Закрытое Сердце (СИ) - Вэй Натали - Страница 11

— Допустим, — уступил я и, нацепив маску растерянного человека, спросил:

— Ты поможешь мне?

Глава 13

Опыт бесценен, плохо только,

что за него приходится платить собственной молодостью.

Стив Харви

— По стеночке, по стеночке, без света, на ощупь. Тихо, тихо, как мышь. А она стоит тёмной тенью в коридоре. Вот если бы был трезвый, честное слово, обделался. Ну я сделал вид, что её не замечаю, но ускорился и ка-а-ак БАБАХ! Об шкаф! Со всей дури! — мой братец потёр лоб, словно вспоминая о том, как сильно приложился, — И тут мама не выдержала и нежно так спрашивает: "Нажрался?" А я ей так уверенно: "Нет". А она мне: "Ну конечно, просто ветер по квартире гуляет и тебя с ног сбивает".

— Да у тебя идеальная мать, даже отмазку придумывать не надо, сама оправдает. Моя бы просто убила, а мне за двадцать лет перевалило! — возмущённо и с долей зависти в голосе изрёк Сёма.

Наша шумная компания зашлась громким хохотом.

— Да она просто смирилась, — отсмеявшись, сказала я.

— Конечно, с такой дочерью как ты, мои выходки кажутся милыми шалостями.

Я показала Илье язык, он постучал пальцем по голове со словами:

— Дома кто есть?

Мы сидели в уютном баре «Где я?». Нас было двенадцать человек, большая часть ребят были с моего университета, в том числе Сёма, Антон и Тая. А ещё к нам за столик подсел мой брат со своим другом. Обычный вечер, знакомая компания, если бы не одно но. Среди нас был Глеб.

Последнее время этого парня в моей жизни стало слишком много. Всё началось с безобидной уборки мусора, а сейчас он сидел в моей компании, в окружении моих подруг. По правую руку от него была Тая, а по левую Оля.

Кто его вообще позвал? Наверное, Оля.

Я понимала, что это нормальный процесс, так случается: новый человек приходит и вливается в твою среду. Но почему-то мне дико не нравилось, что этим новеньким стал Глеб.

Мне не нравилось, как смеялась над его шутками Тая, мне не нравилось, как прижималась к нему Оля.

Он мне не нравился! Выбешивал загадочной улыбкой, идеальными манерами и лощёным видом. Хотелось повести себя по-детски, схватить его за руку и вышвырнуть из-за стола, чтобы он никогда не смел прикасаться к моим подругам и так нахально — мило флиртовать с ними. Хотелось топнуть ногой и сказать: «Это моя песочница! Вали пока я тебе не съездила твоим же ведёрком по макушке!»

Но в целом вечер был хорошим. За тёплыми дружескими беседами, морем смеха я упустила момент, когда Тая успела напиться, точнее перепить. Такой я ещё её никогда не видела. Вдрызг пьяной, безумно счастливой и беспрестанно хихикающей.

Её шатало из стороны в сторону, без поддержки она не могла сделать и пары шагов. И братец, как назло уже успел куда-то исчезнуть, прихватив с собой Сёму и Антона. Я звонила им, но они не брали трубку.

— Чёрт! — выругалась я.

— Давай я её провожу, — участливо предложил Глеб, догнав нас возле гардероба.

И вроде бы ничего такого, простое предложение помощи, но я напряглась.

Ага, сейчас. В неадекватном состоянии я её ни на шаг от себя не отпущу. Чёрт, в таком виде ей нельзя домой. Её мама нас прикопает.

— Всё нормально, я заберу её к себе домой, — ответила я Глебу.

— А я хочу с Глебом, — протянула эта сумасшедшая и кинулась к нему в объятия, — Он теперь мой лучший друг.

Я остолбенела. А губы парня расплылись в победной улыбке, он приобнял её за плечи, помогая устоять на ногах.

— Она может переночевать у меня, — предложил парень и подмигнул мне.

— Да? Правда? — как ребёнок обрадовалась Тая, — Спасибо ты настоящий друг. Мне нельзя домой. Ик.

— Э-э-э, народ? Меня вообще кто-нибудь слышит? Я сказала, она ночует сегодня у меня! — возмутилась я.

— Не-е-ет, я к тебе не пойду, мне перед… Ик… твоими родителями стыдно будет. Ик… — и она ещё крепче вцепилась в талию Глеба.

