Ты моя надежда (ЛП) - Винтерс Уиллоу - Страница 8

— Где Мейсон? — спокойно спрашиваю я, хотя не знаю, как у меня хватило смелости заговорить.

В глазах отца Мейсона отражается что-то такое, что делает серый цвет глаз ярче. Что-то, от чего у меня сводит живот.

— Не волнуйся, он скоро приедет.

Мистер Тэтчер оглядывается через плечо на детектива. Когда он приоткрывает рот, чтобы что-то сказать, его ровные белые зубы становятся заметны из-под тонких губ, но его прерывает стук открывающейся двери.

— Мне очень жаль, детектив Майер, — произносит молодая женщина из коридора, в то время как я замечаю в дверях Мейсона.

Он очень зол.

От того, как взгляд его стальных серых глаз проходится по мне, словно пронзая насквозь, все волоски на моем теле встают дыбом. Меня начинает трясти, жар наполняет тело, но я не могу пошевелиться. Все, что я могу сделать, это смотреть ему в глаза, пойманная в ловушку его взгляда.

Он переводит взгляд в сторону, прежде чем я успеваю расслабиться, и только тогда снова могу дышать.

Когда шок проходит, я опускаю взгляд в пол, и реальность накрывает меня. Эмоции, которые переполняют меня, по меньшей мере сбивают с толку. Я испытываю облегчение, увидев того самого человека, от которого сбежала всего несколько часов назад.

— Джулс, — Говорит Мейсон, и его голос не такой холодный, как я себе представляла. Я поднимаю на него взгляд и мое сердце бьется в такт секундам, которые текут так медленно. Тук, тук, тук. В комнате воцаряется тишина, пока другие мужчины ждут моей реакции. Но я ничего не могу им дать. Я оцепенела от усталости и нитей страха, в плену которых я нахожусь. У меня пересохло в горле, и я едва могу найти силы встретиться взглядом с Мейсоном. Я тереблю свой рукав и оглядываюсь на стол, чувствуя себя побежденной, глупой и виноватой.

Как это возможно, что вина — это то, что я испытываю именно сейчас?

— Милая, что ты здесь делаешь? — спрашивает Мейсон с сочувствием в голосе, выдвигая стул рядом со мной. Ножки стула скребут по полу, и Мейсон обхватывает рукой спинку моего стула, когда садится рядом, но не касаясь меня. Ни его рука, ни его колено не соприкасаются с моим. Мейсон так близко, что я ощущаю тепло его тела, но все равно он далеко.

— Что-то не так? — спрашивает он меня, и я тут же отрицательно качаю головой.

Я поступаю, как трусиха.

— Я хочу домой, — произношу я еле слышно, не глядя ни на кого.

— Что вы сказали? — говорит детектив Майер из угла комнаты, отталкиваясь от стены и распрямляя руки впервые с тех пор, как он оказался здесь. Он двигается в мою сторону.

Я прочищаю горло и, не обращая внимания на то, как хрипло звучит мой голос, повторяю, что хочу домой.

Детектив прислоняется к столу, сложив ладони, и ждет, когда я посмотрю на него. Его голос сильный и жесткий, наполненный презрением.

— Дача ложных показаний и трата времени…

— Каких ложных показаний? — спрашивает его Мейсон.

— Никто не брал у меня показаний. Я никому ничего не говорила, — произношу я, и мой голос звучит сильнее, чем я себе могла представить.

Мейсон резко встает со стула, наклоняется над столом и упирается предплечьями передо мной, когда смотрит в лицо Майеру.

— Не смей, — говорит Мейсон со злобой в голосе, которая заставляет меня вздрогнуть. — Не смей ей угрожать.

Точеная челюсть Мейсона покрыта щетиной, и то, как он ее сжимает, параллельно тому, как сжимает руки в кулаки, все это застает комиссара врасплох. Он явно хочет возразить, и именно тогда отец Мейсона начинает говорить.

— Только что. Мисс Саммерс хотела что-то сказать, Мейсон.

Мейсон медленно наклоняет голову, заставляя отца снова заговорить, и старик так и делает с блеском в глазах.

— Что привело тебя сюда, Джулия? — спрашивает он меня, глядя мимо Мейсона.

— Ничего, — отвечаю я хриплым голосом.

— Ой, да ладно, — говорит он.

