И аз создам! (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 134

Что имело воистину катастрофические последствия 22 июня 1941 года и стоило пролитых морей крови позже.

И только ли на фронте?

Из-за отсутствия специализированной армейской автотехники, из колхозов по мобилизации, выгребли не только всех здоровых мужиков и парней - но и все трактора и лошадей.

Весной 1941-го года пахали и сеяли на технике…

Осень пришла и, вот вопрос на засыпку: на чём убирать урожай?

На бабах?

Русская баба - она, конечно, как там у Некрасова:

« …Слона на скаку остановит

И хобот ему оторвёт!».

Но замена пропашного трактора из героической русской бабы – очень неудачная и, голод во время войны - свирепствовал не только в блокадном Ленинграде, но и везде - куда не доходила американская тушёнка.

Или – проходила мимо, вместе с канадской пшеницей.

В находящимся в глубоком тылу портовом Архангельске, хлебная пайка временами уменьшалась до 75-ти (семидесяти пяти!) грамм. И, в первую же военную зиму от недоедания погибло порядком двадцати тысяч жителей… Всего же за войну, от голода и цинги умер каждый пятый горожанин.

И все эти беды почему?

Потому что ещё задолго до войны, ещё во время планирования первых пятилеток - в советской промышленности были неправильно расставлены приоритеты: танки и самолёты вместо тягачей и автомобилей.

Я же твёрдо намерен эту практику прекратить и, как видите - премного преуспел в этом. Теперь при слове «танк», Нарком обороны СССР Лев Троцкий лишь презрительно морщится и обзывает его дорогостоящей буржуазной игрушкой - способной лишь папуасов с носорогами в Эфиопии пугать. А мол, сознательный боец Красной Армии, вооружённый учением Маркса, Энгельса, Ленина и Ольминского… Взяв в руки тульское противотанковое ружьё, или даже противотанковую пушку – в любом буржуйском танке навертит столько дырок, сколько захочет.

Клянусь – своими ушами слышал, вместе со всеми стоя аплодировал – аж ладошки себе отбил.

***

Рисунок 85. Образчик изобретательства 20-х годов: Манёвренный (средний) танк ГУВП спроектирован в ГКБ ГУПВ под руководством С.П. Шукалова. 

Как до сих пор технический руководитель «Особого проектно-технического бюро №007» (ОПТБ-007), я до сих пор был вынужден раз в неделю летать в Ульяновск и выслушивать всяких-разных «изобретателей», рассматривать их всевозможные проекты.

Обязанность у меня такая, записанная в уставе этой организации ещё при её основании. Приходилось выполнять, ибо вопрос принципиальный: если я перестану выполнять свои должностные обязанности – то, как я смогу требовать их исполнения от других?

Тем более, что такое критически важное дело никому доверить категорически нельзя!

Ни один хроноабориген не сможет отличить реализуемое - коммерчески выгодное изобретение, от мёртворождённой пустышки в красивом фантике от карамельки.

Ибо, он не обладает моим «послезнанием».

Первые типы проектов тоже - хоть и крайне редко, да попадались. И, я даже пару раз «дал маху», например - дав от ворот поворот некому инженеру Казанцеву, с его пневматическим тормозом для железнодорожных составов… А оказалось это очень полезная штука - вскоре реализованная на предприятиях НКПС, куда я и послал изобретателя.

Очень вежливо послал.

Но вот если мне приносили на рассмотрение проект танка, я бесчеловечно зверел.

А изобретатели, да будет вам известно, за редким исключением – народ назойливо-настойчивый и даже маниакально-навязчивый.

Ты его в дверь, а он к тебе через окно!

Сперва, я спускал с лестницы изобретателей танков собственноручно, затем устал и приставил к этому нелегкому делу двух немцев-секьюрити и, наконец…

Как-то раз Франц Юнг - Представитель «Международной рабочей помощи», (Межрабпома) при промышленно-торговом кооперативе «Красный рассвет», подарил мне на днюху щенка немецкой овчарки…

Злой, сука!

