Камни последней стены - Абдуллаев Чингиз Акифович - Страница 63

– Странно, – сказала она. – Значит, он все эти годы помнил про дискеты. Значит, он был внутренне готов к предательству еще тогда, десять лет назад.

– Конечно, – ответил Дронго, – ведь они все просчитали. И так ошиблись. Я думаю, что Хеелих, именно он, выстрелил в своего заместителя...

Прошлое.

Ночь с 9 на 10 ноября 1989 года

Хеелих посмотрел на Менарта, который начал менять колесо. Они остановились минуту назад у станции, так как Менарт категорически заявил, что нужно сменить колесо. Все вышли из автомобилей. Некоторые достали сигареты. Габриэлла улыбалась Шилковскому, ни для кого не было секретом, что они испытывали симпатию друг к другу. Гайслер стоял в стороне и курил. Бутцман помогал Менарту. Полковник взглянул на часы. Сегодняшняя ночь войдет в историю. Стену уже прорвали, и человеческое море остановить будет невозможно.

Нужно было подумать о судьбе оставшихся в архиве Нигбура и Вайса. Полковник посмотрел на сотрудников и крикнул Бутцману, чтобы тот садился в его машину.

– Приедете за нами, – обратился он к Шилковскому.

– Подожди! – неожиданно крикнул Шилковский, обращаясь к Бутцману, и подошел к Хеелиху.

– Извини, – сказал он, – я вижу, что ты торопишься. Может, поедем короткой дорогой через парк? Я должен заехать к кузине, отдать ей лекарство. Ты ее знаешь. Это Эмма. Ей уже под пятьдесят, и она живет одна.

– Заедем, – согласился Хеелих. – Пока они меняют колесо, отдадим лекарство твоей кузине и поедем за ребятами.

Они сели в автомобиль. Хеелих – за руль. Шилковский сел рядом. До дома кузины Эммы они доехали без происшествий. Шилковский поднялся в дом и вышел буквально через минуту. Хеелих удовлетворенно кивнул. Его заместитель всегда отличался пунктуальностью и дисциплинированностью.

– Ты говорил, что нужно сделать копии и стать богатыми людьми, – напомнил полковник. – Неужели ты бы мог так поступить? По-моему, для нас это невозможно.

– Да, – сквозь зубы согласился Шилковский, – конечно, невозможно.

Они поехали дальше. Когда автомобиль въехал в парк, Шилковский неожиданно попросил остановить машину. Это было на него не похоже. Хеелих взглянул на своего заместителя, но ничего не сказал. Он мягко остановил машину. Может быть, Шилковский хотел пойти в кусты и стеснялся сказать... Он не успел закончить свою мысль. Из-за кустов появился человек. Хеелих обернулся, и незнакомец дал по машине длинную очередь из автомата. Сразу несколько пуль попало в полковника, и он медленно сполз с сидения.

– Готов, – громко сказал Шилковский, обращаясь к Дамме.

Тот усмехнулся.

– Нужно выстрелить в бензобак, – напомнил он.

– Стреляй, – согласился Шилковский. – Хеелих был идеалистом, он бы не согласился работать с нами ни при каких обстоятельствах. И уговорить его было бы невозможно.

Дамме поднял автомат, чтобы выстрелить еще раз в пробитый бензобак. Шилковский, улыбаясь, подошел ближе, повернулся спиной к машине и сделал отмашку Дамме. Именно в этот момент поднявший голову Хеелих из последних сил сумел протянуть руку и выстрелить в спину своему заместителю. Тот почувствовал страшный удар по позвоночнику. Второй удар был легче, пуля попала в плечо.

– Как глупо! – успел подумать Шилковский, перед тем как упасть на землю. Хеелих уже не реагировал на внешние раздражители.

Шилковский упал на землю. Машина вспыхнула.

– Вот и все, – подумал Шилковский. В этот момент к нему подскочил Дамме и начал трясти, пытаясь его поднять. Но с ужасом обнаружил две большие раны в спине Шилковского. Дамме был достаточно опытным человеком, чтобы понять – подобные травмы несовместимы с жизнью. Он положил тяжелораненого на землю и обшарил карманы. Дискет в них не было. Тех самых дискет, из-за которых Дамме убил Хеелиха. Машина горела так ярко, что привлекла внимание случайных прохожих.

