(не) Твоя (СИ) - Авонадив Анель - Страница 58

Надо сказать, алкоголь в ее крови в приличной дозировке. Мои догадки подтверждают ее движения: ей удается подняться с пола со второй попытки. Лицо Ирмы белое как мел, губы трясутся:

— Взрослый стал, думаешь дядя по головке тебя погладит когда узнает про девчонку?

— Это не твоего ума дела, — провожу рукой по волосам, — конфликт в «Сити» надо замять, и на будущее, я плачу за пребывание Алены именно в Астории, значит работать она должна там. Это единственное предупреждение, — Ирма не смотрит на меня, я же намеренно задеваю и пинаю пустой бокал ногой, выхожу из квартиры.

Одно дело сделал. Завтра я надеюсь Алена придет в себя и примет правильное решение. Я очень легко считываю эмоции девчонки, уверен, что нравлюсь ей и очень. Я умею делать ей приятно, это понятно уже по косвенным признакам: мои пальцы чувствовали ее пульсирующее лоно, невозможно подделать.

Напрягает, что не могу понять ее: то она плачет, то язвит, то вжимается в меня, заставляя своей реакцией обнимать ее хрупкое тело.

Меня определенно торкает ее запах.

Что же это, бл. ь, за наваждение такое?

Разум отчаливает куда-то в параллельные вселенные. Очень похоже на состояние после утренней затяжки, когда дым проникает ядовитыми парами внутрь.

Сажусь в машину воспоминания лупят по мозгам. Во мне возникает желание повторить с ней все заново, по — другому. Для того, чтобы понять: меня от нее действительно штырит или это просто эффект новизны?

В любом случае, для себя решил: не придет сама, значит больше не буду вмешиваться в ее жизнь. В конце концов мне нечего ей предложить, доступных тел полно, удовлетворить потребности я всегда смогу.

Глаза 30

Алена

Алан ушел хлопнув дверью, а я умываясь холодной водой, пытаюсь унять дрожь пальцев.

К приходу Клары, мой эмоциональный фон стабилизировался, с безразличием разглядывая свое отражение в зеркале, первое что приходит на ум, что я жалкая неудачница. Нормальные девушки влюбляются в ровесников, встречаются, наслаждаются жизнью, я же, совершенно точно, обладаю способностью притягивать к себе одних мудаков.

Застав меня на подоконнике в женском туалете, Клара ни капли не удивившись моему апатичному состоянию, выбрала на путь утешения:

— Алена, Алена…, - ее голова качается из стороны в сторону, — что же ты творишь…, - ее голос ласковый и спокойный

— Меня уволят? — как ни странно этот факт волнует меня в последнюю очередь, я ни о чем не жалею. Просто хочу понять какие будут последствия.

Более того, я сделала тоже самое если было б возможно вернуть время вспять.

— Нет, не уволят, — Клара вздыхает, садится рядом со мной на подоконник.

Поднимаю на нее глаза, она смотрит на меня с сочувствием:

— Не связывайся с ним, он сделает тебе больно, не порть свою жизнь. Алан из влиятельной семьи, у него нет уважения к женщинам, не надейся что с ним что-то срастется, вы из разных миров. Трахнет еще разок и бесцеремонно вышвырнет из своей жизни, — Клара вздыхает, — ему нужна такая женщина, которая может разделять секс и личную жизнь, — после паузы, — такая как Ирма

— Почему ты мне помогаешь? — чувство унижения больно колет под ребрами

— Потому что узнаю в тебе себя, — ее голос мягкий, — я тоже когда то приехала в Москву такой же наивной дурой была, — он задумчиво смотрит в окно, — ничего выжила, как только взялась за голову, выкинула чувства на помойку памяти, спустя время вырвалась из нищеты, — она горько улыбается, — это сейчас у меня есть деньги и я не помню когда плакала, но тогда — она снова смотрит на меня бездонными карими глазами, — сейчас ты видишь равнодушную суку

— Ты не такая! — учитывая что Клара сидит со мной, тратя свое время, чтобы успокоить, она не может быть сукой

— Такая, такая, и пришла к тебе потому что Ирма позвонила и сказала помочь тебе, тут каждый сам за себя, — мои глаза округляются, высокомерная стерва Ирма еще совсем недавно ненавидела меня и тут такие перемены. Моргаю.

