Отражение не меня. Искра - Суржевская Марина - Страница 10

– Котик! – радостно крикнула девочка и бросилась к зверю.

– Стой! – я заорала так, что эхо прокатилось по хрустальному залу, и кинулась ловить шуструю непоседу. Иногда малышка бывала удивительно проворной и такой быстрой, что я с трудом за ней поспевала. Вот и сейчас она так стремительно преодолела расстояние до стены, где стоял зверь, что я догнала ее, когда Незабудка почти его коснулась. – Сиера!

Я схватила девочку и, снова запихнув ее себе за спину, принялась пятиться, не сводя глаз с черного зверя. Шаг назад, и хищник делает мягкий, почти неуловимый шаг вперед. Я – еще шаг, и он повторяет. Я еще, он – снова. Словно играя с нами.

– Лея, я хочу погладить котика! – звонко и радостно заявила Незабудка.

– Молчи! – шикнула я, не оборачиваясь. Зверь чуть приподнял губу, показав длинные острые клыки, способные легко оторвать наши глупые головы. Еще шаг назад.

– Хороший котик, хороший, – забормотала я, не слишком вдумываясь в смысл того, что несу, – красивая киса…

– Пушистый! – добавила Незабудка.

– Да-да, пушистая, добрая киса! Киса не тронет двух маленьких невкусных девочек, правда? Ведь киса совсем-совсем не голодная…

«Киса» остановилась и склонила голову, рассматривая нас. Потом зверь сел, обвил лапы хвостом и снова склонил голову.

– Вот и умница, – еще ласковее залепетала я. – Очень умный котик не будет преследовать нас, правда? А мы сейчас тихонечко уйдем…

В зале стало чуть светлее, и я рассмотрела и шипы на хребте зверя, и острое жало на кончике хвоста. Что же это за хищник? Может, его здесь держат вместо сторожевого пса? Никогда таких не видела… Все так же отступая, без резких движений и крепко сжимая ладошку шумно сопящей Незабудки, я бросила быстрый взгляд на стены замка. Они посветлели. А это значит, что и в этом мире наступал рассвет. Еще немного, и нам можно будет возвращаться. И уповать на то, что хозяйка чердачной комнатушки с напарниками уже покинули лесной домик, увидев его пустым. Потому что возвращалась я всегда на то же место, из которого ушла.

Еще пара шажочков…

Зверь лениво поднялся, сделал одно гибкое, неуловимое движение и оказался в полушаге от нас. Мы с Незабудкой слаженно вскрикнули. Я – испуганно, малышка – радостно. Ее эта игра с «котиком» веселила.

– Давай еще раз! – обрадовалась девочка.

Луч света пополз по стене, пробежал через черную плиту пола и коснулся моих ботинок. Я отпрыгнула от него, как от заразы, но было поздно. Руку с кольцом обожгло, и тусклый металл засветился. Реальность завибрировала, закручиваясь, и меня неудержимо начало затягивать в эту воронку.

– Незабудка!

Я рванулась, подхватывая девочку на руки, а черный зверь молнией метнулся ко мне и вцепился клыками в ногу, когда я уже провалилась в пространство.

Упала я на траву и закрыла глаза от потока утреннего света. Полежала, прижимая к себе сестру, потом неуверенно разомкнула веки и села. Застонала, потому что рядом обнаружился все тот же зверь, причем его клыки стискивали мой ботинок, правда, лишь держали, а не вспарывали кожу.

– Отпусти! – рявкнула я. Зверь моргнул и, к моему удивлению, разжал пасть. Рыкнул недовольно и отошел в сторону. А я встала, спустила Незабудку с рук и осмотрелась.

– Да чтоб этих магов слизняки сожрали, не смогли переварить и выплюнули недожеванными! – в сердцах бросила я, потому что уже поняла: кольцо сработало и вытащило меня даже из замка. Незабудка захихикала, и я строго посмотрела. – Не вздумай повторять! Поняла меня?

– А мы где?

– Судя по всему – на рифе, – мрачно известила я.

– А риф – это что? – заинтересовалась малышка.

– Это отвратительное место, где живут самые отвратительные существа этого мира, – еще мрачнее бросила я.

– Тролли? – обрадовалась Незабудка.

– Маги. Хотя лучше бы тролли.

Черный зверь, про которого я уже почти забыла от расстройства, издал низкий рык, и мы с сестрой слаженно подпрыгнули. Я попятилась, хватая за руку Сиеру.

– Ну прости, – забормотала я «котику», – я не виновата, что ты меня за ногу схватил. Сейчас попробуем вернуться! Только не рычи!

