Неизменная - Кэрригер Гейл - Страница 28

— Нет, я не настолько расстроена.

— Чаю, Румпет.

— Однако положение весьма неприятное. У меня такое сердцебиение, что ты просто не поверишь. Хочется рваться и метаться!

— Рвать и метать, — мягко поправила ее дочь.

Миссис Лунтвилл слегка расслабилась, а потом вдруг резко выпрямилась, словно аршин проглотила, и дико заозиралась по-сторонам.

— Алексия, в замке ведь нет никого из окружения твоего мужа, правда?

Слово «окружение» мать использовала в качестве вежливого названия стаи.

— Маменька, уже совсем рассвело, так что они все в замке, но при этом в собственных постелях. А я большую часть ночи провела на ногах. — Последняя фраза содержала тонкий намек, но в мире миссис Лунвилл такого явления, как тонкость, не существовало.

— Ну, ты ж сама захотела замуж за сверхъестественного. Не то чтобы я критиковала тебя за то, что ты его заарканила, милая моя, ничего подобного! — Миссис Лунтвилл выпятила грудь, став похожей на перепелку в розовую полосочку. — Подумать только, моя дочь — леди Маккон!

Алексия не уставала удивляться тому, что сумела угодить матери один-единственный раз в жизни — выйдя замуж за оборотня.

— Маменька, сегодня утром у меня очень много дел, а ты вроде бы дала понять, что пришла по весьма срочному поводу. Что же случилось?

— Ну, понимаешь, это всё твои сестры.

— Ты наконец поняла, что они обе — несносные дурочки?

— Алексия!

— Что такое с ними, маменька? — подозрительно спросила Алексия.

Не то чтобы она не любила своих сестер, они просто не слишком ей нравились. На самом деле они были ей всего лишь сводными сестрами и носили фамилию Лунтвилл, когда она сама в девичестве звалась мисс Таработти. В точности как их мать, носившая в свои не юные годы платья в розовую полоску, они были светловолосыми, глупыми и совершенно незапредельными.

— Дело в том, что они ужасно разругались.

— Ивлин и Фелисити в ссоре? Какая неожиданность.

Миссис Лунтвилл совершенно не уловила сарказма.

— Вот именно! Однако я говорю чистую правду. Ты наверняка прекрасно понимаешь мое огорчение. Видишь ли, Ивлин помолвлена. Не так удачно, как ты — нельзя же надеяться, что молния дважды ударит в одно и то же место, — но все же партия достойная. Благодарение небесам, ее жених не сверхъестественный; с меня более чем достаточно одного необычного зятя. Но, к сожалению, Фелисити никак не может смириться с тем, что ее младшая сестра выйдет замуж раньше, чем она, и потому как с цепи сорвалась. Тогда Ивлин предположила, и я совершено с ней согласна, что ей, возможно, надо на какое-то время уехать из Лондона. Тогда я предположила, и мистер Лунтвилл совершенно со мной согласен, что ей полезно будет пожить за городом, на природе. Это как раз то, что нужно, чтобы поднять настроение. Тогда я привезла ее сюда, к тебе.

Леди Маккон не совсем поняла, о чем речь.

— Ты привезла сюда Ивлин?

— Нет, милая, нет. Слушай внимательнее! Я привезла Фелисити.

Миссис Лунтвилл достала веер с оборочками и принялась яростно обмахиваться.

— Что, сюда?

— Теперь ты нарочно тупицу изображаешь, — обвинила мать, тыча в ее сторону веером.

— Я? Да где же Румпет с чаем? — Леди Маккон отчаянно нуждалась в том, чтобы подкрепить свои силы. Мать часто вызывала у нее реакцию такого рода.

— Конечно же, я привезла ее к тебе пожить.

— Что? На какое время? Надолго?

— На столько, на сколько потребуется.

— Но как…

— Уверена, общество сестры тебе не помешает, — гнула свое мать. Улучив момент, она окинула взглядом гостиную, довольно загроможденную, но уютную, полную книг и громоздкой кожаной мебели. — А этому месту определенно не помешает дополнительное женское влияние. Я не вижу тут ни одной салфеточки.

— Погоди…

— Она взяла вещей на две недели, но ты ведь понимаешь, что мне нужно готовиться к свадьбе, так что, возможно, ей придется пожить в Вулси подольше. В таком случае просто пройдетесь по магазинам.

