Академия магоубийц (СИ) - "Ascold Flow" - Страница 75

Куратор подтвердил мои размышления, заставляя сосредоточиться на старом знакомом. Корень я убрал обратно и посмотрел уже более серьёзно на амулет диверсанта.

Покрытый сотнями символов и рун, выполненный из комбинации металлов и драгоценных камней, он впечатлял сложностью работы.

*Визуальный анализ завершён. Амулет магов-убийц племени Сиарх. Расшифровка гравировки и рун:

1) Один из двенадцати;

2) Незрячий;

3) Облегчение;

4) Привязка крови;

5) Защитные заклинания предка Сиархов «цепи палача»

Магический анализ: Насыщение объекта маной — 968/1760. Насыщение маной защитных контуров — 181/264.

Рекомендация: разрядите защитные контуры на другом живом объекте либо следуйте инструкции по взлому артефактных контуров. *

Я посмотрел на возможных «живых объектов для разрядки защитного контура» и понял, что этот вариант бесполезен. Ну, поваляются они сутки валенком — что толку? Только внимание привлекать. Что там со взломом контуров?

*Шаг первый: для взлома активируйте ману, прошедшую через ядро воздуха и получившую соответствующий атрибут, либо «сырую» ману. Так как воздушного ядра у вас нет, остаётся лишь грубая работа с сырой маной.

Шаг второй: повторите линию узоров защитных контуров в реверсивном порядке. Следуйте за моими подсказками.

Шаг третий: замкните контур и направьте его на один из двух источников и сосудов для хранения маны. Будьте осторожны в вашем выборе, мне не удалось установить нужный драгоценный камень, отвечающий за контур.

Шаг четвёртый — опустошите артефакт и извлеките из него фрагмент кости, являющийся идентификаторов кровного родства применяющего артефакт. Обратите внимание — в случае неполного опустошения артефакта с высокой долей вероятности активируются руны самоуничтожения и артефакт взорвётся.

Шаг пятый — Наложите на него рунную вязь «привязки» и поделитесь каплей крови. Артефакт не будет наследуемым в таком случае и не сохранит свою привязку к вашим последующим поколениям, но использовать его сможете лишь вы. Конечно, если только кто-то другой не взломает ваш артефакт.

Шаг шестой — Напитайте и активируйте руны защитного контура согласно моей инструкции. Этот этап, как и второй, является одним из наиболее сложных в искусстве взлома артефактов. Линии защитных узоров сложны и непрерывны, имеют сложную структуру и глубину залегания в артефакт. По моим прогнозам, лишь одни из сильнейших магов с идеальным контролем маны способны достичь необходимого уровня для работы с подобного рода артефактами.

Надеюсь, Пользователь ценит помощь Куратора и не забудет исполнить выданные им задачи*

Последние слова ИИ были какой-то торговлей. Я подтвердил, что согласен исполнить эти задачи, как только такая возможность появится.

Началась долгая и кропотливая работа, в ходе которой я лишился половины запасов маны. Но сработала моя чудесная особенность, и после направления замкнутого контура к более мутному камню высвободилась мана, питавшая защитный контур. Большую её часть я успел не только почувствовать, но и словить, втягивая в себя, словно пылесос, возвращая родные запасы до предельных значений.

Далее потребовалось опустошить артефакт, для чего мне пришлось повозиться с рисованием печатей, имитирующих активацию заклинания и блокирующий полное его применение, так как в этом случае пришлось бы подтверждать родство, которого у меня не было. Получается, если говорить анналогиями, мы с Куратором создали прокол в надутой шине и долго ждали, когда же вся мана выйдет из артефакта. Провозились до глубокой ночи, прежде чем приступить к следующей части нашего плана.

Оливия отправилась спать, и лишь нервничающий Гхугхи то и дело проходил мимо, заглядывая и отчитываясь. Несколько патрулей прошли мимо каменной клетки, и я спокойной сымитировал сон, в то время как щуплый Гхугхи ускользал от них по каменным ступеням, после чего вновь возвращался и продолжал нести свою вахту.

К пяти утра я наконец-то перешёл к последнему этапу. Вымотанный донельзя. И довольный донельзя. Мы сделали это!

