Тот самый сантехник. Трилогия (СИ) - Фарг Вадим - Страница 99

— Да встречу, конечно, — ответил Боря, подлокотник удобного кресла поглаживая. — А куда вести? К тебе?

— Ну конечно ко мне. Это же её квартира! Хотя в детской и так отец ночует. Короче, не маленькие, разберутся, — ответила сестра и хотела ещё много чего рассказать, но тут раздался детский плач. — Ой, всё, мне пора.

Связь отключилась. Боря тупо посмотрел перед собой. Ну да, квартира то матери. Более того, она по-прежнему наполовину и отцу принадлежит. Статус «кво» застыл на уровне пятилетней давности, когда семья Глобальных горя не знала. Или хотя бы делала вид, что всё как у людей.

Он как сейчас помнил своё пятнадцатилетие, торт домашний, пятнадцать свечек и сестру, мать, отца за одним столом, он дует на свечи, как будто всё ещё маленький. А вокруг какие-то гости, соседи. Ребята давно во дворе ждут. И это был последний год беззаботного детства и собственно, ощущение семьи. А дальше треш пошёл — «взрослая жизнь», иначе. Аж ухо заболело от воспоминаний.

Боря моргнул и вдруг понял, что смотрит на надпись на воротах гаража вдалеке «Антон-гондон». Гаражный кооператив в пятистах метрах, за детской площадкой. Из тех времён постройки, когда можно было выкупить любую муниципальную землю у города по блату, по знакомству или за фразу «ты меня уважаешь?» с последующей перестрелкой.

Но помимо надписи, была нарисована рожа с короткой причёской. Малолетний художник ограничился бы надписью, но какой-то зрелый придурок пытался изобразить бывшего начальника со всеми подробностями: короткая причёска, пиджачок, туфли. Уровень владения баллончика с краской на стадии «человечек-огуречек», однако, много деталей, которые ребёнку не выдумать.

Боря не поленился подъехать к гаражу. Вышел из автомобиля и рассмотрел двери поближе. А там надписей нацарапано столько, словно все соседи с округи Антона не любили. Одни сделаны ключом, другие мелом, третьи краской. И всё это при том, что на соседних воротах лишь цифры номеров гаражей. Довольно свежие.

Глобальный, подаваясь интуиции, связку ключей в руках перебрал, прикинул, и ключ, наиболее подходящий по форме под замочную скважину, достал. Оглянулся. Никого. Конечно, на него смотрят с дома, но если вести себя уверенно, то внимания не привлечёт. Да и джип перегородил немало обзора. А к нему на районе наверняка привыкли.

Боря сунул длинный мощный ключ с насечками на конце и замок скрипнул. Лючок подался и отворился.

— А вот это уже интересно, — протянул Боря, но лючок обратно закрыл и полностью открывать гараж не стал.

Это нужно лезть рукой внутрь, отодвигать затворы, которые снаружи не видно, время тратить. Потом закрывать всё обратно. А если кто подойдёт и спросит — нет ответов. Как ни крути — проникновение уже получается. А ему маму встречать.

«Последнее дело — маму расстраивать», — посочувствовал внутренний голос: можно и позже заняться гаражным вопросом. Да и Антон всегда может позвонить, снова что-нибудь попросить, а там на кон гараж поставит или жену заложит. С него станется. Толкнул супругу на путь самоспасения, а она и рада открыться… миру. Так что давай это, не торопись».

С этими мыслями Боря лючок обратно закрыл и в салон вернулся. Другая пришла мысль. Разглядывая паспортные данные на первом листике договора купли-продажи, Боря прикинул, что такой же можно сделать, повторив на би, и на себя гараж переоформить.

«Так, ты куда разогнался то?», — тут же заявил внутренний голос: «Это уже мошенничество получается. Ты на Янке женись, а там уже и владей чем хочешь… помимо Янки».

Боря подбородок почесал. Разумно говорит, гад. Но потенциальная жена пёзды всем в интернете за денежку показывает, это не дело. С другой стороны, если гараж рядом с Яной, это даже удобно. Поставил джип ночевать, а сам в квартиру к жене под бочок и давай её уму-разуму учить, да отчитывать.

«Ночь твоя получается, а днём пусть работает», — прикинул внутренний голос, но тут же засомневался: «Или веб-модели и ночью трудятся?»

