Янтарный свет. Трилогия (СИ) - Вишневский Сергей Викторович - Страница 156

Маг теней встрепенулся, поднял взгляд на апостолов и расплывшись в безумной улыбке произнёс:

– Это всё ни к чему, Гюш…

Некс сделал шаг вперед, прекрасно понимая, что сейчас отступать некуда. Отдавшись стихии, маг будет делать последнее, что было в его разуме – убивать.

Гюш поднялся на ноги, слегка согнул ноги и сделал шаг вперёд.

– Мы рядом, – раздался голос за спиной клирика. – Мы готовы. Нам нужно всего пару секунд.

Некс сделал еще один шаг вперед, развёл руки и разжал кисть, державшую посох. Тот с глухим ударом упал на землю.

В этот же миг маг теней и лучший убийца континента скользнул к одному из последних членов ордена и вонзил нож тому в грудь.

– Это всё уже не имеет никакого значения…

В этот же момент паладины вынырнули из‑за спины клирика, вонзили свои светящиеся янтарным светом клинки в тело мага теней. Гюш попытался рыпнуться назад, но сзади его уже окружили клирики, подперев его со спины своими посохами.

– Прощаю, – произнёс Некс и обнял мага теней, который замер от разрываемого изнутри янтарного света.

Без всякого шума, без взрывов, без хлопков и свиста.

Над городом полным мертвецов засияло оранжевое солнце.

Тени метались по закоулкам, прятались в тёмных уголках, но лучи проникали везде, выжигая остатки проведенной обезумевшим магом силы.

Секунда, вторая… минута, и солнце спадает.

БУМ!

БУМ!

– РУДИ‑И‑И‑И!!!

БУМ!

У запертых ворот со следами подпалин и сильнейших ударов магией в ворота долбит перепачканый кровью Гош. На плече у него тело Снека, выброшенного взрывом за стены города.

– РУДИ‑И‑И!!!

БУМ!

БУМ!

Эпилог

Новый зал ордена был выполнен согласно традициям.

Их было немного, но они были очень важными.

Первая – центральное место всегда занимало сердце ордена. Огромный янтарь закрепили на позолоченных цепях под сводом купола главного здания.

Вторая – обязательные янтарные мозаики. С этим у императора Дракара и местных мастеров проблем не возникло.

– Именем своим, увековечили деяния ордена и славу Его, – произнёс паладин, стоявший у алтаря, рядом с которым стояли два гроба. В одном из них лежало тело Некса, пожертвовавшего свои дар и тело для того, чтобы остановить обезумевшего от жажды крови Гюша. Во втором лежал Снек.

– Гош, – тронул за руку потерянного паладина Руди. – А деда?

– Деда в ордене не состоял, – не отрывая взгляда от гроба с напарником, пояснил он. – Его с почестями на императорском кладбище похоронят. Вместе с Хортом и Кельтом.

Воришка взглянул на вещающего последнюю речь нового главу клана и перевёл взгляд на Ари с Нами. Те стояли чуть в стороне. Девушка старательно прятала взгляд и вжимала голову в плечи. Парень кинул взгляд на друга и кивнул ему.

– Слушай, я… я не мог тогда успеть, – произнёс Руди и растерявшись умолк, не зная, что добавить.

– Знаю. Не смог бы при всём желании. Когда я его нашёл – он был уже мёртв…

– А как ты… как ты его нашёл? Тени же накрыли весь город. Даже свадийцев перебило.

– Янтарный свет, – всё также не отрывая от гроба взгляда промолвил Гош. – Он разгонял тени…

В этот момент клирики затянули молитву Единому нараспев на старом наречии. Сначала медленно и размеренно начал паладин, произносивший речь. За ним подхватили клирики и остальные.

Гош стоял молча. Руди, находившийся рядом, периодически бросал на него взгляды, но ничего не говорил.

Погребальная песнь продолжалась, и в один миг воришка, чудом уцелевший в какой‑то бочке, из которой жутко воняло рыбой, глубоко вдохнул и поддержал песнь, которую когда‑то заставил выучить Снек.

Руди никогда не отличался особым умением петь, но, открыв рот и запев от души, он заставил взглянуть на него тех, кто ещё продолжал молчать. Ари, Нами и остальные члены ордена. Строчка, вторая и постепенно все присутствующие подхватили погребальную песнь.

Клирики начали поднимать раскрытые ладони к сердцу ордена, паладины притопывать в такт песни.

Из сердца ордена медленно начали падать оранжевые огоньки. Опускаясь, словно снежинки в безветренную погоду, к земле, они внезапно изменяли траекторию и круглыми виражами устремились к двум гробам.

Облепляя тела усопших, они создавали своего рода покров тёплого янтарного свечения. Когда последняя искра заняла своё место, искры резко взметнулись вверх, в стороны и заполнили весь зал.

Они повисли неподвижными огоньками, образовав настоящий туман.

Секунда, вторая.

Полная тишина в зале.

Янтарные искорки медленно, словно прощаясь с живыми, потекли вверх, к сердцу ордена.

– Дарованная искра вернулась, – в полной тишине произннес паладин, стоявший у алтаря.

Оба гроба были пустыми. В них остались только погребальные одежды.

Люди простояли в тишине несколько минут, после чего медленно потянулись к выходу.

Гош так и не сказал ни слова, молча смотря всю церемонию на гроб напарника.

Жидкий ручеёк людей вытекал из здания. Ари, Нами и Руди там встретили главу рода Гультов.

– Итак! – хлопнул он в ладоши, подойдя к оставшимся в живых членам специальной группы. – Император пожаловал нам Шегон! Отличный город! Теперь он принадлежит роду. Правда, придётся его делить с Янтарным орденом, но это не важно! Главное…

– Сейчас не очень удачно время говорить о делах, – мрачно заметил Ари. – Мы только что похоронили наставника.

– Я понимаю, но кому‑то надо отправиться туда и начать наводить порядок. Полегло там народу немало, но большинство успело уйти. Сейчас они вернулись и начинают ковырять янтарь, который оставили ваши апостолы. Да и власти никакой, а я не могу рвануть туда. Нам ещё надо тёмный ковен как следует прошерстить. Говорят, они там со свадийцами знатно зарубились.

– Мы друга похоронили, – оборвал речь Иля Руди.

– Ну, зять‑то не откажет… а где он?

Руди обернулся и обнаружил, что паладин сидит на алтаре. Плечи опущены, сгорбился, словно стержень из него выдернули, и плакал. Без рева, без воя. Просто сидел и плакал, не вытирая слез, что бежали по щекам и капали с подбородка.

Конец серии Янтарный свет.