По средам мы носим чёрное (СИ) - "Vastise" - Страница 84

— Это машина, — проговорил Драко.

— Что прости? — вышла из оцепенения Гермиона.

— Девиль — это автомобиль. Кадиллак Девиль тысяча девятьсот пятьдесят девятого. Тео модернизирует магловские изобретения магическими артефактами. Паркинсон не одобряет такое не-волшебное увлечение будущего мужа.

— С чего ты взял, что мне интересно?

— С того, что в моей башке клокочет злость на Нотта и желание разорвать его на тысячу мелких кусочков. Ты думаешь, что он изменяет Пэнс, но уверяю тебя, скорее гоблины начнут раздавать галлеоны беднякам, чем Теодор предаст свою девушку, — Малфой глядел прямо в иллюминатор. — Мы скоро сядем.

— Откуда такая уверенность? Ты не можешь знать, что происходит за закрытыми дверьми, — проклятая печать злила ведьму. Другого объяснения, как мужчина прочувствовал все её эмоции, быть не могло.

— Самое главное, чем стоит дорожить — это верность, Грейнджер. Своим принципам, своей семье, самому себе в конце концов. Все остальное можно простить и забыть, но только не предательство, — серые глаза пронизывали насквозь.

Девушка почувствовала, как ей становится неловко за своё поспешное осуждение Нотта. Только сейчас она осознала, что общей чертой знакомых ей слизеринцев было не только амбициозность, хитрость, но и безграничная верность. Своему делу, слову, близким людям. Малфой был готов сжечь целый мир вокруг ради друзей и семьи. Пожертвовать всем, что есть. Как и она для Гарри, для Джейн, для своих родителей.

Карие глаза скользнули по профилю Драко, который совсем не обращал на ведьму никакого внимания. Из его головы никак не выходило то чувство, заполнившее легкие буквально минуту назад. Как такое возможно, что он ощутил эмоции Грейнджер? Вначале волшебник сомневался, но заметил её плотно сжатые губы, сдвинутые брови и злой взгляд куда-то вглубь самолета. «Сейчас не до девчонки. За ними следят. Думай о деле».

Мужчина вытащил ручную кладь с верхних полок и направился к выходу. Он так и не смог избавиться от навязчивых мыслей, что его тянуло к гриффиндорке. Что-то переключилось после ночи в игорном доме. Что-то произошло. Напряжённый взгляд карих глаз, когда она рассматривала татуировку стюардессы, вызывал желание схватить её за подбородок и перевести все чертово внимание на него самого. Стать центром и сосредоточением интересов Грейнджер.

Хаотические мысли мельтешили всю дорогу по длинному коридору огромного парижского аэропорта. «Нужно думать о том, как найти чертовы зацепки к Димитровой, а не о магической связи с бывшей сокурсницей. Не сейчас, не сейчас, не сейчас».

— Простите, мадемуазель, — раздался мужской голос за спиной, вырывая Драко из размышлений.

Худой незнакомец столкнулся с Гермионой, которая также тонула в своих мыслях.

— Прошу прощения, сэр. Я вас не заметила, — девушка поспешила за Малфоем, остановившимся чуть поодаль.

Мужчина шел медленно, будто бы хотел показать, что они не вместе. Незнакомец скрылся за поворотом. Странная ситуация. А когда ты ведешь двойную жизнь и твоим врагом является сильная темная ведьма, то любая странность может убить. Не доверять никому. Иногда даже самой себе. Поэтому проверить одежду, защиту и палочку. Никаких видимых повреждений. Будто бы совсем ничего. Разве что энергослед пустой. Кто-то пытался снять его.

— Тот парень… — начала было Гермиона.

— Аврор, — закончил за неё Драко. — И ищет меня. Скорее всего, Поттера уже сняли с дела и времени больше нет.

— Он попытался считать магическую оболочку моей палочки, но сработала защита, и энергослед стерся. Я проверила. Разве они не знают, как ты выглядишь?

— Тонко, Грейнджер. Очень умно. Знают, но не могут задержать на глазах у магловской полиции это раз. Во-вторых, мракоборцы из французского штаба имеют мою колдографию семилетней давности и пространное описание, как я выгляжу. Именно поэтому я не появляюсь на общественных мероприятиях. Надо теперь скрыться из виду и потеряться в городе.

— Бал, где ты затащил меня танцевать под люстру, не считается? — фыркнула девушка.