Точнее – кобель.

Сперва чуть палец мне не отгрыз, пока не понял кто в нашей стае альфа-самец.

Я дал ему кличку «Панцерфауст», выдрессировал кусаться по команде «Внимание, танки… ФАС!!!» и, только тогда эта публика стала обходить «ОПТБ-007» стороной.

Нет, я вовсе не противник танков как таковых!

Просто всё должно делаться вовремя и только когда для этого имеются соответствующие условия…

Сердце танка – это «пламенный мотор», а его пока нет от слова ВАЩЕ(!!!).

Универсальный дизель мощностью 180 лошадиных сил - подходящий для тяжёлых грузовиков, тягачей, сельхозтехники различного предназначения и лёгких танков массой до двадцати тонн, по моим планам - появится по моим расчётам где-то ближе к середине тридцатых годов.

А до той поры – ни, ни!

Что тут сложного для понимания?

Даже Санька с Ванькой, несмотря на молодость это понимают и до той поры согласны тренироваться на «кошечках»…

На деревянных макетах танков, то есть.

***

Примерно такая же фиговина и с боевой авиацией - которую я уже планомерно и целенаправленно гнобил, чмырил и тормозил её развитие насколько хватало возможностей.

В той советской прессе, до которой я только смог дотянуться - превозносили до небес подвиги артиллеристов-зенитчиков 76-ти миллиметровых зенитных пушек Тарковского-Лендера (8К) и 37-ти миллиметровых зенитных автоматов Фёдорова-Маклейна… Да и простых красноармейцев-пехотинцев – просто пачками сбивавших маньчжурские аэропланы из всего, под рукой находящегося - ротных пулемётов Шпитального, штурмовых винтовок Фёдорова, а то и из простых винтовок Мосина - образца тысяча восемьсот лохматого года.

Нигде так не брешут, как на охоте, рыбалке и войне!

Военкоры также тепло отзывалось об лётчиках транспортной авиации и авиа-разведчиках на «Воробьях»…

А вот боевая авиация регулярно макалась мордой в собственное дерьмо!

Благо хватало того самого «дерьма», причём - с большим избытком.

Мы с Яковлевым-сыном разрабатывали всё новые и новые типы учебных и спортивно-тренировочных самолётов, добрались до пассажирских и транспортных… Яковлев-отец год от года наращивал их производство на предприятиях Ульяновска, Нижнего Новгорода и Москвы… Почти в каждой национальной республике или регионе России (ну, окромя уж совсем со мной и с головой не дружащих) была создана собственная авиакомпания, а скупив через «Красный рассвет» контрольный пакет акций «Добролёта» - я изменил бренд этой общесоюзной аэрокомпании на более привычный мне «Аэрофлот» и, стал за уши подтягивать её к мировому уровню.

Кадры решают всё!

В том числе и, прежде всего в авиации.

А кадров чтоб создать свою авиакомпанию, а затем управлять ею - ни у регионов с республиками, ни у центра – нет и, причём - вообще.

Значит, что?

- Серафим, выручай!

Вздыхаю тяжко:

- Кто, если не я?!

Мои республиканско-региональные менеджеры, из которых - редко кому на тот момент исполнилось двадцать пять лет, через «Red Fannie Mae» ездили учиться и стажировать в Штаты. Там тоже ещё только-только самое начало: никакой «American Airlines» и в помине нет, а есть порядком сотни региональных авиакомпаний - занимающихся в основном перевозками почты.

Но поучиться уже есть чему.

Пиндосы, при всей моей лютой неприязни к ним – прирождённые организаторы. Недаром Ленин говорил, что менял бы по сотни своих однопартийцев - на одного американского дельца.

Будущие управляющие «Аэрофлота», ездили через «Межрабпом» в Веймарскую республику… Там, в январе 1926 года, в результате объединения авиакомпании «Deutsche Aero Lloyd» и авиапромышленного концерна «Junkers&Co», было образовано акционерное общество «Deutsche Lufthansa Aktiengesellschaft».