Неизменная - Кэрригер Гейл - Страница 21

— Яд? — спросила леди Маккон, склонив голову набок.

— Определенно нет. Нечто гораздо более важное: духи. Мы же не можем бороться с преступностью ненадушенными, не правда ли?

Алексия мрачно кивнула. В конце концов, мадам Лефу была француженкой.

Изобретательница раскрыла парасоль, и оказалось, что тот имеет старомодную форму пагоды.

— Вы можете также вывернуть зонт вот так, — и она вывернула парасоль наизнанку, — а вот тут покрутить и нажать. — Мадам Лефу показала на маленькую выпуклость сразу под выключателем прерывающего поля, в которую был встроен крошечный тумблер. — Я сделала так, чтобы эту функцию было довольно сложно задействовать во избежание несчастных случаев. Насадки на спицах раскрываются и выделяют мельчайшие капельки так, что получается туман. Поворачиваете на одно деление, и вот эти три спицы разбрызгивают растворенный в воде ляпис лунеарис. Поворачиваете на два деления, и другие три спицы испускают раствор ляпис солярис в серной кислоте. Не забудьте убедиться, что ни вы, ни те, кто вам дорог, не стоят в зоне распыления или с подветренной стороны. От лунеариса у людей бывает только небольшой кожный зуд, а вот солярис ядовит и убивает их так же легко, как выводит из строя вампиров. — Неожиданно ухмыльнувшись, изобретательница добавила: — Только на оборотней он не действует. Для них, конечно же, предназначен лунеарис. Направленная струя заставит их страдать и сделает беспомощными на несколько дней. Поворачиваете на три деления, и обе функции включатся одновременно.

— Просто поразительно, мадам! — выдохнула Алексия, на которую все продемонстрированное произвело должное впечатление. — Я даже не знала о существовании ядов, способных вывести сверхъестественных из строя.

Мадам Лефу мягко проговорила:

— Некогда у меня был доступ к фрагменту копии «Исправленного свода тамплиеров».

Рот леди Маккон непроизвольно раскрылся.

— Как? — Алексия взяла парасоль и с уважением повертела в руках. — Конечно, мне придется переделать под него половину гардероба, но подозреваю, оно того стоит.

Ямочки на щеках мадам Лефу вновь появились. Она явно была довольна.

— И, конечно, он и от солнца защитит.

Леди Маккон весело хмыкнула:

— Мой муж позаботился относительно оплаты?

Француженка замахала маленькой ручкой:

— О, я прекрасно осведомлена, какие расходы могут позволить себе Вулси. И вдобавок уже имела дело с вашей стаей.

Алексия улыбнулась:

— С профессором Лайаллом?

— Главным образом. Он любопытный мужчина. Мне иногда становится интересно, что за мотивы им движут.

— Он не обычный мужчина. В смысле он же сверхъестественный.

— Совершенно верно.

— А вы?

— А я вообще не мужчина. Мне просто нравится носить мужскую одежду, — ответила мадам Лефу, притворившись, что неверно истолковала вопрос.

— Ну, как скажете, — проговорила леди Маккон и нахмурилась, вспомнив слова Айви о том, что новый шляпный магазин частенько посещают актрисы, например, Мейбл Дейр. — Вы берете заказы не только от стай, но и от роев.

— Почему вы так решили?

— Мисс Хисселпенни упоминала, что к вам наведывается Мейбл Дейр, а она — трутень Вестминстерского улья.

Француженка отвернулась и принялась наводить порядок в лаборатории.

— Я обслуживаю всех, кто способен это оплатить.

— Включая одиночек и отщепенцев? Доводилось ли вам, к примеру, угодить вкусу лорда Акелдамы?

— Я пока не имела такого удовольствия, — ответила изобретательница.

Алексия отметила, что француженка не сказала, будто не слышала о лорде Акелдаме, и решила устроить это знакомство.

— О, это серьезное упущение! И его нужно поскорее исправить. Вы свободны нынче, скажем, около полуночи? Я хочу пригласить вас к чаю и поинтересоваться у господина, которого мы упоминали, сможет ли он это нам организовать.

Мадам Лефу явно заинтересовалась, но и насторожилась тоже.

— Думаю, я смогла бы освободиться. Вы очень добры, леди Маккон.

