Дочь вне миров (ЛП) - Бродбент Карисса - Страница 40

Я даже не слышала его горького сарказма. Я чуть не выронила бумагу из рук.

— Верховный Комендант? — пискнула я.

Макс моргнул, глядя на меня.

— Что?

— Зерит — Верховный Комендант?

— Ты не знала?

— Откуда мне было знать?

— Откуда мне знать.

— Знать что?

— Я исправлял твой Аран. — Макс вскинул голову. — Ты действительно не знала?

Я снова посмотрела на письмо, нахмурив брови. Я никогда бы не подумала, что человек, с которым я провела так много времени, может быть самым высокопоставленным членом одной из самых влиятельных организаций в мире.

— Он никогда не говорил.

— Я в шоке. Я думал, он начнет таять, если проживет больше часа, не упомянув об этом.

Я сделала паузу, молчала, перебирая эту новую информацию в своей голове.

С одной стороны: это было хорошо. Просто быть известной по имени Верховному Коменданту должно было быть хорошо. Нет вопросов.

С другой…

Я почувствовала, как что-то горькое и кислое просочилось в мой желудок. Я и раньше отмахивалась от гнева Макса в свою пользу, но теперь, подумать только, что чертов Верховный Комендант подружился со мной в рабстве, а потом бросил меня там…

Я стиснула зубы, позволяя напряжению челюсти отсечь остальную часть этой мысли. И я положила бумагу на стол, аккуратно сложенную.

— Это ничего не меняет, — коротко сказала я. — Мы опаздываем на тренировку.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

Я сидела в саду, скрестив ноги, и смотрела, как Макс волочит палкой круг по грязи. Затем он акцентировал свой рисунок тремя линиями, проходящими через центр под разными углами.

Я сдержала улыбку предвкушения.

Прошла неделя деликатной, пробной нормальности, и примерно столько же времени понадобилось нам с Максом, чтобы медленно вернуться к своим собственным мыслям. Когда мы добрались туда, мы как будто оба посмотрели на календарь и с удивлением осознали, что до моих тестов осталось всего два месяца. Учитывая все обстоятельства, это было не так уж и много времени. Вот почему я был в восторге от того, что Макс наконец-то решил заняться…

— Стратаграммы, — объявил Макс.

Он уронил палку, протянул руку, и в его ладони появились лепестки разных цветов, словно прикованные к коже магнитной силой.

Моя улыбка исчезла. Я посмотрела на него, не впечатленная.

— Только это?

— Только это. Пожалуйста. — Он растопырил пальцы, перебирая лепестки цветов. Был один лепесток лилии. Одна гортензия. Одна фиалка. И больше и больше, никогда больше, чем кусочек любого данного цветка. — То, что я только что сделал, — сказал он, — это дал инструкции. Я хочу по одному лепестку каждого цветка в этом саду. Это требует, чтобы магия действовала одновременно во множестве разных направлений, и она требует, чтобы она думала.

— Думала?

— Мне нужно сказать ей, что я хочу один из каждого отдельного вида цветов, и она должна признать это. Это может показаться простым, и во многом так оно и есть. Но для того, чтобы попасть во множество разных мест одновременно, требуется магия. Контролировать это проще со стратаграммами, хотя они и не нужны. Вот почему большинству Владельцев необходимо использовать их, например, для путешествий. Им нужно сказать магии, где их взять, где оставить и как их туда доставить. Сложно делать мысленно в одиночку.

Он полез в карман и достал небольшую стопку бумаги. Затем в другой карман, открыв бутылку с жидкостью, которую я выбрала у Виа.

— Это чернила, — сказала я, осознав.

— В некотором смысле. Чернила с чем-то дополнительным. — Его глаза сверкнули, и у меня сложилось впечатление, что я вот-вот окажусь не на той стороне шутки. — Теперь я хочу, чтобы ты сделала то, что я только что сделал. Лепесток каждого цветка. Поскольку ты находишь это таким невпечатляющим, тебе должно быть легко.

