Планета без имени (СИ) - Панасенков Вадим - Страница 11

Как оказалось, я посмотрел на кусок листа, который служил мне картой. Столовая находилась в самом центре корпуса, к ней вели все дороги из трех жилых блоков. Жилыми блоками я обозначил место, где находились камеры. Как уже говорил ранее, их было три. Каждая вмещала в себя пятьдесят человек, а значит, в нашем блоке находилось плюс-минус сто пятьдесят человек. Утром заключенные сразу шествовали в столовую, ели, набираясь побольше сил, после чего шли наружу. Все это я усердно заносил на лист бумаги, стараясь записать все свои размышления. А мне вот что интересно: увижу я снаружи тех, кто носил значки больше третьего уровня, или же наши контакты сведены к минимуму?

На обратном пути коридоры уже не были такими пустынными, как вначале. Теперь же то и дело попадались компании о чем-то беседовавшие. Так же и одинокие парочки проходили мимо. Преимущественно это были люди с цифрами три и два. Новички же предпочитали ошиваться рядом с выходом и не заглядывать вглубь базы. Я покинул жилой блок и направился к хозяйственному. Здесь людей было на порядок меньше, а затем и вовсе исчезли. Честно говоря, это обстоятельство меня только радовало. Ни с кем не хотелось пересекаться и общаться.

Удача меня покинула, и на входе я встретил Бывалого. Кажется, он был один. Амбала и Депутата нигде не видать. Уголовник стоял и вертел в руках небольшой коробок черного цвета.

— Мажор! — Заметив меня, Бывалый махнул рукой. — Иди сюда, поможешь мне!

Тяжко вздохнув, я поплелся к уголовнику. Бывалый все продолжал вертеть странное устройство, иногда он прикладывал его к уху.

Я остановился в метре от матерого волка.

— Вот! — Он протянул мне черный коробок. — Понятия не имею, как им пользоваться.

Оно было размером с кубик Рубика. Но что это, я и сам не знал.

И именно так ему и передал:

— Даже не представляю, что это.

Бывалый настоял, и я взял в руки черный коробочек. Здесь были кнопки, один динамик и крутилка, а сзади имелось крепление для того, чтобы вешать на форму. Я нажал на кнопку и немного подержал. Из динамика послышался странный шум.

Я вопросительно посмотрел на уголовника.

— Это какое-то переговорное устройство. — Почесав лысеющую голову, сказал уголовник. — Депутат выдал, будь он неладен. Вот теперь мучаюсь с ним.

Я покрутил коробку в руках. Примитивное устройство — допотопное. И где его только Депутат выдрал? Ни тебе сенсорных экранов, ни тебе программного обеспечения. В наше время все делала автоматика, а здесь приходиться настраивать все в ручную. Я покрутил круглую штуковину и шум сменился на переговоры охраны. Те обсуждали, кому выходить в смену, а кому идти отдыхать.

Глаза Бывалого загорелись:

— Крути дальше! — В голосе ощущался некий азарт.

Далее послышались переговоры персонала, но так же ничего важного. А вот после этого динамик выдал уже знакомый голос.

— Ты все устроил? — Этот голос принадлежал Амбалу.

— Не волнуйся, оторвешься на все катушку! — Заверил голос депутата.

Дослушать не дали, так как уголовник вырвал коробку из рук и запихнул себе в карман.

— Молодец, Мажор, все же выйдет из тебя толк. — Похлопал по плечу Бывалый и уже собирался уходить, так как я его остановил.

— Бывалый… — он повернулся с вопросительно посмотрел на меня. — … спасибо, что заступился за парня в столовой.

— Ты думаешь, я так из-за жалости поступил? — Засмеялся уголовник, и от этого смеха мне стало не по себе. — Я за порядком слежу. А какой это порядок, если заключенные будут делать все, что им вздумается? Законы зоны строги, но справедливы.

— Но все же спасибо еще раз…

Уголовник сплюнул себе под ноги и, махнув рукой, ушел.

— Эх, ни черта ты не понял, Мажор. — Бормотал он при этом. — Молодой еще, что с тебя взять…

Оставшись один, я прошел в последний необследованный корпус, а именно хозяйственный. Здесь ошивался весь рабочий персонал, которого, кстати, не наблюдалось. Коридоры были пусты. "Неужели здесь нет персонала?" — Подумал я, — "будто вымерли все".