Алексия склонила голову на манер гранд-дамы, чувствуя себя при этом ужасно глупо. Ей хотелось сначала встретиться с вампиром наедине.

— Если лорд согласится, я пришлю вам визитку с его адресом, — сказала она.

И тут к шумам, которые издавали механизмы, присоединился новый звук — высокий, вибрирующий:

— Алексия?!

Леди Маккон стремительно обернулась:

— Какой ужас, я забыла про Айви! Она ведь не могла найти сюда дорогу, правда? Я вроде бы закрывала за собой дверь к подъемной комнате.

Мадам Лефу сохраняла невозмутимый вид.

— Не тревожьтесь, это всего лишь ее голос. У меня есть аппарат, который улавливает звуки в магазине и передает их сюда.

И она показала на подобие духового инструмента с раструбом, которое торчало из потолка. Леди Маккон вначале думала, что это нечто вроде граммофона, однако из раструба доносился голос Айви, звучавший так ясно, будто она сама находится вместе с ними в лаборатории. Поразительно.

— Пожалуй, нам нужно вернуться в магазин и посмотреть, как она там, — предложила изобретательница.

Алексия, которая прижимала новый парасоль к пышной груди, словно это новорожденный младенец, кивнула.

Они так и поступили, обнаружив, что газовое освещение снова заработало. В этом ярком свете мисс Хисселпенни по-прежнему находилась на полу посреди засыпанного пылью магазина, только теперь она сидела. Вид у нее был бледный и растерянный.

— Что произошло? — требовательно спросила она, увидев леди Маккон и мадам Лефу.

— Что-то ужасно загрохотало, и ты потеряла сознание, — ответила Алексия. — Право, Айви, ты не была бы столь склонна к обморокам, если бы не затягивала корсет так туго. Говорят, это очень вредно для здоровья.

При упоминании нижнего белья в публичном месте, коим, без сомнения, являлся шляпный магазин, мисс Хисселпенни ахнула.

— Пожалуйста, Алексия, не надо таких радикальных разглагольствований. В следующий раз тебе захочется, чтобы я занялась реформой своего гардероба!

Леди Маккон закатила глаза, представив себе Айви в индийских шароварах.

— Что это у тебя? — спросила мисс Хисселпенни, заметив парасоль, который Алексия так и прижимала к груди.

Та присела, чтобы показать подруге свой новый зонтик.

— Ну, Алексия, это красивая вещь. И совсем не в твоем обычном стиле, — восторженно одобрила мисс Хисселпенни.

На вкус Айви можно было положиться: все, что выглядело уродливо, неизменно ей нравилось.

— Мне бы тоже хотелось похожий, только, пожалуй, лимонно-желтенький и в черно-белую полоску. У вас есть такие в наличии?

Алексия хихикнула, увидев потрясенное лицо мадам Лефу.

— Полагаю, пока нет, — в конце концов выдавила изобретательница, предварительно дважды откашлявшись. — Может быть, — тут она слегка поморщилась, — закажу его для вас?

— Пожалуйста, закажите.

Алексия поднялась и тихонько подсказала по-французски:

— Только все же без дополнительной оснастки.

Мадам Лефу только что-то промычала в ответ.

Маленький колокольчик над дверью жизнерадостно звякнул, когда в магазин зашел кто-то еще. Мисс Хисселпенни попыталась подняться с пола, чтобы ее не застали в столь недостойной позе. Вновь прибывший подошел, раздвигая свисавшие отовсюду шляпы, и, увидев бедственное положение Айви, бросился к ней на помощь.

— Мисс Хисселпенни, вам нездоровится? Позвольте предложить мои скромные услуги.

— Танстелл, — вмешалась Алексия, испепеляя молодого человека взглядом, — что вы делаете здесь?

Но рыжеволосый клавигер, не обращая на нее никакого внимания, продолжал заботливо ворковать над мисс Хисселпенни. Та поднялась, опираясь на предложенную руку, а потом без сил привалилась к боку Танстелла и посмотрела ему в лицо большими темными глазами.

Молодой человек словно погрузился в эти глаза и не спеша поплыл в них на манер безмозглой рыбки гуппи. Актеры — они такие; что с них возьмешь… Алексия ткнула новым парасолем в зад клавигера, красиво обтянутый чрезмерно узкими бриджами: