Соболев. Пробуждение Дара. Том 1. Том 2 (СИ) - Риддер Аристарх - Страница 53

— Да, я вас слушаю.

— Хилари Пелоси, газета Вашингтон пост, — представилась она.

А вот имя для китаянки странное, ничего не скажешь. Она продолжила:

— ГосподинСоболев, как вы прокомментируете слухи, что вас включили в состав команды только для того, чтобы мистер Крокер мог взять у вас реванш при своей публике. А на самом деле вы намного слабее не только ваших товарищей по команде, но и тех, кто мог быть на вашем месте, например, Шершня.

Крокер, сидевший рядом, довольно улыбнулся услышав этот вопрос.

Я внимательно посмотрел на него, потом на Алексу и ответил

— Вы знаете Хилари, мне не очень интересны слухи, это по вашей журналистской части. А что до реванша, который хочет взять мистер Крокер... Я побил его в очной встрече в Москве и готов сделатьэтоснова. И снова. Ровно столькораз, сколько понадобится.

— Авы готовы поставить на кон, допустим, то кольцо, которое вы выиграли в прошлый раз у мистера Крокера? Раз вы так уверенно говорите о своем превосходстве над ним.

— А вот это вас, Хилари, — при этих словах я изобразил свою самую американскую из всех возможных улыбок, —совершенно не касается. Думаю, мы решим этот вопрос с мистером Крокером лично, если он захочет, конечно.

Это был последний вопрос и на этом пресс конференция завершилась.

— Неплохо Соболев, — похвалиламеняАлекса, когда наша команда погрузилась в один из поданных намминивэнов на воздушной подушке.

Краем глаза я увидел эмблему машины и усмехнулся, как же тут всё отличается от моего родного мира. Машина была изготовлена на Нижегородском маго-механическом транспортном заводе. У нас то там, наоборот, американские машины катаются по российским дорогам.

Сопровождающие, включая Котову сели в другой, но точно такой-же минивэн.

— Что неплохо? — уточнил я у Алексы.

— Ты не поддался на провокацию прямо там заключить пари с Крокером и поставить его же кольцо. Я не знаю почему, но оно чем-то очень важно американцам. Отец, перед самым вылетом сюда,говорил, что с ним связывались его коллеги-банкиры из Бостона и просили стать посредником, для того чтобы выкупить у тебя кольцо. Суммы назывались очень значительные.

— И сколько, если не секрет?

— Речь шла о миллионе. Рублей, а не долларов, естественно. Так что, мой тебе совет, не ставь его на кон.

— Хорошо, я понял.

По планам мы сейчас должны были заселиться в один из пятизвездочных отелей прямо рядом с водопадом, потом взбодриться в с помощью привезенного нами оборудования, а по условиям суперсерии медицинское обеспечение нашей команды осуществляли мы сами, потом тренировка на арене Ниагара, и в восемь часов вечера, первый гоночная ночь. Четыре дуэльных заезда, два заезда пар, и если счёт будет равный, тоеще один дуэльный заезд. Тот, кто побеждает по итогам вечерам получает один балл, тот, кто проигрывает, соответственно, ноль.

И так восемь раз. Особо оговаривалось, что будут все восемь гоночных вечеров, никакой досрочной победы не предусматривалось, бабки уплочены, контракты заключены, и зрители ждут зрелища.

Пока мы ехали до отеля я думал о Котовой. Мы с ней толком не общались последние две недели. Она исправно помогала мне с тренировками, с каждым разом усиливая меня всё лучше и лучше, как будто её дар притирался к моим возможностям, но общение сводилось к дежурным «привет — как дела — сегодня как обычно — пока».

Я несколько раз пытался с ней поговорить, поначалу, но потом забил. В конце концов, мне от неё нужно только одно, да и ей от меня, видимо тоже.

Через десять минут мы приехали, получили ключи от номеров, все документы уже были оформлены заранее, и наши с Валерией комнатыоказались рядом. В принципе это логично, она же мой плюс один.

Мы молча поднялись на лифте, он был стеклянным и крепился, как будто, с внешней стороны стены здания, так что нам открывался чудесный вид на водопад и мост через Ниагару и Торонто. Арены видно не было, как объяснили организаторы, сейчас на ней работали установки невидимости, которые отключатся перед самым началом вечера. Створки лифта раскрылись, и мы вышли на последний семьдесят седьмой этаж, где располагались одни люксы, полностью забронированные для русской делегации.