Ответом мне послужил странный, едва слышный шорох. Вот же, прям за поворотом. Стоило только выглянуть, и я увижу его…

Осторожно вытянув шею, я выглянул за поворот и с огорчением вздохнул. Штопор сидел на корточках и, бормоча себе под нос, занимался своими делами.

— Штопор… — Тихо позвал его я.

В ответ тот от неожиданности подпрыгнул, отбежал к противоположной стене и прижал к себе половину бургера. Вторая же половина лежала в миске. Миска стояла на полу, и кроме бургера там была и другая еда. Впрочем, едой это назвать язык не поворачивался. Она уже давно пропала, скукожилась и сплесневела.

— Я это… я для собачки… — Заскулил заключенный. — Та еда, что нам дают, ей не нравится! А вот бургер пойдет! Для собачки же. Не для меня!

Он закрутился на месте, будто пытался таким образом провалиться под землю.

— Боюсь, она не оценит твое благородство. — С грустью промолвил я, поглядывая на пропавшую еду. — Лучше бы сам бургер съел.

— Нет-нет, а как же собачка? Она же голодает, я… я так не могу. Половину себе, половину ей, все по честному. Она же животинка! Нельзя, чтобы голодала!

Что действительно было жаль, так это то, что Штопор чуть не погиб, добывая еду, а в итоге она зачерствеет и покроется плесенью.

Штопор отвернулся, и я слышал, как он, причмокивая, терзает зубами свой трофей. Он делал это как зверь. Мешать ему не хотелось. Поэтому я покинул странного заключенного и пошел дальше. Попутно зарисовывая на карте все, что только видел. Эх, мне бы в картографы пойти, глядишь, и не оказался на этой планете.

Очередной шум привлек мое внимание, и я на цыпочках, издавая меньше шуму, начал двигаться к перепутью. Шум становился громче, затем послышались шаги. Это человек уже радует! Я вышел на открытый участок и замер. Передо мной в метрах десяти стоял мужчина, он был одет в нашу форму, вот только значок…. значок на груди соответствовал цифре семь. Вот тот, кого я хотел увидеть. Но минуточку! Это же не его блок, а доступа к дверям у заключенных нет или же у этого парня он имелся? В любом случае нужно расспросить.

— Подождите! — Я начал подходить, но мужчина развернулся и начал удаляться.

Я перешел на бег, а он шел обычным шагом и все равно продолжал удаляться. Я припустил что есть мочи, но расстояние только увеличивалось. Да как такое возможно? Он же идет прогулочным шагом! А я бегу! Уже запыхался и сил нет!

Мужчина зашел за угол.

Я влетел, но его уже не было. Зато был медотсек. Я тут же вспомнил обаятельную медсестричку и заулыбался. Кстати, дверь была открыта, а внутри слышались подозрительные звуки. Мысли о странном мужчине сменились интересом, и я заглянул туда. Картина, которую я увидел, повергла в настоящий шок. Медсестра сидела на столе, халат был расстегнут, виднелась оголенная грудь, а между ее ног стоял Амбал. Громадная махина двигала оголенным задом при этом издавал: Ух-ух-ух. Медсестра не отставала: Ах-ах-ах.

Вот же сучка, — я почувствовал укол ревности, — даже и не думает сопротивляться! Глаза прикрыла! А Амбал, он как старается, покраснел весь!

Процесс продолжался с минуту, затем здоровяк меня заметил.

— Мажор, ты что здесь забыл? — Угрожающе зашипел Амбал. — Вали отсюда, пока ноги целы!

И я побежал!

А за дверьми снова послышались характерные звуки.

Глава 9: Кокон

Вот значит так они, прямо на столе… прямо… прямо… на моих глазах! Стены тоннеля уводили все дальше от медкабинета. Я бежал, не оглядываясь, боясь увидеть позади огромную гору мышц с опущенными штанами и все себя от злости. Я не понимал, что было больше: чувство обиды или же чувство страха. В тот самый момент я видел его глаза. И если бы не сбежал, Амбал бы точно меня укокошил! Вот как она со мной… я бы простил ей кого угодно, только не его!

Я свернул, едва не прицепившись о собственные ноги, и только чудом кубарем не покатился по металлическому полу. Я остановился! Бежать уже не имело никакого смысла. Оглянувшись, то никакой погони не заметил. Эта парочка осталась там, продолжая свое неоконченное грязное дело. Я снова вспомнил оголенный бюст медсестрички и нелицеприятно отозвался о ее легкомысленной натуре.