Повесив на грудь уже перепривязанный артефакт, я закачал в него два десятка единиц маны и с удовлетворением посмотрел на то, как включается его защита и он исчезает на глазах удивлённого раба.

— Отлично, Гхугхи. Дальше действуем согласно плану. Просто живём, трудимся, не умираем. Я тренируюсь и, если что-то будет мне требоваться, я к тебе обращаюсь. Как только моя сила вырастет до нужного уровня, я тут же дам тебе знать и займусь твоим источником. У меня хромает контроль маны, и если поспешить — вместо лечения можно получить окончательное разрушение. Сам знаешь, к каким последствиям это приведёт. Поэтому — набирайся терпения и трудись. — напутствовал я его и поднялся, разминая затёкшее тело.

Как учил меня Рюдигер: «Устать может каждый. Не каждый сможет продолжить после этого работать с полной самоотдачей, чтобы не сдохнуть в конце». А значит — вон из сердца слабость и желание прилечь на эти притягательные вонючие тряпки, не знавшие стирки уже слишком долгое время.

Зарядка, растяжка, разминка. Спрятать ключ, провести по организму живительной, целебной маной через ядро жизни, дополнительно его стимулируя. Ух! Огонь просто, даже лучше, чем кофе.

В источнике на дне плещется полтора десятка единиц маны. Все загнал в амулет, после чего надел ошейник и вышел из камеры. Спрятал ключ и с двумя пустыми вёдрами двинулся набрать свежей воды. До побудки десять минут осталось, как раз избегу толкотни среди работяг.

*БАМ* *БАМ*

— ПОДЪЁМ, ЛЕНТЯИ! СОЛНЦЕ ВСТАНЕТ ЧЕРЕЗ ЧАС! ПОРА ЗА РАБОТУ! — проорался на своём шайтранском стражник, совершая утреннюю побудку.

Кроме нас, в этом крыле для пленников никого не было. Да и нашу камеру почти не закрывали. Оставляли эту миссию Гхугхи, ведь его сам Великий Эрн назначил. С обрубленного, если что, и спросят. Ну а в целом мне нравилась складывающаяся обстановка, где переводчицу за угрозу не считали, а на мне был ошейник. Да и дохлый я был, под стать Оливии.

Мы собрались и двинулись к будущему дому птархов. Практически всё здание было уже построено и готово, вопрос был лишь с «яслями», в которых планировалось заниматься выращиванием молодняка для местной гвардии. Именно в нём мы убирали последствия ремонта, а сегодня должны были вымыть всё и заносить подстилку, грелки, светильники и прочее. Главный мастер-строитель зиккурата после обеда планировал заглянуть и всё это дело настроить, доводя здание до полной готовности к приезду Эрна.

Вымерзли мы — хуже чертей вне ада. Холод и вода сделали своё грязное дело, и уже к обеду Оливия кашляла, а я ходил с соплями. Действия моей магии для своего тела я ограничил, надеясь, что нас отправят отдыхать. Не прокатило. А вот отправить грузить дрова и прогревать зиккурат к приезду войск — отправили. Пускай Эрн и многие его ученики были и сами магами льда, они, как шайтраны, любили сухие места. А канадский климат даровал, помимо мороза, ещё и высокую влажность. Так что приходилось прогревать и высушивать здания, а после открывать настежь окна, даруя прохладу его каменным стенам.

Это доканало нас ещё больше. Особенно Оливию. Она еле стояла на ногах к торжественному вечернему построению. На территорию крепости шайтранов через врата сперва въехала вереница всадников на ящерах. Следом за ними пошли, к моему удивлению, пленники. Люди. Как же много их было. Потрёпанные, окровавленные, полуживые и замёрзшие. Дальше последовала ближайшая свита, тяжеловооружённая гвардия и лично Великий, Леденящий душу Эрн. Замыкалась процессия сотнями легковооружённых солдат с крепкими стальными щитами, и группой разведчиков.

— О, ещё людишек привели. Человек пятьдесят. Надеюсь, нам разрешат устроить пир теперь. — кровожадно произнёс один из стражников.

— Тебе лишь бы пожрать. Помалкивай, Великий без тебя разберётся, что ему делать со своей добычей. — ответил ему сосед и выпрямился, стоило одному из командиров, идущих торжественным маршем солдат, посмотреть на шепчущуюся парочку.