторял епископ, и было видно, что ему хотелось ободряюще хлопнуть Лусиуса по спине, но он не решался. Лусиус был не из тех людей, которых похлопывают по спине. — Мой племянник мерзавец. Бросил такую красавицу! Но у него отличные друзья. Он их не заслуживает.

— Да уж, — уклончиво произнес Лусиус.

Наконец священник раскрыл требник и принялся в ускоренном темпе читать вступление к церемонии бракосочетания. Видимо, он полагал, что при сложившихся обстоятельствах все романтические украшательства следует опустить. Он говорил так быстро, что Тесс казалось, будто его слова стекают с ушей, как вода.

— Берешь-ли-ты-эту-женщину… — единым духом пробормотал он, после чего последовала пауза.

— Беру, — отчетливо произнес голос Лусиуса. Священник повернулся к Тесс:

— Берешь-ли-ты…

Остальное она даже не поняла, потому что изо всех сил старалась уловить полное имя Лусиуса. Священник замолчал, взглянул на нее, и она не раздумывая ответила:

— Беру.

— Отлично! — от души одобрил происходящее священник и вернулся к Библии, явно испытывая облегчение, потому что репутация племянника была спасена.

Тесс закусила губу. Она приуныла, почувствовав себя так, словно она кусок мяса, который повар решил поскорее пустить на рагу, чтобы оно не испортилось. Вдруг она почувствовала, как большая мужская рука взяла ее руку, и, подняв голову, встретилась взглядом с Лусиусом.

И пусть другим его лицо могло показаться непроницаемым, Тесс увидела в глазах Лусиуса озорные искорки, которые давали основание предполагать, что позднее, оставшись вдвоем, они вдоволь посмеются над этой скомканной церемонией бракосочетания.

Священник, несколько успокоившись, приступил к следующей части.

— Я, Лусиус Джон Персиваль Фелтон, беру тебя, Тереза Элизабет Эссекс, в жены, чтобы отныне и навсегда…

Тесс впервые отчетливо расслышала его имя и удивленно приподняла бровь при имени Персиваль.

— …в радости и горести, — уверенно произносил Лусиус, не отпуская ее руку, — в богатстве и бедности…

«Деньги для него — для нас — проблемой не будут, — подумала Тесс. — Возможно, даже было бы лучше, если бы их было не так много». Но она прогнала эту мысль как смехотворную.

— В болезни и в здравии, — продолжал Лусиус, — и клянусь любить тебя и лелеять, пока смерть не разлучит нас.

Тесс встретилась с ним взглядом и вдруг почувствовала огромную радость оттого, что она обменивается брачными обетами не с Мейном, а с Лусиусом.

Потом Тесс произнесла слова своей клятвы и, едва успев закончить, почувствовала, как он целомудренно поцеловал ее в щеку, взял за руку, и они повернулись. Аннабел плакала, Джози широко улыбалась. Рейф давал указание Бринкли открыть столько бутылок шампанского, сколько найдется в погребе.

— А теперь, — кричал он, размахивая бокалом и улыбаясь, — мы поздравим молодоженов и проводим супругов в их собственную резиденцию.

Тесс удивленно взглянула на Лусиуса.

— У меня есть дом в часе езды отсюда, — сказал он ей. — Я подумал, что нам не помешает немного побыть одним.

— Разве мы не поедем сразу же в Лондон? — смущенно спросила Тесс, которая думала о необходимости увезти Аннабел из дома Рейфа.

Но он просто сказал:

— С твоими сестрами все будет в порядке. Леди Гризелда согласилась остаться в качестве дуэньи.

Тесс нахмурила было лоб, но он спросил:

— Ты мне веришь, Тесс?

— Да, — сказала она, заглянув Лусиусу в глаза. Тем дело и кончилось.

Ей отчетливо запомнился еще один момент: когда она перед отъездом сидела у зеркала в своей комнате, а Аннабел и Джози сидели позади нее на кровати, Джози немного всплакнула — ей хотелось бы, чтобы с ними была Имоджин. Потому что теперь они уже не будут все вместе. И все будет не так, как прежде.

— Будет еще лучше, — уверила ее Аннабел. — Тесс, ты вышла замуж за самого богатого человека в стране. Наша сестра будет самой богатой женщиной Англии.

— А я слышала, что самым богатым человеком в Англии является Уильям Бекфорд из Фонтхиллского аббатства, — вмешалась Джози.

— Фу! — наморщив носик, воскликнула Тесс. — Что сказала бы мисс Флекно, услышав этот вульгарный разговор?

— Как ты думаешь, у твоего мужа имеется замок? — спросила Джози. — Может быть, ты будешь хозяйкой замка? Как тебе повезло, Тесс!

— Замок, — повторила Тесс.

— Уверена, что у него имеется нечто подобное, — сказала Аннабел. — У всех героев в романах имеются замки.

— В замках живут короли, — решительно заявила Тесс, втыкая в прическу последнюю шпильку, — а не простой народ вроде нас.

— Простой народ! — воскликнула Джози. — Очнись, Тесс! Аннабел встретилась взглядом в зеркале с Тесс.

— Джози, оставь, пожалуйста, нас с Тесс на минутку одних.

Джози прищурилась.

— Если вы намерены говорить о супружеских обязанностях, то я знаю об этом все, во всех подробностях.

— Я бы на твоем месте не стала сообщать об этом мисс Флекно, — предупредила Аннабел, выставляя ее за дверь.

— Я тоже знакома с этим вопросом, — сказала Тесс, заметив, что руки у нее слегка дрожат. — К тому же этот вопрос мы обсуждали вчера вечером, Аннабел.

— Мне всегда казалось, что быть знакомой с основами этого вида деятельности и заниматься этим самой — это не одно и то же, — твердо заявила Аннабел. — Тебе страшно?

Тесс на мгновение задумалась.

— Немного. Я надеюсь, что выполню свой долг как следует, что бы это ни означало.

— Судя по всему, это совершенно неинтересное занятие, — вздохнула Аннабел. — Из того, что я узнала, Тесс, можно сделать вывод, что самое главное — пережить это с улыбкой. Миссис Хауленд из деревни говорила мне, что мужчина больше всего не любит, когда ему отказывают в общении. Но не расстраивайся. Должно же быть в этом хоть что-то привлекательное, иначе в мире не рождалось бы столько детей.