Голос мистера Тэтчера звучит беззаботно, но никогда еще не было так очевидно, насколько мрачной стала ситуация. Неужели они уже знают? Похоже, что так.

И теперь они знают, что и я знаю.

Мое горло мгновенно сжимается, как будто сильная рука перекрыла дыхание.

— Вы можете прийти ко мне с чем угодно, мисс Саммерс, — говорит отец Мейсона, глядя мне прямо в глаза, и продолжает. — Я знаю все, Джулс, и я уверен, что о тебе позаботятся…

— Хватит, — практически рычит Мейсон на своего отца.

Его отец, наконец, отводит от меня оценивающий взгляд, чтобы уделить внимание Мейсону.

— Просто из любопытства, Мейсон, какой маленький секрет ты рассказал нашей Джулс?

Мейсон игнорирует своего отца, с силой берет меня за руку и ведет к двери. Мои ноги слабы, но я не отстаю от него. Он с такой силой распахивает дверь, что, клянусь, чуть не срывает ее с петель.

— Двигайся, — приказывает мне Мейсон, вытягивая руку вперед, и я немедленно слушаюсь, благодарная за то, что убираюсь отсюда к чертовой матери невредимой.

— Пока, Джулс, — говорит мистер Тэтчер мне в спину, и я благодарна, что Мейсон стоит между нами. Я не могу дышать или делать что-то еще, кроме как следовать за Мейсоном, пока мы не покидаем участок. Я чувствую, что все смотрят на нас, и это заставляет пылать мое лицо, но двигаться меня заставляет страх. Я смотрю прямо себе под ноги.

— Мейсон, — хнычу я, когда он кладет руку мне на поясницу и ведет через улицу к припаркованной машине. Я смотрю на его машину, чувствуя себя так близко к безопасности, но зная, что возвращаюсь в камеру.

Мейсон не отвечает, но притягивает меня к себе, обнимая за талию, когда мы переходим улицу. У меня кружится голова, я не способна ни думать, ни чувствовать. Мне приходится идти быстро, чтобы поспевать за его шагами, но я чувствую себя более спокойной только от того, что он обнимает меня. Ведь я нуждаюсь в его объятиях.

На мгновение, когда Мейсон открывает дверь и ждет, пока я сяду в его машину, я думаю, что есть надежда. Я полагаю, что смогу исправить причиненный ущерб, хотя и не уверена, почему я вообще об этом думаю.

Я так растеряна, так запуталась.

Единственное, в чем я уверена, так это в том, что если бы Мейсон не пришел за мной, случилось бы что-то плохое. Меня бы заставили замолчать.

Глупая. Я такая чертовски глупая. От этой мысли мне трудно дышать, и я откидываю голову на спинку сиденья, чувствуя, как тяжесть того, что только что произошло, пронизывает каждую мою клеточку. Жар струится по моей коже, неприятно и невыносимо.

Мейсон с громко захлопывает дверь со своей стороны, садится и заводит машину, не удостоив меня даже взглядом, сдает назад и вливается в поток машин.

Я напряжена, как струна, жду чего-то, чтобы заговорить или чтобы он что-то сказал. Но ничего не происходит.

— Мейсон? — рискуя я начать разговор, когда машина останавливается на красный свет.

Он сильно сжимает пальцами руль так, что блеют костяшки, и медленно поворачивается в мою сторону. Его глаза холодны, как лед, и я жалею, что вообще попыталась заговорить.

— Мы поговорим, когда вернемся домой, — произносит он себе под нос.

Я киваю, чувствуя себя одинокой, брошенной и совершенно потерявшей надежду.

Глава 7

Мейсон

У вечности нет конца,

Но и нет начала.

То, что ты чувствуешь здесь и сейчас,

Скоро станет лишь прошлым.

Остались лишь воспоминанья

И даже страсть не удержать.

Часы бегут неумолимо,

Любовь ведь тоже может увядать.

Я бы их убил. И детектива, и комиссара. Возможно, даже и своего отца. Я никогда не был так близок к срыву. Я никогда не чувствовал такого напряжения. Гнев и ненависть подпитывают мои мысли. Я едва сдерживаюсь, находясь на грани чего-то опасного и настолько темного, с чем я раньше никогда не сталкивался. Даже в тот роковой день, когда я разрушил жизнь Джулс. Даже тогда.