Я не могла поверить своим глазам. Хотелось дать Тае звонкую затрещину, чтобы она пришла в себя и прекратила вешаться на постороннего мужика. Самой же потом стыдно будет.

— Не переживай, я обещаю, уложу её на диван в гостиной и не буду трогать, — заверил меня Глеб.

Почти убедительно. Вот только моя врождённая ответственность не могла этого позволить. Я посмотрела на Таю, она словно вросла в Глеба и нашла в его лице точку опоры.

— А диван у тебя раскладывается? — обречённо спросила я.

Глава 14

Тебя окружает множество,

Тебя окружают лица.

Отчего же тогда ночами,

В кровати мягкой не спится?

Тебе не хватает воздуха,

А пальцы сжимают запястья,

Среди огромного множества,

Ты не чувствуешь счастья.

Мы помогли Тае снять верхнюю одежду и обувь. Глеб любезно предоставил нам подушку и одеяло.

— Я не хочу спа-а-ать, — заплетающимся языком сообщила подруга, несмотря на то, что её глаза слипались. Тая походила на маленького взъерошенного воробья. Волосы растрепались, следы от туши выделялись тёмными пятнами на веках.

— Хорошо, ты просто полежишь, договорились? — спросил Глеб, помогая расположиться ей на диване, — Нет, на спине сегодня не спим, ложись набок, да вот так, умница.

Он разговаривал с ней как с маленьким ребёнком нежно и ласково и что самое удивительное Тая его слушалась.

— Вы такие хорошие, — зевая, сказала она, — Я вас очень, очень люблю.

Ну, здравствуйте, приехали!

— Мы тебя тоже любим, отдыхай, — Глеб заботливо подоткнул одеяло.

Неужели она ему нравится? Эта мысль ужалила, словно молодая крапива.

— Посидите со мной, пожалуйста, мне одной страшно. Лиса не бросай меня тут одну, — сонно протянула девушка.

— Да куда я денусь с подводной лодки, — выдохнула я, усаживаясь на пол. Глеб устроился рядом со мной. Мы навалились спинами на диван и вытянули ноги.

— Я заметил, что ты не пила алкоголь, почему? — неожиданно спросил Глеб.

Я удивилась его наблюдательности, мне казалось, что это я следила за ним на протяжении всего вечера, а не наоборот.

— А если я скажу, что меня штырит от самой жизни, от каждого вдоха и мне нравится состояние трезвости и ясности больше, чем состояние алкогольного опьянения. Ты мне поверишь?

— Фу, как пафосно.

— А это правда.

— Да отчего тут может штырить? Жизнь унылое говно, — лениво протянул Глеб.

— Штырить может от людей, от близких, от друзей, оттого что ты делаешь. Разве этого мало?

— На фиг тебе друзья, которые надираются? Тая же по сравнению с тобой убожество.

Я кинула обеспокоенный взгляд на подругу, она мирно посапывала и, к счастью, ничего не слышала. Мне кажется, я даже дыхание затаила от произнесённых им слов. Мне стало дико обидно за Таю.

— Ты сейчас серьёзно?

— Да, — кивнул Глеб.

— Тогда иди к чёрту. Мне не о чем разговаривать с человеком, который не понимает значения дружбы и может судить и оскорблять малознакомую девушку.

— У меня нет друзей. И я не верю в существование дружбы.

— Соболезную твоей ущербности. С таким подходом они никогда не появятся.

Я не собиралась его жалеть или что — то доказывать, это был его выбор, а я не нанималась в спасатели.

К сожалению, диван не раскладывался, и мне предстояла весёлая ночка на полу или в ногах у Таи.

— Представь, что твой горячо любимый парень однажды заставит тебя сделать выбор: он или подруга. Как скоро ты забудешь о своей дружбе и сможешь плюнуть своей подруге в лицо? — с раздражением в голосе спросил Глеб.

— Ты в своём уме?

— Просто ответь, — настаивал Глеб, сверкая глазами.

— Представь, что тебе скажут, выбирай, тебе отрезать правую ногу или левую? Что ты выберешь? А? — я выжидающе уставилась на Глеба, но он промолчал, а я продолжила:

— Я уважаю чужие границы и общаюсь с тем, кто уважает мои. Поэтому я не буду связываться с таким мудаком.

— Ясно.

В комнате повисло гнетущее молчание, но Глеб не спешил уходить, он продолжал сидеть рядом и бросать на меня короткие взгляды. Его присутствие не давало расслабиться, моё тело подобралось, словно ожидая внезапной атаки.