Я открыла чернильницу, и Макс протянул мне ручку. Я посмотрела на круг Макса, начерченный грязью на земле. Потом пошла рисовать то же самое –

— И взвизгнул, откатываясь назад. Как только я прикоснулась ручкой к бумаге, по моей руке пробежал удар, выпустив облако искр и дыма и ударив меня по лицу с силой, к которой я была совершенно не готова. К тому времени, как я снова сориентировалась, первым, что я услышала, был смех Макса.

Я сердито посмотрел на него.

— Спасибо, — саркастически фыркнула я.

— Всегда пожалуйста. — Макс взял себя в руки, хотя смех еще долго оставался в его глазах после того, как слетел с его губ. — Справедливости ради, ты выбрала особенно свирепые. Подходит, я полагаю. На этот раз приготовься к этому.

Я снова опустилась на колени, собираясь с духом, прежде чем прикоснуться ручкой к пергаменту. Когда я была к этому готова, меня лишь слегка тряхнуло, но я быстро совладала с магией, вытекающей из кончиков моих пальцев — словно я хватала поводья непослушной лошади.

— Хорошо, — услышала я слова Макса, но я была слишком сосредоточена на том, чтобы переводить взгляд с его круга на свой из-под нахмуренных бровей. Я копировала штрих за штрихом, а затем раскрыла ладонь, готовясь к цветочным лепесткам.

…И ничего не произошло.

Я перевела взгляд на Макса, который выглядел слишком удивленным.

— Интересно, почему не работает? — он сказал. — Ну ка. Позволь мне продемонстрировать еще раз.

Он использовал палку, чтобы нарисовать еще один круг в грязи. И еще ряд строк. И так же, как и прежде, шквал цветочных лепестков устремился к его рукам.

Но моя бровь нахмурилась. Этот круг совершенно отличался от первого. В них даже не было одинакового количества линий, а расположение оставшихся было совершенно другим.

— Я не понимаю.

— Магия — такое же живое существо, как ты или я. Так что то, как ты ею управляешь, должно измениться. Эта стратаграмма — это то, как мне нужно было направить ее пять минут назад. Но это то, как мне нужно было направить тридцать секунд назад. И если бы я сделал это снова, она тоже была бы другой.

Мои губы сжались. Я нарисовала круг, затем остановилась.

— Но, — спросила я, — что означают линии? Как мне их прочитать?

— Знаешь, что я слышу, когда ты спрашиваешь меня об этом? Макс сузил на мне глаза. — Я слышу: «Макс, как мне проткнуть это головой с безжалостной и методичной грубой силой?»

— Это не то, что я имела ввиду.

Ну возможно немного.

— Ну, ты не можешь заставить их, — сказал он самодовольно. — Ты просто должна чувствовать это.

Я попробовала еще один круг, затем еще один. Ничего.

— Для Вальтейна они, как правило, более трудны, — сказал Макс после нескольких неудачных попыток. — Твоя магия просто более расплывчата, чем моя.

— Нура ими пользуется?

— Да. Я видела, как она делала с ними невероятные вещи. Несмотря на все ее недостатки, она исключительно талантливый Владелец.

При упоминании о Нуре я вспомнила свой странный разговор с ней в саду. Много раз я почти задавала Максу вопросы, которые вертелись у меня на языке. Это никогда не казалось хорошим временем, особенно когда мы оба все еще восстанавливались после нашего пребывания в Таирне. Теперь мое разочарование сделало меня смелым.

— Итак, — сказала я, рисуя еще один круг. — Нура была твоей любовницей. Да?

— Прошу прощения? — Макс издал сдавленный смешок. — Какая смена темы.

— Но это правда. Да?

Другой круг. Еще набор строк. Нет ответа.

— Да, — сказал он наконец. — Давно.

Меня не удивило, что Нура и Макс были вместе. Но я все еще не могла представить их как пару, словно они были двумя кусочками головоломки, которые не совсем подходили друг другу. С другой стороны, может быть, это было потому, что Нура все еще была для меня такой загадкой.

— Ты выглядишь совсем другим, — сказала я.

Долгая пауза. Я не сводила глаз с бумаги, повторяя круги.

— Как ни больно мне это говорить, — ответил наконец Макс, — Нура, наверное, знает меня лучше, чем любой другой живой человек. Я знаю ее с тех пор, как мы были детьми. Но когда мы были вместе, мы были очень разными людьми и гораздо более… совпадали.