Цветочек. История о заигравшемся лицедее. Том 1 (СИ) - Гичко Екатерина - Страница 72

— Я вырву тебе глотку раньше, чем до нас кто-то успеет добежать, — с ноткой безумия прошипел Ссадаши в лицо задыхающемуся мужику. — Быстро отвечай. Видел её?

Не в силах даже вдохнуть, карманник судорожно закачал головой. Ссадаши позволил ему коснуться ногами полам и слегка ослабил хватку.

— Она переоделась и пошла к Шкане! — торопливо прохрипел карманник. — Вместе со своими мужиками. Я видел в окно, как один из них вместе с ней вошёл внутрь, а Шкана вокруг них пчелой кружила.

Ссадаши милостиво разжал пальцы, и кашляющий мужик рухнул на пол.

— Ах ты сухлядь, — взбешённо прошипела Инан, — посмел на моей территории угрожать…

Она занесла кулак, чтобы долбануть им по столбу — по новому столбу, — но на локте повисла возмущённо заверещавшая Ейра.

— Госпожа, не смейте ломать его! Мы так разоримся!

— Ну что вы, милая, не злитесь, мы сейчас уйдём, — подмигивание только сильнее раздраконило Инан.

— Держите госпожу! — рявкнула Ейра вышибалам. — А вы катитесь отсюда!

Вышибалы оценивающе посмотрели сперва на нагов, а потом на взбешённую хозяйку, которую останавливала только хрупкая Ейра, и решили, что от хозяйки ущерба будет больше.

— Вышвырну к Тёмным на рога! — ярилась Инан уже на ласково обнявших её вышибал. — Скляды долбанные! А ты, белобрысый труп, только посмей ещё раз сюда явиться! Я из твоей шкуры панталоны сошью и настоятельнице храма Вреи подарю.

Наги торопливо выскользнули на улицу, но их уход ничуть Инан не утешил.

— Дурни, я для чего вас наняла?

— Чтобы они берегли заведение от ущерба, — наставительно ответила за пыхтящих вышибал Ейра. — Госпожа, мы только два дня назад все опоры поменяли! У нас скоро из-за вас крыша обвалится. Ну подержал господин кого-то за горло. Нам от этого убытка никакого. Скорее уж он нас объест и обопьёт и не заплатит! — Ейра негодующе посмотрела на скрючившегося на полу карманника.

Тот поймал взгляд наездницы и, криво усмехнувшись, показал вышитый золотой нитью фиолетовый кошелёчек.

Пропажу кошелька Ссадаши обнаружил уже в заведении «У Шканы», когда хотел сразу расплатиться за дрянную выпивку. Шширар мгновенно пришёл господину на помощь, но дело это не поправило: настроение у наагалея испортилось ещё больше.

Шкана, в отличие от Инан, в посетителях ничего необычного не усмотрела и привязываться с вопросами не стала. Наги специально выбрали уже занятый столик и подсели к двум мужичкам. Судя по осоловевшим взглядам, сидели те здесь давно, но языками шевелить ещё могли.

— Чё надо? — сразу же недовольно осведомился один из пьянчуг.

Ссадаши придвинул к нему стакан и спросил:

— Женщина сюда не заходила? Видная, очень красивая, фигуристая. С чёрными кудрявыми волосами и необычными тёмными глазами.

Мужики оживились и насмешливо переглянулись.

— А ты полюбовник что ли, её? — хмыкнул один из них.

— Да, — улыбнулся Ссадаши.

— Это такая высокая с лицом высокородной госпожи? — включился в разговор второй.

— Ох и хороша же! — тоскливо вздохнул его товарищ. — Перси во, — он руками показал грудь вдвое больше, чем у Дейны, но Ссадаши простил ему это маленькое преувеличение. — Как зашла, так никто от неё глаз оторвать не мог. Грудь из платья выпрыгивает…

Бровь Ссадаши поползла вверх. Платье? Да, карманник что-то говорил про платье.

