Дары Матери (СИ) - Оганесян Вартуш - Страница 27

Француз звучно рассмеялся.

Селена только сейчас обратила внимание, что они едут по пустыне. Их окружали множество красивых гор. Солнечные лучи рассвета окрашивали их в разные цвета от песчаного до красного с разными отливами.

— Как красиво! — не сдержалась она от восторженного замечания.

— Очень! — Ольга тоже с интересом смотрела в окно.

— Жорж, остановись, пусть девчата сделают пару фото на память, — предложил Сергей, — а то летишь, как на пожар.

— Пожалуйста! — хором поддержали идею девушки.

Француз недовольно глянул на часы. Опять нарушаются планы! Но поймав на себе умиляющее выражение лица Селены, не смог отказать.

— Ладно. Здесь неподалёку есть бедуинская деревня. Пока вы будете фотографироваться, я как раз решу один вопрос с местным шейхом.

Он свернул с дороги на каменистую поверхность пустыни и теперь мчался по ней, оставляя за собой клубы песка и камней.

Вскоре они остановились у небольшой деревни. Основное жилище местных аборигенов представляло собой смесь разных конструкций из деревянных блоков и фанеры, а крышей опять же служили пальмовые листья. Но были и традиционные палатки, на шестах которых раскинулись покрытия из верблюжей или козьей шерсти. Жизнь в их маленьком мирке шла своим чередом. Дети бегали и играли, женщины в своих черных одеяниях, занятые своей основной работой — готовкой, перемещались из одной палатки в другую с разной утварью. Мужчины, расположившись на коврах и мягких подушках рядом с жилищем, вели беседы, попивая чай. Верблюды вальяжно расположились на земле и лениво наблюдали за бегающими вокруг них козами. Солнце только набирало силу, все пытались насладиться прохладой до того, как наступит жара, и нужно будет прятаться в спасительной тени своих домов.

Незваных гостей, конечно же, заметили сразу. Когда они вышли из машины, дети бросились в их сторону, весело перекрикиваясь на ходу и размахивая руками, приветствуя приезжих. Женщины ненадолго замерли в своих позах, но тут же продолжили работы. А мужчины лишь поудобнее растянулись на подушках, с любопытством поглядывая в их сторону.

В поднявшемся шуме Жорж быстро перекинулся пару слов с детьми на арабском языке, после чего несколько мальчишек схватили его за руки и потащили в сторону одной из палаток. Сергей, Оля и Селена поплелись за ними, уволакиваемые любопытной детворой, которые так и наровились их потрогать да подёргать.

Из палатки к ним навстречу вышел пожилой мужчина в их традиционном наряде, видимо на поднявшийся шум. Затем признал одного из гостей. Он радушно поприветствовал француза, восклицая какие-то восторженные слова на своём диалекте, крепко пожал протянутую руку и повлёк внутрь палатки. Оттуда как раз выходила девушка в чёрном безразмерном балахоне, полностью покрывающем тело, а на голове чёрная длинная шаль. Восхитительно голубые глаза, обрамленные длинными черными ресницами, на невероятно красивом белокожем лице заставили гостей невольно залюбоваться ею. Только Жорж особо не удивился. Он, похоже, уже встречался с ней ранее, потому что на входе девушка слегка задержалась, одарив его ослепительной улыбкой, а затем поспешно закрыла лицо платком, оставив только глаза, и поспешно удалилась. Француз со свойственной ему ухмылкой проводил её взглядом и вошёл внутрь вслед за мужчиной.

Непонятные чувства охватили Селену. Но она не успела разобраться в них, потому что местная детвора увлекла их дальше в противоположную сторону от палатки, и завели под отдельный навес, который оказался пекарней. Посреди пекарни из каменных блоков был выложен очаг, внутри которого располагался круглый слегка выгнутый металлический лист с загнутыми вниз краями. Этот лист служил им плитой, а в качестве топлива использовали высушенный навоз, кизяк, который хранился тут же в мешке возле плиты. У очага сидела женщина в чёрной одежде с закрытым лицом и расстилала тонкую лепёшку на горячем листе. Рядом с ней сидела другая женщина, которая брала из таза готовое тесто, делала колобки, затем раскатывала его на круглом низком деревянном столе при помощи палки.

