Град на краю (СИ) - Вильданов Тимур - Страница 41

Он бродил у трактира Клецки, изучая людей на площади. Он видел достаточно наркоманов, чтобы сразу увидеть свою цель. Пара трясущихся доходяг вошли в город со стороны стойбища и целенаправленно направились в сторону сгоревших домов.

Василь пошел следом. Законник не переживал, что его узнают — он одел тряпье, которым и нищий бы побрезговал, измазал лицо в грязи и натянул на голову драную вязаную шапку. За час, что Василь провел на площади, его так никто и не узнал. Он шел позади наркош, озираясь по сторонам. Вокруг были сгоревшие избы с пустыми окнами, остатки пожара, опустошившего Внешний город четыре года назад. По слухам, тела из ночлежек даже не стали вытаскивать. Из-под снега торчали остатки скарба — разбитая посуда, расколошмаченные инструменты. Несколько изб спасли от пожара, но люди их бросили, никто не хотел жить по соседству с кладбищем.

Откуда-то потянуло дымом — в одной из разграбленных изб, высунув дряхлый дымоход в выбитое окно, гудела кухня, исторгая рыбную вонь. Василь заглянул внутрь, в темноте двигались люди, при его появлении они замерли. На свету остался лишь повар, что-то жарящий на буржуйке. Повар неприязненно посмотрел на законника, взяв в одну руку нож. Вид его был неприятен, нездоровое синюшнее лицо с без половины зубов, да ещё по батарее окурков за каждым ухом.

— Слышь, где тут дурью закупиться можно? — спросил законник.

Повар непристойно и витиевато выругался. Василь ударил повара ногой в живот, поднял нож и сунул его под небритый подбородок, легонько проведя тыльной стороной лезвия.

— Это, я не хотел, — прохрипел повар. — Вон там, только дом обойти.

Василь в который раз подумал, как же много времени экономят прямые методы.

— Там пароль есть какой? — спросил Василь.

Повар покачал головой. Из темноты выкатились два торчка в обносках, полусгнившие, с язвами на коже. Они надвигались со разных сторон, выставив вперёд ножи. Василь выдернул из кармана, приставив к башке повара. Ему было непривычно от легкости оружия. Стечкин был в кобуре под одеждой, в руках у него был револьвер, которому было под сотню лет.

— Первая пуля ему. Кому вторую?

Крысы с ножами растворились в темноте, зло сверкая глазами.

Держа комнату под прицелом, Василь выскочил на улицу, с наслаждением вдохнув тухлый городской воздух. Странно, что никто не стоял на стрёме, подумал законник, оглядываясь. Бородач, явно барыга, скупает ворованное у наркош. Василь обошёл избу барыги, держа руку под одеждой револьвер, и вышел во двор другого заброшенного дома. Тут по углам толпились молчаливые люди, на него никто не посмотрел. На снегу, у стены избы, лежал замёрзший торчок с босыми ногами. Ещё один, раздетый, в наркотическом бреду ворочался на соломе.

Перед дверью была очередь из трясущихся людей с беспокойными глазами. Люди косилась на него, но никто не дёрнулся и не завопил. Очередь Василя пришла минут через пять. Он медленно шагнул внутрь избы, внутри была небольшая комната, залитая светом красных ламп под потолком. Из мебели тут был стол и стул, на котором сидел человек в маске, положив руки в перчатках на стол. Около двери стоял боец с автоматом, ещё кто-то ходил на втором этаже. Значит, минимум трое.

— Новенький, что ли. Так и будем стоять? — буркнул он. — Тебе подрыгаться или забыться?

— Забыться, — наугад ответил Василь.

Человек в маске показал два пальца и законник протянул ему замызганные копеечные пластинки.

— Добро. Иди, тебе на улице товар отдадут.

Василь кивнул и медленно вышел, едва сдерживаясь, чтобы не бежать. Он выскочил на сгоревшую улицу, отошел от толпы и стал ждать. Из переулка, сбоку от избы дилеров, появился подросток, вручил ему бумажный сверток и тут же исчез во дворах. В который раз Василь подумал, что не может Александера не знать об этом.

В Уфе, конечно, считают дурь благом, подумал он зло. Обкалывали новобранцев, отчего те зверели, а потом их швыряли на позиции войск Казани. Василь был под Туймазами во время боя за Волжский рубец. Осмелевшие казанские построили там настоящий укреплённый район. Василь видел, как батальон новобранцев закачали дурью по самые брови и после короткой артподготовки бросили на пулемёты казанских. Самая жуть — это было видеть единственного вернувшегося из атаки. У одного не было одежды, на нём были несколько пулевых ран, и он шёл голый по снегу посиневшими ногами, ничего не видя и не слыша, лишь жал на курок опустевшего автомата.

