Виноваты звёзды (СИ) - Грёза Полина - Страница 18

— Я недавно нашла это место. Прихожу иногда от людей отдохнуть. В госпитале всегда суета, в палате слышимость прекрасная. А здесь — тишина, кувшинки цветут, птицы поют…

— Извините, что помешал. Я, правда, не специально.

— Ничего страшного.

Денис повернул голову на какое-то движение у кромки воды в камышах и замер.

— Марьяна Андреевна, а вы змей боитесь? — осторожно спросил он.

— Нет. А что?

— А то, что вон там, в камышах — гадюка. Отойдите от воды.

Девушка присмотрелась и улыбнулась.

— Нет. Это водяной уж. Мы в детстве таких в речке ловили десятками. Он не ядовитый, рыбой питается и лягушками. В народе его называют шахматной гадюкой из-за окраски. И часто убивают по ошибке. Видите, у него нос овальный и зрачки круглые, а у гадюки мордочка треугольная и зрачок вертикальный.

— Ничего себе… Вы меня поражаете… Другая девушка давно бы в обморок грохнулась.

Марьяна засмеялась чистым, серебристым смехом, огромные голубые глаза как будто впитали в себя лучи вечернего солнца:

— Я с мальчишками росла. Лазила по заборам, деревьям, лесам и болотам. Так что ночные кошмары нормальной женщины — всякие ужики, паучки, лягушки, мыши, крысы — это мои любимые детские развлечения.

Денис улыбнулся в ответ:

— У меня тоже детство в деревне прошло. Однажды бабушку чуть до инфаркта не довёл. Захожу на птичий двор, а там у кормушки крыса, зерно ест. Ну, взял её и накрыл ведром. И забыл. А потом бабуля это ведро нашла, перевернула, а крыса оттуда как выпрыгнет…

— Дааа, бедная бабушка… А вы в детстве клей ели? Ну, такую смолу с фруктовых деревьев?

— Точно. Самый вкусный был на абрикосах.

— На вишне и сливе тоже ничего…

— Нееет, с абрикосовым всё равно не сравнится.

— А у моей бабушки за домом было озеро, где водились тритоны. Они весной такие красивые были, с большим цветным гребнем, обалденный перелив из голубого в оранжевый… И мы их ловили. Один всё лето прожил у меня в аквариуме. Я ему червяков копала и с пинцета скармливала.

— А я однажды в сачок поймал маленькую черепаху. Вот такую, с пятирублевую монетку. Хотел себе оставить, но мама не разрешила. Помню, так ревел… Мне лет восемь тогда было…

Денис совсем забыл про пиво. И про то, что дома ждёт Ленка. И про то, что он взрослый серьезный мужчина. Целый капитан медицинской службы. Сейчас он был мальчишкой. Таким же, как двадцать лет назад. Беспечным и счастливым, таскающим втихомолку конфеты из укромных мест, разбивающим окна футбольным мячом, играющим в ножички.

А виновата она. Волшебница. Лесная феечка Динь-Динь с серебристым смехом и светлыми солнечными прядями, которые так непреодолимо хочется потрогать.

Она слушала. Искренне, с живым интересом. Переспрашивала. Вставляла что- то своё. Сверкала белозубой улыбкой и вся светилась.

А он внимал. Смеялся, ловил этот внутренний свет, жадно впитывал каждое слово… И это было так странно… Сидеть в метре друг от друга, вдыхать хрустальный запах, вводящий в священный транс. Понимать, что ты интересен. Что ту ерунду, которую несёшь в очередном приступе эйфории вообще кто-то слушает. Не перебивает, не затыкает рот, не переводит разговор на другую тему…

И, главное, от неё ничего больше не надо… И так абсолютная нирвана. Как будто прикоснулся к сгустку чего-то сказочного, магического. И сразу сам стал немного лучше. Никакой, даже самый безбашенный секс не сравнится с этим пьянящим чувством обмена внутренней энергией.

Над заводью сгущались сумерки. Денис забеспокоился.

— Марьяна Андреевна, наверное, пора домой. Темнеет. Уже звёзды появляются. Видите, там, на западе, где садилось солнце…

— Вообще-то это не звезда. Планета.

— Точно. Венера. Как я мог забыть. Восходит два раза в сутки — утром и вечером.

— Да. И она в несколько раз ярче всех звёзд на небе.

— Не всех, — понизил голос до шёпота Денис, почему-то до дрожи захотелось сказать ей что-нибудь приятное, — Самая яркая звезда сейчас здесь, на Земле, сидит на камушке, примерно в метре от меня…

Марьяна густо покраснела и опустила глаза: — Не надо, Денис Олегович. Спасибо, за комплимент, но, правда, не стоит. Вам пора домой. Супруга, наверное, волнуется.

Денис вдруг резко протрезвел. Будто секунду назад был вдрызг пьяный, а его неожиданно окунули в ледяную прорубь. Упоминание о Ленке из уст Марьяны подействовало как звонкая пощёчина. Ден почему-то почувствовал себя гнусным предателем.

Всю дорогу они молчали. Волшебство испарилось, вернулась неловкость. Орлов довёл девушку до порога КПП, придержал дверь, вежливо попрощался.

Домой зашёл, как пришибленный, с глубочайшим ощущением вины. Вроде и ничего криминального не сделал, просто поболтал о ерунде с чужой женщиной, а такое чувство, будто изменил…

К счастью, дома его никто не ждал. Ленка мирно посапывала на разобранном диване. По телевизору шли финальные кадры из фильма "Унесённые ветром".

И слава Богу. Завтра. Он подумает обо всем этом завтра…

15. Денис. Загадочный гость

— Ну я же говорила… — торжествующим голосом объявила Ленка, практически приклеившись носом к окну, — Любовник богатенький у твоей Марьянки. Посмотри на какой машине приехал.

— Лен, я уже просил, отстань ты от меня…

— Слууушай, там женщина какая-то с пассажирского сидения выходит.

— Это, наверное, мать. А мужчина — отец. Вот тебе и разгадка кто ремонт оплатил…

— Да нет, Денчик, — удовлетворённо хмыкнула Ленка, — Всё — таки я права. Впрочем, как обычно. Для отца парень этот молодой слишком. Примерно нашего возраста.

— Да, может это просто водитель.

— Для водителя слишком хорошо выглядит, — заметила Ленка, — И шмотки на нём дорогие.

Дениса всё-таки разобрало любопытство. Он достал из пачки сигарету и вышел на балкон. Ленка увязалась следом.

Перед подъездом действительно была припаркована белая Ауди Q8, рядом с ней стояла стройная брюнетка лет сорока пяти — пятидесяти с каштановыми волосами, стриженными под каре. Она рассматривала фасад дома, видимо, пытаясь определить где находится нужная квартира. Мужчина же рылся в багажнике. Его лица не было видно, но, судя по комплекции, явно не генерал Королёв.

Денис прикурил, лениво наблюдая. Из подъезда вприпрыжку выбежала Марьяна и с визгом кинулась на шею брюнетке.

— Мааам… Привет, моя хорошая! Как же я соскучилась! — расцеловала она женщину в обе щёки, — Устала? А то у меня пока даже присесть негде…

— Ничего. Я за дорогу уже насиделась. Примерно через полчаса грузовик приедет. Смотри, кого я тебе привезла…

Мужчина, улыбаясь во все тридцать два зуба, вышел из-за автомобиля и распахнул руки.

— Даник? — Марьяна взвизгнула от восторга и повисла не шее у парня, — Ты как тут оказался?

— Не поверишь, соскучился, — Данил расцеловал девушку, оглядел с головы до ног, потрепал за щеку, — А ты немного отъелась, что-ли? Тебе идёт.

— Конечно, на госпитальных-то хлебах. Три раза в день по режиму. Ещё и следят, чтобы не пропускала, — усмехнулась Марьяна, — Такими темпами скоро в дверь проходить перестану…

— Это ещё килограмм тридцать наесть надо, — пошутил молодой человек и приобнял девушку за талию. Денис глубоко затянулся и вгляделся в эту гармоничную пару. Надо признать, вместе они смотрелись отлично. Как будто специально подбирали — хрупкая хорошенькая блондинка с огромными голубыми глазами и стройный сероглазый шатен, с правильными чертами лица, примерно на голову выше её. Широкие плечи, прямая спина. Явно занимался спортом или танцами. Короче, весь из себя идеальный, правильный… И неживой. Как манекен в магазине. Вроде, шутит, Марьяне улыбается, а сам, как робот. Глаза холодные, движения вымерянные. Всё чётко, ничего лишнего. И постоянно на мать Марьянину поглядывает… Следит за реакцией.

— Слууушай… — опять зажужжала в ухо Ленка, — если он с матерью её приехал, значит у них всё серьёзно. Ну и повезло же этой мыши… Такого классного мужика отхватила… И богатый, и красивый… Смотри какие плечи широкие. И пресс классный. И бицепсы…