Я тебя забираю (СИ) - Морриган Лана - Страница 15

— Кожаный переплет…

— Теперь понимаю почему твое обучение стоит таких денег.

Девушка немного нервно рассмеялась и спрыгнула со стула:

— Я пошутила. Обычная книга. Вот такой толщины, — сложила указательный и средний палец вместе, — синяя с белой надписью. Немного потрепанная.

— Вот эта, — женщина указывала на письменный стол.

— Ой, точно, — воскликнула волчица. — Спасибо, мамуль, — схватила предусмотрительно принесенный с собой учебник. — Ну мне пора, я уже опаздываю, — поцеловала в щеку и вылетела стрелой, слыша за спиной насмешливое:

— Впрочем, как обычно.

— Точно, мам. Вся в отца, я помню, — привычно отшутилась, ставя мысленно галочку напротив пункта “Гостиная родителей”.

За три дня ей удалось ненавязчиво осмотреть практически все помещения, где есть книжные полки: общую гостиную, спальню родителей и любимого дедули, домик в саду, остался лишь кабинет Альфы, но он, практически никогда, не бывал пуст. Да и причину, по которой Ксения бы посетила его без хозяина, никак не приходила ей в голову.

— Я не буду завтракать, — пробежала мимо столовой, приветственно помахав ладонью.

Во время дороги до университета она пришла к выводу, что не стоит ломать голову, и нужно лишь воспользоваться подвернувшимся моментом. При таком количестве оборотней, проживающих в особняке, ей не удастся остаться одной, но есть вероятность, что старшие покинут территорию по делам стаи…

— … или отправятся на прогулку! — озвучила мысль вслух.

Поперечная морщинка, залегшая на лбу волчицы разгладилась.

Сегодня же ночью, она дождется момента, когда оборотни уйдут на пробежку и…

— А если книги не будет и там?.. — от волнения почесала кончик носа.

“Я найду другой способ узнать то, что скрывает от меня отец, — успокоила себя. — Вновь обращусь к Александру или… — волчицу обдало жаром от смелой мысли: — Или вернусь в клуб”.

Тонкие каблучки звонко отбивали торопливый ритм по каменному полу опустевшего коридора университета:

— Прошу прощения за опоздание.

Ксюша дошла до середины аудитории, когда знакомый голос вернул ее в реальность.

— А я не разрешал вам войти.

Присев на край преподавательского стола, тот, кем ее мысли были заняты последние дни, склонив голову на бок, пронзал недовольным взглядом.

— Вот черт! — сорвалось с девичьих губ.

Балаам проигнорировал фразу:

— Это в правиле вещей врываться в аудиторию спустя десять минут от начала занятий? — обратился к остальным студентам, подозрительно притихшим на своих местах.

— Нет, — за всех ответил староста потока.

— Я так и думал, — ухмыльнулся демон. — Ну, — он оттолкнулся бедром от столешницы и подошел практически вплотную, — что скажите?

— Извините? — волчица ответила не своим голосом, инстинктивно отступая.

— Не верно, — демон сделал шаг навстречу.

— Я могу войти?

Неестественная, слишком яркая на фоне темных ресниц, синева глаз затягивала. Манила. Но Ксюша помнила, что в одно мгновение притягательный мужской взгляд может наполниться пугающей алой лавой.

— Конечно, — Балаам указал на пустующее место рядом с Валей.

— Спасибо, — поблагодарила, направляясь к ступеням.

Борясь с желанием обернуться, волчица поднималась, ощущая каждой клеточкой своего тела чужой взгляд. Горячая волна воздуха обдала тонкие лодыжки и заскользила вверх. Прокатилась по внутренней стороне и проникла под одежду, обвивая бедра и талию, заставляя гибкое тело дрожать от смеси негодования и смущения.

— Прекрати… те! — вырвался звонкий возглас.

— Ксю, ты чего? — Валя пересела, сдвигаясь к окну.

— Назойливая муха, — активно замахала ладонью, присаживаясь.

— А мне показалось, что ты это новому преподу-красавчику крикнула? Он следил за каждым твоим шагом и недвусмысленно пялился на твою задницу, — склонилась к плечу, шепча на ухо подруге.

— Мне не интересно, — оборвала.

— Нет, я серьезно… — возмутилась Валя.

— Девушки, обсуждайте, не стесняйтесь, — демон занял прежнее место, — я с удовольствием подожду, как и остальные сто пятьдесят человек, — взмахнул кистью руки по широкой дуге.