Но дети не унимались и повели гостей внутрь прилегающей палатки. Множество ковров и подушек на полу напоминало комнату отдыха. Их усадили на эти подушки и откуда ни возьмись появились другие женщины с чаем в руках и теми самыми лепешками. Расставив угощения на низеньком столике, они быстро удалились, а вместе с ними убежали и дети.

— Вот это да! — наконец выдохнула Ольга. — Я не успела ничего понять. Почему они не дали нам пойти с Жоржем? Вы видели, какая красивая девушка там была? И почему она так быстро убежала? Как-то странно она посмотрела на Жоржа, как будто… — Тут она осеклась и искоса посмотрела на подругу.

Селена тоже никак не могла выкинуть из головы прекрасную девушку и взгляд, которым провожал её француз. Мучительное чувство ревности вперемешку с завистью начали вырисовывать в воображении разные невероятно интимные сцены с участием этой девушки и Жоржа. Журналистка поскорее схватила стакан ароматного чая с запахом похожим на мяту и поспешно глотнула. Горячая жидкость растеклась по горлу, обжигая язык и нёбо. От внезапной боли, она выпустила стакан из рук и опрокинула оставшийся напиток себе на бедро.

— Черт! — выкрикнула журналистка, и слезы накатились на глаза. — Как же больно! — всхлипывая, она одной рукой держась за рот, а другой стряхивала обжигающие капли с джинс.

— Сергей, воды, скорее! — подскочила к ней Ольга с полными ужаса глазами.

Сергей уже выбежал из палатки, с криками «Воду! Скорее!» на всех языках, какие только знал.

Вслед за Сергеем в палатку вбежал Жорж с бутилированной водой. Ольга чуть сдвинулась, позволив ему присесть напротив подруги и облить прохладной водой её ноги.

— Пей, только медленно. — Он приложил бутылку к губам журналистки и начал поить.

Селена послушно отпила, не открывая глаза и продолжая всхлипывать. Она почувствовала, как боль постепенно начинает отступать.

— Покажи язык, — мягко попросил француз. Тут девушка распахнула полные слёз глаза и отчаянно замотала головой. Она успела поймать на себе испытующий взгляд прекрасных женских голубых глаз со стороны входа в палатку, но когда посмотрела туда, там их уже не было. Только несколько женщин и детей, сопереживающих гостье. — Нужно посмотреть, насколько серьёзный ожог. Не упрямься! — твердо проговорил он.

Она снова закрыла глаза, послушно открыла рот и вытянула язык. Теперь стыд преобладал над болью.

Через несколько секунд она услышала заключение «доктора»:

— Немного покраснел, но в целом ничего страшного. До свадьбы заживёт, — подбадривающе улыбнулся он, когда Селена снова посмотрела на него. — Ещё бы конечно посмотреть, что там под штанами, но интуиция мне подсказывает, ты мне не покажешь. — Получив от девушки лёгкий удар по плечу, Жорж весело рассмеялся и встал. — Ладно, принесу вещи, чтобы ты переоделась.

— Уже принёс, умник, — отозвался Сергей.

— Ты когда успел? — удивилась Ольга, глядя на него с чемоданом возле занавеса у входа.

— Пока этот плейбой играл в доктора, — усмехнулся он.

— Да пошёл ты. — Жорж нарочно толкнул его плечом в плечо, когда прошёл мимо.

Сергей лишь по-дружески рассмеялся и вышел следом.

— Оль, ты тоже иди, — попросила Селена. Хотелось остаться одной и немного покопаться в себе, разобраться с чувствами.

Она стянула с себя штаны и посмотрела на небольшое красное пятно на бедре.

— Блин, ещё волдыря не хватало, — буркнула себе под нос и начала искать, что надеть. Штаны не подходили, не хотелось лишний раз натирать место ожога, шорты тоже, оголять ноги перед Жоржем тоже не входило в планы. Она удивилась своим мыслям, ведь раньше её совсем не заботило, кто и как на неё смотрит. Но не в этот раз. Селена сразу представила его оценивающий взгляд на себе и стало неловко.

— Могу одолжить хиджаб, — вдруг послышался насмешливый женский голос с небольшим акцентом.

Селена вздрогнула от неожиданности и резко повернулась в сторону голоса.