Василь вернулся к конторе караванщиков. Во дворе горел костёр, вокруг него стояли четверо — Висельник, с ним знакомый стукач из конторы и пара новичков. Тут были и ружья, сложенные шалашиком, гора вещей и приготовленные в дорогу сани. Стукач сидел у костра, обхватив голову. Висельник воспитывал новобранцев, надрывая глотку. Оба новичка ужасно худые, невысокие, темноволосые, с непроницаемыми азиатскими лицами. Один был покрепче, ему Висельник сунул охотничье ружьё, проверив, умеет ли тот управляться. Второй, потерянный какой-то, со складками висящей кожи под подбородком, ему достался замученный обрез.

— А мы вон, видишь, новичков набрали, — сказал Гоша весело.

— Вижу. Кстати, куда дед, который у вас на телефоне сидел, делся?

— Да знаешь, несчастный случай, — невинно ответил Гоша, — поскользнулся на лестнице. Ногу сломал, так что не скоро поправиться. Фангат новичков решил на пробу погонять до Заповедника, нужно торговца сопроводить. Вон, наш ветеран за главного, хватит ему в конторе прозябать.

Стукач испуганно глянул на Висельника и снова уставился на огонь.

— Не боишься, что в засаду попадут? — тихо спросил Василь.

— Не, там уфимские вчера из патруля вернулись. До поворота на Белорецк прошлись, одну группу бандитов расстреляли. Сейчас там тихо. Да и новички наши… Они долганы с севера, по округе трутся, пытаясь в охрану нанятся. Давно меня уговаривали взять. Тот что покрепче, у него Куча кличка, он на Урал с караванами ходил.

Висельник ещё раз прикрикнул на новичков и поманил законника в сторону.

— Ну что, нашёл барыг? — спросил он, когда они отошли в сторону.

— Да, — Василь вытащил пакетик, но Висельник перехватил руку.

— Глаз много, — сказал он.

Гоша завёл его за избу, достал таблетки, раскрошил ножом одну и попробовал крупинку. Он сморщился и стряхнул белую пыль в снег.

— Ну что, не боишься, законник? — испытующе спросил он. — Там клиентуру валить придётся по-взрослому, не сдадутся.

Василь кивнул, подумав про себя. «Да что же вас, душегубов, так ко мне тянет?». Не успел отвязаться от Алёнки, как к нему тут же прилип новый, кому прибить человека проще, чем стакан воды выпить.

— Ладно, тогда пошли, — деловито сказал Висельник.

Он дал последние наставления новичкам, взял автомат и сказал что скоро вернется. Висельник закурил трубку и, насвистывая пошел в сторону сгоревшей части города, Василь, морщась от дыма, шел следом.

Висельник только выглядел расслабленным, законник видел, что тот подмечает все движения вокруг. Когда был на фронте, Василь таких видел таких людей в штрафных частях. У тех тоже не было никакого пиетета перед законником. Расстрелять их ни за что, а послать дальше, где они уже были, было некуда.

— Ну что, законник, какой план? — тихо спросил Висельник.

Василь посмотрел по сторонам, вокруг были только сгоревшие дома.

— Я приметил, что там с задней стороны можно на крышу забраться. Ты окошко тихо вскрыть сумеешь? Тогда снимем того, кто наверху, и зайдём со спины парочке на первом этаже.

— Я-то сумею, — усмехнулся Висельник.

Сгущались сумерки, над Внешним городом поднимались дымные столбы. Василь незаметно проглотил таблетку стимулятора. Василь подсадил Висельника, тот залез на крытую досками крышу и протянул руку.

— Законник, ты вперёд не лезь. Я сам всё сделаю, ты, главное, мне спину прикрой.

Висельник открыл слуховое окно и проскользнул внутрь. В руках у него был нож, автомат был за спиной. Через несколько минут Василь пролез следом, без пижонства держа темноту под прицелом. Он перевел «Стечкин» на стрельбу очередью. Законник включил фонарик, осветив чердак, заставленный хламом. Внизу послышались звуки борьбы, и Василь бросился вниз. Когда он спустился, четыре наркоторговца стояли у стены, заложив руку за голову.