Случайный муж (СИ) - Войнова Яна - Страница 11

— Объявляю вас мужем и женой! — торжественно заявил ведущий свадебной церемонии молодоженов, когда брачующиеся под радостные возгласы гостей ответили заветное “да”. И вот так бы она тоже очень хотела… Красиво пожениться, в шикарном платье с фатой, цветами и кучей гостей… Эх, ну почему одним везет по жизни, а другим достается лишь фальшивая роль невесты?! Как жизнерадостно говорит ее ученик из четвертого “Б” Никита Багров: “Да, че вы паритесь, Лизавета Юрьевна?! Жизнь — боль, всё — тлен…”

Не успела Лиза вдоволь насладиться нахлынувшей тоской, грустью и, чего уж, откровенной завистью, глядя на жениха и невесту, как ее ошарашила пожилая киприотка.

— Я не могу на это спокойно смотреть! — возмутилась Василаке, глядя на целующихся молодоженов и вскочила с места. — Костя, вам тоже надо пожениться! Сегодня! Нет… СЕЙЧАС!

— Послушайте… — чуть ли не заикаясь, начала Лиза, но ее тут же перебил отчего-то неожиданно обрадовавшийся Костя.

— Вы совершенно правы! Зачем откладывать неизбежное? Сейчас организуем! — он резко подскочил со стула и пошел договариваться с регистратором.

— Слушайте, вы! — разозлилась Лиза, побежав за ним. — Мы так не договаривались! Я не выйду за вас замуж!

— Лиза, — он остановился и обнял ее за талию. — Если мы сейчас не поженимся Анастасос заподозрит неладное, и мой контракт сорвется! А вы станете виновницей моего разорения, а моя матушка…

— Да заканчивайте уже спекулировать здоровьем вашей матушки! Это нечестно и гнусно! И вообще, я не хочу, чтобы меня женил человек, похожий на фоторобот маньяка-насильника! — возмутилась она, указывая на регистратора, который скорее напоминал злобного людоеда из детской сказки, чем работника ЗАГСа.

— То есть выйти за меня замуж вы в принципе не против, вы просто не в восторге от внешности ведущего церемонии, я правильно понимаю- хмыкнул Костя.

— Да вы… Да я… Да у вас принципы есть? Хоть какая-то мораль в вас осталась?

— Конечно! Вот мне до сих пор неудобно, что я обманываю своего партнера. Поэтому нам надо срочно пожениться, чтобы я уже смог снять с себя такой тяжелый непосильный груз с души! — наглец бесцеремонно схватил ее за руку и повел к огромной зверюге в нарядном костюме.

Свадебный регистратор стал выдавать цены, словно зачитывать ресторанное меню.

— За бланки и оформление: две тысячи рублей. Стоимость самой регистрации: двадцать тысяч рублей, а учитывая то, что она выездная и очень срочная, более того еще и в Новый год, то берем по двойному тарифу!

— С чего это так дорого? — возмутилась Лиза. — Да вы с ума сошли!

— Девушка, сейчас праздники, а у меня трое детей, которым тоже надо положить что-то под елку, — парировал ведущий свадебной церемонии с невозмутимым лицом. — Так что, жениться будете?

— Да это грабеж!

— Какая у меня экономная будущая жена, прямо не нарадуюсь, — веселился Костя под злые взгляды своей «невесты». — Плачу пятьдесят тысяч и вы нас жените прямо сейчас!

Регистратор засветился как красная звезда на елке и довольно потер руки, продолжая разводить Костю на деньги.

— За отдельную плату я могу даже спеть для молодоженов. Это не так уж и дорого…

“Молодожены” с ужасом переглянулись и дружно выкрикнули:

— Нет, спасибо!

— Да у меня даже платья нет! — пискнула Лиза от обиды и разочарования. Совершенно по-другому она себе собственную свадьбу представляла. Пусть даже фальшивую! Как же так?!

— То есть я прав, — улыбнулся Костя как довольный котяра. — Вы против организованной церемонии на скорую руку, а не против того, чтобы стать моей женой.

— Вы… вы… Да вас можно использовать как аргумент против клонирования человека!

— Все хорошо? — спросил Анастасос, подойдя к ним.

— Все отлично! Мы женимся, — заявил Костя, улыбаясь богатому греку и притягивая Лизу к себе еще ближе.

— Хватит меня щупать! — злобно шипела на него Лиза, улыбаясь Анастасосу. — Мне больно!

— Врушка! Вам приятно! — сказал этот наглец и даже чмокнул ее в щеку.