— Ирма?

— А чему ты удивляешься, — она пожимает плечами равнодушно продолжая, — всем известно что Мимирханов младший ее трахает, позвонил ей и сказал все замять, — мои мысли словно испуганные птицы в клетке мечутся из крайности в крайность

Клара гладит мои волосы, просит взять себя в руки, но слезы не слушаются, не знаю зачем говорю, что все в порядке, натянуто улыбаюсь, опускаю голову ниже, скрывая опухшие веки за длинными волосами.

Я знаю, что Клара права и я ни за что не позволю себя использовать. Переболею этим Аланом как простудой и забуду. Плясать под его дудку не буду, приходить к нему не собираюсь.

Как ни странно но первое, что я делаю когда выхожу из ресторана "Сити" после рабочей смены это делаю глубокий вздох полной грудью. Как освобождение. Я все понимаю. Пока иду до метро пытаюсь анализировать: в том что я избавлюсь от удушающего и подчиняющего воздействия козлины знаю точно. Нужно время.

Купив в ближайшем магазине скудный набор продуктов, захожу в подъезд. Делаю все автоматически: открываю дверь, скидываю с себя одежду, принимаю душ, кормлю Ваську. Прошедший день настолько вымотал, что я будто пьяная падаю на кровать.

Мечтаю провалиться в сон.

Даже в моих снах Алан Мимирханов не покидает меня: на этот раз он совсем близко, трогает мое лицо, водит по нему кончиком носа. Все это настолько реалистично, что меня охватывает паника. Чувствуя кожей его невесомые касания, подскакиваю на кровати, вглядываюсь в темноту комнаты.

От резкого рывка голова кружится, минуту назад я была уверена что Алан Мимирханов здесь.

Но сейчас я одна в комнате и вокруг никого.

Смотрю в пустоту пространства: Алан будто растворился, как черный дым. Закрываю лицо ладонями. Совершенно точно, что такие сны мне снятся из-за событий которые произошли со мной накануне.

Иду на кухню попить воды, Васька идет следом, трется о ноги, мешая идти. Беру его на руки.

Помимо воли смотрю в темное пространство коридора, вижу очертания тумбочки. Этот предмет интерьера всякий раз напоминает мне мое падение.

— Дура припадочная! — ответом мне служит «Мяу». Васька согласен со мной. У меня нет с ним никакого будущего. Как бы внутри себя я не пыталась изводить себя всякими «А что если я приду к нему?» внутренняя система самосохранения не дает провалиться в бездну любовных соплей и напоминает настойчивым едким голосом: «Он тебя бросит и ты будешь сушить подушку на батарее снова»

Поскольку уснуть так и не получилось, встала пораньше. Не знаю как буду работать сегодня, ведь я почти не спала, пол ночи лежала на спине, не двигаясь, пялилась в потолок.

Утром заставляю себя оторвать голову от подушки: сейчас главное привести себя в порядок. Все мои действия скорее автоматические. Ухожу намного раньше. Не хочу столкнуться с мамой.

Боюсь, что в этот раз точно не выдержу и расплачусь.

Не будет в моей жизни Алана Мимирханова, как бы мне не хотелось думать иначе. Я реалистка.

В университете "мышка" обсуждает со мной темы реферата, вопросы касаемые учебы. А я будто где-то в параллельной вселенной.

Мой заторможенный вид бросается в глаза:

— Алена ты в порядке? — я перевожу взгляд на Айлин и хочу ей сказать что я не в порядке, что мне больно и я хочу улететь на луну, перезимовать там и не видеть ее мудачистого брата. Но вместо пламенной речи, тихо отвечаю:

— Да, — моргаю, не понимая какими аргументами подкрепить свой ответ, добавляю, — просто не выспалась

— Алан сегодня не сможет забрать меня, — мы идем по коридорам университета, а я думаю ну и слава Богу, через слово воспринимаю ее рассказы:

— Дядя пришлет водителя, поеду в гости к племянникам, — мышка делится со мной планами, но мои мысли очень далеко, стараюсь не терять нить разговора, вникаю в последние слова с трудом:

— Давай на выходных погуляем, приезжай ко мне, — думаю как отказаться, Айлин как никогда убедительна: