Тот первый поцелуй - Джеймс Саманта - Страница 56

— Правильно. Но ведь у вас есть брат? Морган весьма процветающий человек. А что если с ним произойдет несчастье со смертельным исходом?

Натаниель отлично понял, куда клонит Морленд, и сразу нашел ответ:

— Его наследница жена, а не я.

Морленд покрутил вино в бокале и посмотрел его на свет.

— Жаль, — заметил он. — А что если несчастье случится сразу с двоими? Бедняги, это будет настоящая трагедия, ведь они молодожены. — Он поднял голову; его глаза опасно поблескивали. — Тогда определенно наследуете вы. И уже ничто не помешает вам с легкостью расплатиться с виконтом Хэдли, не так ли?

Ответный взгляд Натаниеля был холоден как лед.

— Вы получите деньги Хэдли. Но я должен взять их взаймы у Моргана. Дайте мне срок до завтрашнего дня.

— Прекрасно!

Морленд поставил бокал на стол и поднялся. Натаниель взглядом проводил его до двери.

— Мы встретимся здесь, у меня? Морленд с улыбкой приподнял котелок.

— Думаю, что нет. Не беспокойтесь, я вас извещу о времени и месте.

С этими словами Морленд вышел из комнаты.

Страх сдавил сердце Натаниеля, тучи сгущались над его головой. Морленд был коварнее змеи. Кто бы мог подумать, что он втянет в эту историю Элизабет и Моргана?

Морленд угрожал расправиться и с Элизабет, и с Морганом, и он не шутил, раны на плече и на боку были тому наглядным доказательством. Морленд не выпустит его из своих когтей, пока не получит то, за чем явился. Но на этот раз он, Натаниель, не станет просить Моргана заплатить за него долг. Есть же у него какая-та гордость.

И, может быть, пришло время впервые в жизни сделать правильный шаг и совершить благородный поступок.

Глава 26

Последние несколько дней прошли для Элизабет как в тумане, она то цеплялась за слабую надежду, то погружалась в море отчаяния. Но все ее беды казались ничтожными перед лицом испытаний, выпавших на долю Моргана и Натаниеля.

И тем не менее она страдала.

Дни были полны разочарования и безысходности, ночи — неутоленных желаний. Когда же наконец вернется Морган? Если бы только знать! Как убедить Моргана, что это его дитя она носит под сердцем? Неужели он ее оставит, как хотел оставить Амелию?

Она не могла прогнать тяжелые мысли из головы, а печаль из сердца.

В тот день Анни уговорила ее прилечь перед ужином. Элизабет уже закрыла глаза, когда снизу, из холла, донесся звук шагов. Она приподняла голову и напряженно прислушалась. К звуку шагов присоединился негромкий говор мужских голосов. Морган! Элизабет чуть было не задохнулась от радости. Она вмиг сбежала вниз по лестнице. Это был Натаниель.

Симмонс как раз взял у него шляпу. Натаниель посмотрел на нее со странно замкнутым выражением на красивом лице.

— Добрый день, Элизабет.

— Это вы, Натаниель? Прошу вас, входите. Элизабет пригласила его в гостиную, она была удивлена, но и обрадована его приходом. Ведь она постоянно думала также и о нем. Она хотела, чтобы Натаниель оставался у них до тех пор, пока не решится вопрос с его долгом виконту Хэдли или пока не исчезнет угроза со стороны человека в коричневом котелке. Но он твердо отказался.

Сидя на краю дивана, Элизабет расправляла складки платья. Натаниель расположился в кресле напротив.

— Может быть, вы хотите чаю? — предложила она.

— Нет, благодарю вас. Я к вам ненадолго. Элизабет окинула его быстрым взглядом. У него был неплохой цвет лица, и, хотя, наверное, его все еще беспокоило больное плечо, он держался достаточно прямо.

— Вы хорошо выглядите, — заметила она.

— Я действительно чувствую себя значительно лучше.

Пришел черед Натаниеля внимательно посмотреть на Элизабет.

— Морган еще не вернулся?

Элизабет потухла. Про себя Натаниель обругал брата за то, что тот не видит собственного счастья.

— Он образумится, Элизабет. В ее глазах было столько боли.

— Вы так думаете?

— У него с вами все не так, как с Амелией, — пытался подбодрить ее Натаниель. — Он никогда так не любил Амелию, как он любит вас, Элизабет.

— Как бы мне хотелось в это поверить, — сказала она мечтательно. — Но мне остается только ждать. Вы уже уходите?

Он кивнул.

— У меня есть кое-что для вас, Элизабет.

Он порылся в кармане сюртука и вытащил какой-то предмет, зажав его в кулаке.

— Дайте сюда вашу руку.

Элизабет с любопытством подчинилась. Что-то прохладное и гладкое легло на ее ладонь.

Боже мой, ее ожерелье. Она невольно ахнула.

— Но вы говорили, что отдали его тому ужасному человеку…

— Я вам лгал, — сказал он с такой бравадой, что Элизабет звонко рассмеялась. — Хотите я вам его надену?

— Пожалуйста, — согласилась она и повернулась к нему спиной.

Затем потрогала и погладила жемчужины кончиками пальцев.

— Спасибо, — произнесла она с чувством. — Вы не представляете себе, как я рада. — И еще тише добавила:

— Ведь это свадебный подарок Моргана.

— Тем более я доволен, что он к вам вернулся. Смешливая ямочка появилась на щеке у Элизабет.

— А вы, Натаниель О'Коннор, вовсе не такой уж негодяй, каким себя считаете.

Он расхохотался.

— Нет, Элизабет, я и есть негодяй, но у меня вдруг откуда-то появилась совесть. — Его улыбка увяла. — Наверное, мне не надо было приходить сюда. Но мне так хотелось увериться, что вы не питаете ко мне ненависти.

— Конечно же, я не питаю к вам ненависти! Вы всегда будете дороги моему сердцу, Натаниель.

Всегда.

Смущение промелькнуло на его лице.

— Значит, вы меня прощаете?

— Да, да, прощаю!

В искреннем порыве Элизабет поднялась на цыпочки и обняла его за плечи.

Она проводила его до дверей. Уже на выходе Натаниель повернулся к ней лицом. Он был все так же угрюм и мрачен, хотя взгляд его чуть посветлел.

— Вы передадите Моргану мои слова?

— Обязательно.

— Скажите ему, что, если он будет вас обижать, я вернусь и расквитаюсь с ним. — Он наклонился и поцеловал ее в щеку. — До свидания, Элизабет.

Натаниель спустился с крыльца. Стоя в дверях, Элизабет смотрела, как он прошагал по дорожке и скрылся из виду. Она не могла избавиться от непонятного тревожного чувства, которое с каждой минутой становилось все сильнее. Что-то тут было не так. И Натаниель не был похож сам на себя. Безусловно, трудно было ожидать, что после ранения и неожиданного поразительного признания он будет пребывать в своем обычном веселом расположении духа. И все же он чересчур мрачен, даже печален.

Элизабет вернулась в гостиную и принялась ходить взад и вперед по комнате. Когда она уже в четвертый раз проходила мимо кресла, в котором сидел Натаниель, клочок бумаги на полу привлек ее внимание. Она наклонилась и подняла крошечный смятый листок. Натаниель стоял на этом самом месте, когда вытаскивал из кармана ее ожерелье. Наверное, бумажка и выпала оттуда.

Элизабет расправила листок. Страх овладел ею, хотя она не могла определить его причину. Бумага была так сильно помята, что она с трудом разобрала написанные слова:

« Шесть часов. Ферри-лейн, № 200 «.

Элизабет еще раз прочитала записку. Несомненно, это был адрес. Значит, у Натаниеля с кем-то свидание?

Человек в коричневом котелке.

Листок чуть не выпал у нее из рук. Мысль возникла из ничего. От ужасного предчувствия она задрожала всем телом. У Натаниеля свидание с человеком в коричневом котелке. Тем самым, который его ранил.

Неожиданное движение в передней привлекло ее внимание, и Элизабет подняла голову: в комнату решительной походкой входил ее муж.

Она бросилась ему навстречу, позабыв обо всем на свете.

— Морган! Слава Богу, ты вернулся!

Не раздумывая, она прижалась к его груди и .заплакала бы от счастья, если бы не страх, возраставший с каждой секундой.

— Морган, нам надо спешить! У Натаниеля встреча с человеком, который его ранил…

Слова мешались и путались, она была почти в истерике…

Сильные руки подхватили ее и прижали к самому сердцу; затем Морган отстранился, чтобы посмотреть ей в лицо.