Курьер Огненных Псов (СИ) - Вылегжанин Сергей - Страница 73

— Ты чего, действительно без трусов ходишь? — Удивлённо переспросила Сашка.

— Они… порвались. — Смутилась Лиза так, что в проверке надобность отпала.

— Как пояс, да? — Ехидно переспросила Алина. — Парень попросил, и они порвались.

Действительно, интересные дела творятся. Кристина Дмитриевна оказалась права, трусики действительно оказались Лизины.

А ведь Алина до последнего момента надеялась, что это не так. Но если парень получил воспитание в семье кого-то из высших, то удивляться нечему. Пока он Лизу считает своей девушкой, он даже не глянет на сторону, так что попытки старшего преподавателя заранее были обречены на поражение.

Такого парня надо ловить в тот момент, когда он поссорился со своей девушкой, иначе никак. Он будет тебе улыбаться, флиртовать, дружить. Но вот на постель, а тем более на что-то большее, можно даже не рассчитывать. Про мораль высших все знают, Алина сама читала несколько романов на эту тему.

Может, их с Лизкой как-то можно поссорить ещё раз? Зачем ей парень из высших? А вот самой Алине в самый раз!

— Когда это они успели у тебя порваться? — Заинтересовалась именинница.

— Да в тех же кустах, где она пояс потеряла. — Уверенно подсказала Алина, вспомнив слова Кристины Дмитриевны. — Вон, по её глазам вижу, что так и есть. Лиза, я видела твои трусы у парня в кармане, так что не ври, что у вас ничего не было. Как я поняла, вы поссорились, потом в кустах помирились. Да так, что с тебя слетели порванные трусы.

— О, сила! Это так романтично-о! — С явной завистью мечтательно протянула она из девушек.

Татьяна смотрела на разложенные на кухонном столе вещи.

По примеру мамы, раз уж всё равно проснулась, решила заняться вещами своего мужчины. Ему завтра на работу, а вещи потом воняют. Вполне можно успеть постирать, высушить и погладить. До утра времени достаточно, все равно завтра днем делать нечего, доспит.

Свою рабочую форму Иван неожиданно принес в пакете, а сам был одет в новые штаны и рубашку. Они тоже нуждались в стирке, так что, Татьяна решила вытащить всё из карманов перед тем, как закинуть в машинку. Мама так всегда делала.

И теперь вот девушка рассматривала то, что обнаружила в штанах своего парня.

Женские ярко-красные порванные трусы и две визитки. Тоже женские. Конечно, кто-то может сказать, что визитки — это ерунда. Но вот женские трусы всё меняли.

Таня посмотрела на один кусочек картона. «Специалист по организации праздников Хельга Бритнер». Судя по имени и фамилии — иностранка. Не очень понято, зачем эта женщина дала свои данные простому курьеру.

А вторая визитка вообще говорила, что работа данной особы к парню никаким боком. Что может быть общего у него со старшим преподавателем из столичного Института Управления? Не собирается же он там учиться? Там плата за учёбу выше, чем он за всю жизнь заработает, там только аристо учатся. Хотя, он же среди лучших учеников, может на грант сдаст. Тогда зачем ему визитка преподавательницы? Не через постель же поступать?

В общем, женское чутьё просто кричало: парня у неё хотят увести. Какая из этих двух оставила свои труселя — не так важно. Эта неведомая сука явно хотела подставить его, рассорить с Таней, как когда-то давешняя любовница отца.

Отец у Тани погуливал. Мама его, конечно, за это нещадно материла, но давно без огонька, по привычке. У него тоже в одежде периодически находились то чьи-то трусы, то лифчики, то любовные записки.

Мама даже раз ловила его на какой-то дуре во время процесса. Тогда был самый жуткий скандал, отец ушёл жить к бабушке — своей маме. Но уже через несколько дней мама его простила, и семейная жизнь родителей потекла привычным потоком.

На искреннее недоумение Тани, мама пожала плечами.

— А что ты хотела? — Мать в этот момент варила суп — единственное, что отец признавал за еду. — Все мужики гуляют. Порода у них такая, кобелиная. Ничего тут не поделаешь. Жить ещё какую-то женщину я всё равно не пущу, так что пусть тешится. Лишь бы детей не сделал той лахудре!