“Красивой кистью, — заметила Ксюша. — Идеальной. С длинными пальцами и пропорциональной ладонью. Не широкой, как лопата, и не узкой, словно женская”.

— Так о чем я говорил?..

После продолжительного молчания в полной тишине женский голос полный восхищения напомнил:

— О тестах.

— Верно, большое спасибо, — Балаам благодарно улыбнулся.

Волчица выглянула, посмотреть на владелицу томного голоса.

— Не переживайте, Рокотова, я и вас похвалю.

Ксюша едва сдержала себя, чтобы не фыркнуть в ответ:

— Спасибо, — ответила безразлично.

— Вот это страсти, — прошептала Валя и легонько толкнула подругу коленом. — Откуда он знает твою фамилию?!

Но она наблюдала за неспешными движениями нового преподавателя. Тот взял стопку с тестами и пошел вдоль рядов, называя фамилии и вручая студентам работы, с пояснениями ошибок.

— Ксю.

Ей казалось, что Балаам намеренно задержался у стола смелой девицы, и улыбался ей обаятельней и шире, а и без того приятный мужской голос пронизали бархатистые нотки.

— Эй, — Валя ощутимо ущипнула, — ты его знаешь?

— Нет, — фыркнула, черкая на последнем листе тетради: “Не говори лишнего, он может услышать!”.

— Не придумывай, — отмахнулась подруга.

Ксюша досадливо поморщилась и отвернулась к окну.

— Рокотова, — раздалось совсем рядом, заставляя девушку вздрогнуть всем телом, ошарашенно поворачиваясь на чарующий баритон. — О чем мечтали? — заложив руки за спину, Балаам возвышался в паре шагов от нее.

«Шикарный», — это первое, что мелькнула в голове девушки. Притягательный во всем. В красивом мужском лице с резкими чертами; в плавных выверенных движениях, без сомнения, сильного тела; в идеально подобранном костюме; в непринужденной и одновременно демонстрирующей свое превосходство манере держаться — невероятно привлекательный и невероятно опасный.

Ей пришлось запрокинуть голову, чтобы взглянуть демону в лицо. Под внимательным, даже испытывающим взглядом, Ксения покрывалась неуместным румянцем. А еще она была уверенна, что Балаам слышит ее неровное дыхание и сбесившееся сердцебиение, будто она пробежала ни один десяток километров и ей жизненно необходимо сделать полноценный вздох.

— Жарко? — он доверчиво поинтересовался и протянул листы. — Поздравляю с отличной работой. О, — обернулся, успев спуститься до третьего ряда, — после занятий вас, Рокотова, ожидает декан.

— Все пропало! — Валя панически озиралась, готовая в любой момент сорваться с места и бежать. — Нас отчислят, — она приложила ладонь к груди. — Не зря красавчик задержался у нашей парты, — схватилась за горло часто-часто дыша. — Они все знают…

— Тише! Все будет хорошо, — Ксюша успокаивала. — Вызывают только меня. Только меня, — повторила, заставив подругу развернуться. — И тебя не было в аудитории — обвинить не в чем.

Валя замолчала, проморгалась:

— Верно. Но, что тогда будет с тобой?..

— Вот этого я не знаю, — тихо ответила юная волчица, искоса глядя вниз прислушиваясь к каждому шагу и слову демона.

Принц Преисподней действительно вел занятие и выходило у него информативней и занимательней, чем у Пучкова. Или все дело было в голосе демона и его адской привлекательности.

Женская половина потока не скрывала восхищения, чуть ли не с открытыми ртами смотрела во все глаза. Мужская же — поглядывала исподлобья, исправно записывая все сказанное в тетради, но находились и те, кто игнорировал присутствие нового преподавателя. К ним присоединилась и Ксюша. Она продолжала разглядывать происходящее на улице. По крайне мере так это выглядело со стороны.

Внутри же волчицы велась настоящая борьба. Вот ей выдалась возможность узнать больше о демонах из уст самого демона, и она была уверенна, что Балаам не откажет в небольшой беседе, уж слишком свежи воспоминания об их жарком поцелуе. Первом в жизни волчицы поцелуе! О полете в объятиях демона. О его сверхъестественном взгляде налитым лавой и пламенем Преисподней. В который хочется смотреть вечно, наблюдая за переливами алого с прожилками желтого и оранжевого и вкраплениями золота. О волнах желания, что расползались по телу от мест их соприкосновения. О легком тумане в голове… да от всего, что связанно с принцем Преисподней. Но Ксюша изображала горделивое безразличие, не признаваясь себе, что ей неприятные короткие, ничего не значащие диалоги Балаама с другими студентками.