Зверь не рычал и даже не приближался, сидел спокойно, лишь с силой втягивал воздух – принюхивался. Я посчитала, что такое поведение – хороший знак, очевидно, что есть нас он не собирался. Может, он не ест людей? Или просто не голодный?

– Сейчас, сейчас, – забормотала я, торопливо доставая осколок зеркала. – Незабудка, сюда иди.

Сестра подошла, и даже зверь приблизился, склонил голову, словно с интересом. Я же уставилась на свое отражение, ожидая привычного размытия реальности.

– Ну давай же, давай… – в отчаянии бормотала я, до рези в глазах всматриваясь в осколок. В подробностях рассмотрела свой испачканный лоб, нос, губы, глаза – синий и зеленый, снова лоб… Но реальность не двигалась, и переход не открывался. – Не получается! – я отбросила осколок и потерла лицо. – Не знаю, почему! Вот же немытая пасть орка! Незабудка, не повторять!

Встала, прикусив от расстройства губу и размышляя, что делать дальше.

– Лея, я есть хочу! – напомнила о себе сестрица, так что я развязала мешок и вытащила оттуда лепешку и сыр. Покосилась на черного зверя, которой все так же сидел рядом.

– Ну, что смотришь? – нахмурилась я. – Не могу я в твой замок вернуться! Сама не отказалась бы. Уж лучше туда, чем в Хандраш. – И, подумав, кинула на траву кусочек лепешки, рассудив, что лучше хищник съест мой завтрак, чем меня. Но зверь лишь фыркнул, не пожелав принимать угощение, и гибко поднялся. Его шипы втянулись в кожу на хребте, а жало исчезло в кончике хвоста. Даже пластины словно втянулись, и теперь зверь походил на дикого барса. Только черного.

– Не хочешь – как хочешь, – сказала я и подобрала нетронутую лепешку, сдула с нее травинку и с удовольствием съела. Сыр оставила для Незабудки, но и без него было очень вкусно. Зверь смотрел, склонив голову.

Вокруг нас расстилалось мирное поле с желтыми цветочками. Где-то вдали темнели очертания гор. Легкий ветерок изредка приносил соленый запах, незнакомый мне, а в целом пейзаж был весьма спокойным. Даже тянуло растянуться на травке и полежать, рассматривая плывущие облака. Только жарко в пуховом платке.

– Лея, а почему здесь лето? – дожевывая, спросила Незабудка.

– Потому что маги не любят мерзнуть, – проворчала я. – Поэтому на рифе всегда лето. Давай, милая, доедай и пойдем.

– Куда?

– Куда-нибудь. Должно же здесь быть еще что-нибудь, кроме травы и цветочков.

– Может, хоть здесь есть дракон? – с надеждой подпрыгнула Незабудка. – Ну хоть малюсенький?

– Ох, милая, вот дракона я как-то не опасаюсь. Идем уже.

Но уйти мы никуда не успели, потому что пучки света возле нас стянулись в одну точку, и из искрящейся лужицы вышел светловолосый парень. Тот самый, что позорно «подвесил» меня на площади в Низинках.

– Как вас сюда занесло? – голос у него был недовольный, маг хмыкнул, осмотрев меня. – Все девушки уже на месте, а тебя все нет! Еле нашел! Почему ты с ребенком и зверем? Детей и домашних животных в Хандраш не принимают!

– Потому что это моя сестра, и без нее я никуда не пойду, – сразу нахмурилась я и крепче сжала ладошку Незабудки.

– Но на рифе нет детей! – парень окинул девочку хмурым взглядом и постановил: – Ее надо переместить обратно в ваши грязные Низинки!

Вокруг его ног снова начали собираться лучики света, а я прижала сестру к себе.

– Незабудка останется со мной! Я сюда не просилась, и вы не смеете нас разлучать! Слышите? К тому же… – я лихорадочно вспоминала слова мага, – мне было велено взять с собой самое ценное! А ничего ценнее у меня нет!

Он нахмурился и задумался. Понятно, что принимать меня в Хандраш вместе с девочкой маг не желал, и у меня мелькнула шальная надежда, что он и вовсе вернет нас в Низинки. Ободренная этими мыслями, я придвинулась к черному барсу, который все еще сидел рядом.

– И зверь тоже со мной! Я без них никуда!

Парень пробурчал что-то недовольное, а я почти возликовала, мысленно умоляя его отказаться от моей кандидатуры. Уже хотела поведать про свой вздорный характер и совершенную никчемность в вышивании, но маг вдруг кивнул, принимая решение.