— Подожди минуточку! — возмущенно повысила голос Алексия.

— Хорошо, значит, все улажено.

Алексия только раскрывала и закрывала рот, как рыба.

Миссис Лунтвилл встала. С ее сердцебиениями явно было покончено.

— Наверное, мне следует забрать ее из кареты, правда?

Леди Маккон потащилась за матерью через гостиную к парадному входу. У ступеней крыльца на лужайке обнаружилась Фелисити, окруженная ошеломляющим количеством саквояжей и сундучков.

Миссис Лунтвилл без всякой суеты поцеловала каждую из дочерей в щечку, села в карету и отбыла в вихре лавандовых духов и розовых полосочек.

Леди Маккон, все еще в шоке, оглядела сестру. В соответствии с последней модой Фелисити была одета в длинное белое бархатное пальто с красными полочками, застегивающееся на сотни крохотных черных пуговичек, и белую же юбку с красными и черными бантиками. Ее светлые волосы были зачесаны наверх, а шляпка едва держалась на затылке именно в той манере, которую особенно одобряла Анжелика.

— Ну, — довольно грубо сказала леди Маккон, — думаю, тебе лучше войти.

Фелисити оглядела свои пожитки, потом осторожно обогнула их, взлетела по ступенькам крыльца и вошла в дом.

— Румпет, вы не будете так любезны? — задержавшаяся возле солидной кучи вещей леди Маккон указала на них подбородком дворецкому.

Тот кивнул. Когда он проходил мимо, Алексия остановила его:

— И не трудитесь распоряжаться, чтобы все это распаковали. Пока не надо. Посмотрим, нельзя ли устроить все несколько иначе.

Румпет опять кивнул.

— Очень хорошо, миледи.

Леди Маккон следом за сестрой прошла в дом.

Фелисити уже успела добраться до гостиной и налить себе чаю, не спросив разрешения. Когда леди Маккон вошла, она подняла глаза.

— Вижу, сестричка, лицо у тебя отекшее. Ты что, набрала вес с тех пор, как мы виделись в последний раз? Ты же знаешь, я беспокоюсь о твоем здоровье.

Алексия воздержалась от комментария насчет того, что Фелисити беспокоится лишь об одном, а именно: какие перчатки будут носить в следующем сезоне. Она уселась напротив, демонстративно сложила руки на роскошной груди и уставилась на сестру.

— Заканчивай с этим. С какой стати ты позволяешь себе мне навязываться?

Фелисити склонила голову набок, отпила глоток чаю и проговорила:

— Цвет лица у тебя вроде бы получше. Тебя даже можно по ошибке принять за англичанку, и это хорошо. Ни за что бы не поверила, что такое возможно, если бы не увидела собственными глазами.

Бледная кожа вошла в Англии в моду с тех пор, как вампиры легализовались там и уверенно вошли в высшие слои общества. Но Алексия унаследовала смуглоту от своего отца-итальянца и не собиралась бороться с собственной природой лишь для того, чтобы походить на нежить.

— Фелисити! — резко сказала она.

Фелисити посмотрела в сторону и раздраженно цокнула языком.

— Ладно, раз уж ты настаиваешь… Скажем так, желательно, чтобы я сейчас на некоторое время уехала из Лондона. Ивлин слишком уж самодовольна. Ты же знаешь, как она себя ведет, когда что-то себе заполучит и знает, что тебе тоже этого хочется.

— Говори правду, Фелисити.

Сестра осмотрелась по сторонам, будто ища какую-то подсказку или намек, и наконец сказала:

— У меня сложилось впечатление, что тут, в Вулси, сейчас стоит лагерем полк.

Ах вот оно что, подумала Алексия.

— Впечатление, значит.

— Да, впечатление. Это правда?

Леди Маккон прищурилась:

— Они разбили лагерь у нас на задах.

Фелисити немедленно поднялась, огладила юбки и взбила локоны.

— Нет, вот этого не надо. Сядь, где сидела, юная леди, — Алексия получала огромное удовольствие, обращаясь с сестрой, будто та несмышленое дитя. — Нет никакого смысла никуда ходить, ты все равно не сможешь жить тут со мной.

— Почему вдруг?

— Потому что я и сама здесь не задержусь. У меня дела в Шотландии, и я отбываю туда после обеда. Оставить тебя в Вулси одну без присмотра я не могу, особенно учитывая, что здесь стоит полк. Только представь себе, как бы это выглядело.