Много вопросов. А Боря один. Но ещё больше работы. В мыслях о ней, Глобальный поехал к Кобе замеры делать.

Летняя резина на внедорожнике всё же не одно и то же, что узкая резина на микроавтобусе. Широкие большие колёса отлично держали дорогу, так и подмывая притопить педальку. Но Боря ещё помнил полёт баллона по обратной параболе и держался.

Как оказалось, ничто не способно успокоить старого еврея так же верно, как чётко составленная смета с примерными расходами на листике.

В процессе торгов, принятия, депрессии, новых торгов и согласия, минуя стадию гнева, Моисей Лазаревич со сметой сверялся, вздыхал. Затем в окно на автомобиль блестящий смотрел и снова вздыхал.

— Всё никак не пойму, Борис. Если цены столь малы, как указаны, то откуда у вас джип?

— А, так как карму начал исправлять, оно и посыпалось, — полушутя, полусерьёзно ответил Глобальный, так как в цивилизованном мире не принято спрашивать откуда и сколько, если ты не под следствием.

— Что посыпалось, простите? — переспросил Коба.

— Благодать, — буркнул Боря, не меняя спокойного выражения лица. Только перед глазами то рыжая дама танцевала, то дева с косой приплясывала, а иногда и в халатике на фоне гаража одна мелькала.

— Вы-таки ломаете моё представление о сути вещей, а я его без малого шестьдесят лет настраивал, холил и лелеял. Джипы на грядках не растут.

— Карма, Моисей Лазаревич, — напомнил Боря.

— Вы-таки верите в эти глупости?

— Не верил, честно признаюсь, но уже сутки как работает, — прикинул Глобальный, надписал прежнюю цифру над зачеркнутой клиентом и листик снова обратно протянул. — Так что, без изменений.

— Ну… хорошо, — наконец сдался Коба.

— За материалом со мной поедете?

— Или? — тут же предложил Моисей Лазаревич.

— В любом случае, работы начнутся только завтра, — обозначил Боря. — Но так уж и быть, покатаю.

Коба нахмурился, листик взял и ещё долго сверялся с цифрами, перепроверяя по сайтам. А Боря в это время через госуслуги подал заявку на оформление автомобиля, переустановил приложение банка, оплатил госпошлину, и судя по долгому пройденному пути верификации, подтверждения и электронным чекам, всё так и было, сколько бы Коба не уверял себя в обратном.

Тяжело вздохнув, рано лысеющему клиенту ничего не оставалось делать, как выдать Глобальному кровно-заработанные.

— Смотрите сюда, Борис. С одной стороны, видеокарта сама себя не заработает. Вот вам Звезда Давида в свидетели, — и Коба показал на часы на стене в форме шестиугольника. — Я, конечно, ценю ваш подход, но бонус получите только по завершению работы. С другой стороны, если что себе придумали посторонее, то я уже сфотографировал ваш номер автомобиля и почти намерен попросить паспорт. Ровно так же, как Сарочка просит ваш номерок каждый вечер, когда я ухожу от супружеского долга к телевизору. Признаться, ей и самой давно не надо. Но из чувства вредности, всё просит и просит.

— Мося, не выдумывай себе лишнего, — тут же донеслось из другой комнаты. — Номер Бориса я давно переписала из твоего телефона. И если будешь вредничать, я знаю кому позвонить и-таки снова попробовать!

— Моя ж ты умница, — пробубнил Моисей Лазаревич шёпотом.

— Могу и паспорт показать, — потянулся за документами Боря, но был остановлен властной рукой.

— Ой, вэй, Борис. Вы-таки режете меня без ножа. Верю, верю. Уберите документы, всё давно решено, — и тут он снова понизил голос. — Но сделайте мне последнее одолжение. Даже не думайте делать соседям ту же скидку, что и мне. Я всё-таки много лет их знаю. Таких сволочей ещё поискать. Что там можно сверлить каждую весну? А сосед снизу вообще удивил больше, чем способен. От потопа отклеилась одна обоина, а ведёт себя так, словно я пролил на них целый бассейн и уничтожил французский потолок, японскую технику, немецкую мебель и итальянскую плитку разом. А была ли та плитка, Боренька? Это — большой вопрос. Но банку сказали, что была. А следующая страховка теперь по приемлемой цене достанется лишь мои внукам.