Я зашёл в свой номер, Котова в свой, и громко по-русски сказал «свет», голосовое управление здесь было стандартом.

Ничего так, три комнаты, бассейн и гидромассажная ванна, огромные голографические панели и каталог ночных развлечений включая казино и огромный выбор девочек. Как будто тем, у кого есть деньги только и нужно, что весело их спустить, а потом как следует потрахаться. Хотя, может быть и так.

Только я собрался сходить в душ, как ожила панель вызова рядом со входной дверью

— Принять звонок, — сказал я, и увидел, что в коридоре стоит Алекса, всё так же в своем ничего не скрывающем платье, и какой-то мужик.

— Соболев, открывай, — сказала Алекса и через мгновенье они были уже внутри.

— Познакомься, — представила она мне своего спутника, — это Эдгар Росомаха, чиновник по особым поручениям в ведомстве господина Грифова. Он хотел поговорить с тобой.

Рукопожатие у этого крепко сбитого невысокого мужчины оказалось таким же крепким, и он сказал

— Перейду к делу, нам нужно чтобы вы поставили ваше кольцо, если Крокер бросит вам вызов, — сказал он, чем изрядно меня озадачил.

— Кому это вам? Позвольте спросить.

— Нам, аппарату господина канцлера. Это дело государственной важности, интересы Империи, если хотите.

— Хм, а ничего что это моя собственность, которую я не хочу ставить на кон? Или я должен пожертвовать своими интересами ради интересов Империи, которых я даже не понимаю?

— Раньше так и было, господин Соболев, интересы Империи всегда превыше всего. Именно так мы стали доминирующей силой на всей планете. Но, по счастью для вас, времена изменились и теперь нельзя вам просто так приказать. В случае проигрыша вами этого кольца господин канцлер обязуется вам предоставить артефакт с соответствующими возможностями. Кроме того, вам будет выплачено вознаграждение. Сколько вы выиграли на ставке, хочу заметить нелегальной, ведь на себя ставить нельзя, которую сделали перед заездом с Крокером? Сто тысяч? Можете не отвечать. Вот столько вам и заплатят. Хочу заметить, в любом случае, заплатят.

— Что значит в любом случае? Не важно, выиграю я или проиграю? — надо поговорить с Котовой. Что это за хрен такой, который так спокойно говорит о наших с ней делах?

— Да, совершенно верно. В любом случае. Если в результате кольцо останется у вас, это тоже будет отвечать нашим планам.

— Хорошо, господин Росомаха. Меня это устраивает, — я протянул ладонь и на ней появился мой соболь, — думаю мы можем заключить это соглашение.

Через мгновение соболь и росомаха сплелись между собой и исчезли в яркой вспышке.

— Спасибо за понимание, господин Соболев, а теперь позвольте откланяться, дела.

Сказав это Эдгар кивнул нам с Алексой и вышел, оставив нас одних.

— Жду тебя в нашем мед. центре, — сказала она, — там тебя взбодрят, а потом тренировка. Америкосы не хотят пускать нас на арену, но гарантировали что построили точную копию трассы, которую мы и попробуем.

— А что насчет ловушек?

— По правилам они станут сюрпризом для обеих команд.

— А нас не кинут? — недоверчиво спросил я.

— Не переживай, не кинут. Организаторы следят за этим очень строго. Так что давай, жду тебя в фойе, тренировка будет открытая, не опаздывай.

— Слушай, я хоть раз опаздывал? Нет. К чему эти слова тогда?

— Ой всё. Фигура речи. Всё, я ушла.

Алекса вышла, вот чёрт, какая же у неё офигенная задница! Две недели я уже без девушки, и мысли у меня были соответствующие. Разложить бы её прямо здесь! Эхх, ну ладно, позже.

Я принял душ, и задумался. Что-то в словах Алексы меня зацепило. С этим Эдгаром как раз всё понятно. Мутят себе что-то спецслужбы, ну пусть мутят, главное, что ни мой карман, ни мои боевые возможности от этого никак не пострадают. Наше соглашение подтвердили тотемы, так что кинуть меня не кинут. Но вот Алекса? Что в её словах меня так зацепило?