— Но мама, это же унизительно. — Представив, что её мужчина, побыв с другой, прикасается к ней… Таню тогда даже передёрнуло от омерзения. — Я бы точно не стерпела и выгнала. Выгнала и обратно не пустила бы ни за что!

— Ох, дочка. — Мама устало вытерла потный лоб тыльной стороной ладони. — Неважно, с кем мужик спит. Важно с кем он просыпается. Только это и важно. И для него и для тебя. Если с тобой — вы у друг друга есть. Если ты проснулась одна, а он проснулся в постели с другой — вот тогда да, нет у вас ничего. Такого сразу дрыном по голове, и пусть валит, куда хочет!

Тане тогда только исполнилось шестнадцать, и это был едва ли не первый серьёзный разговор с мамой на тему семейной жизни. Раньше только «в подоле не принеси» и слышала из всех наставлений.

Разговор с матерью в памяти всплыл внезапно, но очень отчётливо. Тогда по молодости и неопытности Таня отмахнулась от этих слов. Сейчас же, имея за спиной несколько неудачных отношений, поняла, что мама как никогда была права. Прошлое утро она встретила в постели со своим мужчиной. И почувствовала всей душой — вот оно, счастье. Главное, в эту постель она никого больше не пустит, а всё остальное не важно.

Она оставит все эти «улики» на столе, но говорить ничего не будет. Умный мужчина сам всё поймёт. Если не поймёт — глупый мужчина ей и самой не нужен.

Глава 30

Утром, выйдя на кухню, тут же увидел выложенные на столе порванные трусики Елизаветы. Татьяна в это время стояла ко мне спиной и демонстративно наливала чай.

Понимая, что оправдываться — глупо, тем более что с дочкой барона у меня так ничего и не случилось, со вздохом забрал кусочек ткани и выбросил его в мусорное ведро. Таня мельком бросила взгляд в ту сторону, но ничего не сказала и ко мне не повернулась, нарезая сыр на бутерброды. Я же, не зная, что ещё можно сделать, сел за стол.

Так, ещё и визитки. Эта от той смешной немки, помню. А вот эта чья? Кристина! Когда и успела мне сунуть свою карточку? То-то она была уверена, что я знаю её телефон. Так значит, я зря переживал, раньше мы с ней не пересекались. Ладно, пусть будет. Убрал обе карточки в карман.

— Сахара две? — Впервые с утра подала голос Таня.

— Да. — Ответил я, расслабившись. Гроза как-то миновала, в голосе моей девушки не было злости или обиды. Только настороженность.

В возникшей напряжённой тишине раздавался только звон ложечки, которой девушка размешивала сахар.

— Я тебе сделала бутерброды с колбасой. — Она поставила передо мной кружку с чаем. — В пакет положила, висит рядом с курткой.

— Хорошо, спасибо. — Я просто не знал, что ещё можно сказать в этой ситуации. Нет у меня опыта.

Дальнейшее чаепитие шло в молчании. Ладно, надо активировать трекер, может хоть задания придут, сбегу от этого напряжения.

Но стоило мне нажать кнопку включения трекера, как тут же зазвонил телефон.

— Да, Светлана Викторовна. — Уж при Тане я точно не назову её Ланой.

— Иван, как вчера прошёл твой контракт на сопровождение? — Голос старшей над дневными операторами был подозрительно вкрадчивым.

— Плохо, Светлана Викторовна. — Тут же отреагировал я уверенно. — Меня заставили работать да двух ночи, хотя Вы говорили, что максимальный срок — это восемь часов подряд. Они закончились ещё до двенадцати.

— Да, подтверждение пришло ночью, ночная смена передала. — Вкрадчивость из голоса не пропала. — Ты получил и бонус, и сверхурочные. Клиент оказался очень доволен. Точнее, клиентка. Ты очень хорошо выполнял свою ночную работу.

— Светлана Викторовна, не надо мне тут ваших инсинуаций. — Громко возмутился я, поняв, на что она намекает. — Ничего такого не было. И вообще, у меня девушка есть. — Добавил, решив сразу и оправдаться перед Таней, которая прислушиваясь к разговору. — Она волновалась, когда я ночью задержался.