Драко устало прикрыл глаза. Гриффиндорка права, дементор их раздери. Он совсем уже забыл про это. Свежие колдо красовались на каждой английской газетенке до сих пор. Ни малейшего шанса, что авроры могут его перепутать с кем-то другим.

— Уходи. Спрячься где-нибудь. Ты сейчас вне игры. Если тебя поймают, то Астории не сдобровать, как и всем остальным. Как найдешь безопасное место — пошли патронуса. Дай мне два дня. Если не вернусь, то в Баше тебе помогут.

— Есть идея получше, мистер-я-спасу-всех-и-вся. Колдовать нельзя, они ищут твое древко и уже поставили везде радары на всплески магии. После того, как не удалось с меня ничего считать, они будут думать, что я магл. Осталось прикрыть Ваше величество. Снимай шарф и все остальное…

— Тайное желание увидеть меня без одежды не перестает преследовать тебя, — ухмыльнулся мужчина.

— Ты, похоже, горишь желанием ужинать в Азкабане, — прошипела ведьма. — Сколько времени, по-твоему, нужно, чтобы пройти от коридора до внутреннего зала ожидания? Я уверена, что нас уже там ждут.

— Не более десяти минут, из которых мы перешептываемся уже пять или шесть.

— Какая точность. Считаешь каждую минуту со мной, что ли? — колдунья вернула колкость, вызывая у Драко улыбку.

— Каждую секунду, мисс Грейнджер.

На секунду пересечься глазами. Буквально на миг. Образы в голове. Много. Разных. Жгучее желание прикоснуться к её телу. Она одним движением затянула его в дежурное помещение для авиагрузов.

— Надевай, — волшебница стянула с себя берет и кремовое пальто.

Нежная кожа вспыхнула румянцем, доказывая Малфою, что ведьма слышала каждое слово. А ответная усмешка была реакцией на эту шутку. Разумеется, он не считал секунды, проведенные вместе с ней. Но рядом с Гермионой Драко мог дышать свободнее. Ему казалось, что Грейнджер понимает его, что ли. Столько общего, не может не понимать.

— Теперь немного испортим твою рубашку. Обещаю починить все, как только выберемся, — девушка запачкала яркой помадой воротник. Небрежно повесила нечто, похожее на красный галстук.

— Если меня увидит Паркинсон в этом, то отдай лучше моё бренное тело аврорам. Они точно будут нежнее, — Малфой продолжал веселиться. Её план не мог сработать. С такой маскировкой их бы даже магловская полиция раскусила. Не то, что команда элитных мракоборцев.

— Думаешь, что в тюрьме твои наряды будут по последнему писку моды? Моргана помоги.

— Больно, — мужчина дернулся.

— Это ониксовая булавка. Она скроет твою магическую сущность, поэтому тебя не заметят. Для них ты очередной надравшийся магл, — Грейнджер уже собирала длинные кудрявые волосы в высокий хвост.

Выуженные из бездонной сумочки очки тут же скрыли часть лица. Нарисованная черным карандашом родинка, опущенный край свитера и размазанная помада. Не идеально. Но попробовать всё же стоит.

— Нам нельзя разделяться. Вместе больше шансов.

— Они видели нас вдвоем, поэтому я склонен думать, что твой план, скажем так, не сработает.

— Авроры ищут Драко Малфоя, путешествующего по неизвестным документам. Когда скрываешься, то ты сам по себе, то есть ищут одинокого блондина с волновым диапазоном чистокровной древнейшей магии. Стюардесса вряд ли могла сообщить хоть что-то без патронуса, а в этом случае сработал бы камень Дропа. Ты ведь знаешь, что девчонка бы попалась быстрее, чем успела бы сказать «Экспекто».

— Впечатляет. У тебя больше артефактов, чем в музее магии. Но кто-то мог переместиться в самолет. Как Тео.

— Не мог бы. Я покрыла антиаппарационными чарами все, кроме наших первоклассных мест. Осторожность не помешает даже в случае магловских средств передвижений, — Гермиона выглянула за дверь подсобки и кивнула. — Все чисто. Пошли.

— Тебе говорили когда-нибудь, что ты просто невероятная? — Драко был удивлен. По-настоящему. Он-то думал, что проверил каждую деталь и подготовился к любому повороту. Но всезнайка обошла его по всем пунктам. По крайней мере понятно, как ей удавалось скрытно вести дела Грота и иметь такой успех.