Именно в этот момент в парк въехал автобус с советскими солдатами. Дамме понял, что нужно уходить. Бросив последний взгляд на умирающего напарника, он поспешил спрятаться в кустах. От выстрела его удержало появление советских солдат. Дамме понял, что звук выстрела разнесется достаточно далеко. Он бросил последний взгляд на своего товарища, так и не сумевшего ничего добиться в новой жизни, и поспешил отступить. Ему не дано было узнать, что еще минут через двадцать сюда подъедут остальные члены группы Хеелиха, которые будут потрясены смертью полковника и его заместителя.

Берлин.

9 ноября 1999 года

В этот день вся Германия отмечала десятую годовщину падения Стены. Все гостиницы были переполнены. У Бранденбургских ворот появилась большая концертная площадка. Маэстро Ростропович давал большой концерт с присущим ему вдохновением. На трибуне показались «герои» объединения Германии – лидеры трех государств – Горбачев, Буш и Коль. Даже канцлер Шредер, политический противник Коля на выборах, сказал несколько теплых слов в адрес бывшего федерального канцлера. Толпа взорвалась аплодисментами.

Вокруг Бранденбургских ворот стояли многочисленные фургоны и палатки, где продавались жареные сосиски, колбаски, сардельки. Запах жареного смешивался с запахом пива, которое выдавалось в изобилии молодым людям, дружно скандирующим приветствия.

Торжества начались еще днем, но Дронго и Лариса успели выйти из отеля до того, как у бывшей Стены начался концерт. На Курфюрстендам, рядом с зоопарком, их ждали две машины. В одной из них сидел сам Осипов. Увидев Дронго, он недовольно кивнул ему.

– Не понимаю, чего вы добиваетесь, – сказал Осипов. – Ведь ясно, что все сорвалось. Никто не мог даже предположить такого. Мне очень интересно знать, каким образом Шилковский все это придумал и как вы вышли на него.

– Думаю, что сегодня вечером вы сами будете иметь возможность поговорить с ним, – усмехнулся Дронго. – Сейчас давайте поедем в объезд, через центр города нам не пробиться. Нужно срочно навестить кузину вашего беглеца. Она старая дева, но я думаю, что это единственное обстоятельство, которое не должно нас волновать.

– Поехали, – разрешил Осипов, обращаясь к водителю.

Оба автомобиля тронулись одновременно. До нужного им района они добирались больше получаса, так как прилегающие к центру улицы были забиты транспортом. По пути Дронго остановил машину и купил два новых лазерных диска с песнями Элтона Джона.

– Зачем вам эти диски? – не понял Осипов.

– Понадобятся, – односложно ответил Дронго.

Осипов все время хмурился, он не понимал, почему позволяет этому человеку руководить его офицерами. Но этот тип привез их в тот самый район, где десять лет назад погиб полковник Хеелих. Осипов помнил название этого парка и озера, где случилась трагедия. Поэтому он не стал мешать Дронго искать нужный дом. Наконец они его нашли и вместе с Ларисой Дронго прошел к дому. Дверь им открыла пожилая женщина с добрым уставшим лицом.

– Извините, фрау Шилковская, – сказала Лариса. – Ваш кузен предупреждал вас о нашем приезде?

– Нет, – ответила женщина.

– Он сказал нам, что будет ждать у вашего дома, – пояснила Лариса, – но, наверно, мы ошиблись.

– Войдите, – пригласила женщина. – Вы можете подождать его у меня в доме.

– Спасибо, – кивнула Лариса, взглянув на Дронго. Он дал ей самые строгие указания, как вести беседу.

– Мы хотели бы выдать вам новые лазерные диски, – достала два диска Лариса, – это взамен старых, которые оставил вам Альберт.

– Конечно, – кивнула женщина, – у меня они хранятся уже столько лет. Он сказал, что они очень важны для него. Но он предупреждал, чтобы я никому их не давала и никому не говорила про них. Откуда вы знаете, что они у меня?

– Нам сказал сам Альберт, – пояснила Лариса. – Мы приехали, чтобы помочь ему. Он уже в Берлине и скоро навестит вас, фрау Шилковская.

– Очень хорошо, – обрадовалась женщина, – я так давно его не видела. А когда он позвонил мне вчера, я даже не поверила. Он так редко звонил в последние годы. Но я обязательно отдам ему эти диски. Они ему наверняка пригодятся.