— Василаке! — заорал обрадованный грек на весь ресторан, обращаясь к супруге и заглушая даже звук музыки. — Они женятся!

— Ах! Какая прелесть! — воскликнула его жена, обернулась к своим родственникам и затараторила по-гречески, почему-то очень громко разговаривая.

— Я не поняла, они что ругаются- Из-за нас? — недоуменно спросила Лиза.

— Нет, они так за нас радуются!

А дальше началось какое-то всеобщее безумие, потому что вокруг Лизы забегали греческие женщины, разговаривая на непонятном языке. Все ее почему-то без спроса трогали, обнимали, несколько пожилых женщин, видимо тетушек, даже слезу пустили.

— Дорогая, — сказала Василаке. — У тебя нет фаты. Это нехорошо. Она должна быть обязательно.

— Вот! И я Косте говорю, что так наспех нельзя жениться! — Лиза решила воспользоваться моментом. — Надо все отменить!

— Ни в коем случае. Сейчас что-нибудь придумаем! — заявила Василаке и стала оглядываться по сторонам. Какая-то женщина почему-то указала ей на белую занавеску в ресторане.

— Точно! Костя, договаривайся с администратором! Срочно! — решительно отдала распоряжение Косте.

— Вы все сошли с ума! — сказала Лиза и бессильно рухнула на стул.

Костя заплатил управляющему ресторана, и с окна сняли проклятую занавеску, а потом женщины чуть ли не насильно потянули Лизу в уборную, где стали укладывать на ее голове своеобразную фату, а еще запихивать ей в волосы белые розы, стыренные из высоких ваз холла ресторана. Дочь Василаке, достав огромную сумку, стала вытаскивать оттуда косметику.

— У меня уже есть макияж! — жалко протестовала Лиза.

— Это не макияж, — отрезала гречанка. — Сейчас мы тебя сделаем красивой невестой! Мама, скажи Косте снять еще и портьеру с окна, невесте нужен красивый длинный шлейф. Я что даром притащила в эту страну троих детей?! Пусть держат и несут его невесте! Букет потом кинешь моей троюродной сестре по отцовской линии. Только не промахнись, а то ей уже тридцать восемь и ее давно никто не хочет. А ее отец пригрозил, что после смерти свое состояние отдаст в приют для бездомных животных, если у него не появятся внуки. Так что, на тебя вся надежда, Лиза! Главное хорошо прицелиться и…

Гречанка бесцеремонно ляпнула на лицо Лизаветы увесистый комок тонального крема, добавляя яркие тени и ядерную помаду цвета “вырви глаз”.

— Мне так не идет, — пыталась отмахнуться от своего визажиста-морадера, но кто же ее слушал?!

Когда греческие женщины закончили свои издевательства над бедной Лизой, она глянула на себя в зеркало и ахнула:

— У меня сейчас будет сердечный приступ!

— Конечно! От такой красоты можно ослепнуть! Вот теперь ты настоящая невеста! — неправильно расценила ее слова абсолютно довольная своей работой дочь Василаке. А затем греческие женщины стали охать, ахать и почему-то в перерыве между этим громко рыдать. Лиза очень надеялась, что это не от ее внешнего вида. Потому что у нее откровенно пропал дар речи от собственной “неотразимости”, ведь она стала напоминать размалеванную куклу Барби из детской раскраски. Когда же они вышли из туалета, и Лиза предстала перед своим “женихом” он отшатнулся, удивленно моргнул несколько раз и чуть ли перекрестился.

— Что у вас с волосами- На вас напал парикмахер?

— Хуже! Василаке, Мелина и другие, имен которых я не помню!

— Это… неописуемо, — еле выдавил из себя обомлевший Костя, глядя на ее “свадебный наряд”.

— Сказала собака, глядя на баобаб! — съязвила Лиза. — Вы издеваетесь?! У меня на голове занавеска! Меня обернули в портьеру, и я похожа на трансвестита!

— Вам очень идет! — тут же поспешил утешить ее случайный “жених”, которому в карман верхнего пиджака тоже всунули вытащенную из вазы белую розу.

— Да чтобы вы горели с вашим контрактом, как фестиваль огней в столице Индии! — рявкнула Лиза.

— Не переживайте, я все узнал. Наш брак можно будет аннулировать, я все устрою. Подыграйте мне сегодня и я вам щедро компенсирую моральный ущерб, — сказал Костя, в ужасе поглядывая на сооруженный трехъярусный торт на ее голове. — Лиза, я вам очень благодарен и…