— … косы с мою руку толщиной, — мужик продемонстрировал жилистую руку, — а уж ножки!

— Ходит, как вышивает, — прицокнул языком его товарищ. — Нечего в жизни так сильно не хотел, как эти ножки. Какое-то там колено…

— Юскусство! — поднял палец вверх другой выпивоха. — Дорогая штучка!

Ссадаши заподозрил, что они говорят о разных женщинах. Нет, грудь и ножки у Дейны, конечно, были хороши, но ему как-то сложно было представить, что его строгая хранительница облачится в наряд путаны, чтобы посетить столь злачное место и позволит кому-то пялиться на свои коленки.

— А взгляд какой! О-о-о-о-о, — пьяница схватился за сердце. — Как из-под своей кудрявой чёлки глянет, так и слабость во всех суставах. А сам не понять не можешь, чего в глазах её увидал. То ли обещание удовольствия, то ли беды.

Похоже, всё-таки Дейна. Ссадаши в очередной раз ощутил досаду. Опять он недооценил хранительницу. Вот только представить её в платье не получалось.

А здешний сброд видел не только платье, но и её ноги, и грудь.

На душе стало гаденько.

— А чё, разругался с ней? — нагло ухмыльнулся выпивоха.

— Немного повздорили, — у Ссадаши появилось ощущение, что пьяницы время тянут.

Те насмешливо переглянулись, убеждая его в этом, и один из них протянул:

— Так она уже наверху с Ляхаем Резным кувыркается.

В следующий миг стол был сдвинут вместе с выпивохами в сторону, а выпивка, к их ужасу, расплескалась по столешнице.

— Вы куда? — встревоженно спросила Шкана, когда две мужчин устремились наверх. — Эй, у меня приличное заведение! Мы предлагаем только женщин!

Наверху было всего шесть комнат, три из них оказались заняты, но Дейна там не нашлась.

— Вы чего творите? — запыхавшаяся Шкана наконец поднялась наверх и возмущённо уставилась на нагов.

— Ляхай где? — резко спросил Ссадаши, и Шширар поспешил сунуть Шкане медную монету.

Та вряд ли бы соблазнилась такой мелочью, но дверь в комнату, куда она проводила Ляхая с той красоткой, уже была распахнута.

— Да тут был… — женщина растерянно заглянула в пустую комнату.

Наги решительно прошли внутрь и осмотрелись.

Если тут кто-то и был, то следы за собой он подчистил. Только на стуле остался свежий выщербленный след, словно в нём ножом ковырялись.

— Ляхай Резной, — протянул Ссадаши. — Шширар, а ведь имя этого лекаря мы уже слышали.

— Это ещё чё?

Широкоплечий коренастый стражник с бородой лопатой с недоумением уставился на продолговатый куль, обёрнутый мешковиной. Выглядел тот очень подозрительно. В длину чуть больше полтора сажени, а формой… В прошлое дежурство такой вот улов рыбаки из реки вытянули.

Неужто кто осмелился подкинуть труп в управление городской стражи? Прямо в крохотную приёмную! Он отлучился-то с поста на минутку, проверить, отчего так стёкла дребезжат. Похоже, не просто так они всё-таки дребезжали…

Денѐс подошёл ближе и обнаружил, что к подарку прилагается письмо. Лист бумаги был заткнут за верёвку, и на нём расползались корявые буквы.

«От бескорыстных блюстителей порядка. Награду можно передать в сиротский приют при храме Богини-Матери у Сара̀жи».

Свёрток зашевелился и тихо застонал.

Не труп.

Денес грубо содрал дерюгу, обнажая голову подарка, и изумлённо присвистнул.

— Вот Тёмные…

Ляхай уставился на него с неменьшим изумлением.

— Развязывай меня быстрее! — прошипел вольный.

Досадливо зашипев, Денес начал торопливо освобождать Ляхая от верёвок и дерюги, нехорошим словам поминая сволочь, которая додумалась принести его погибель на порог управления. Уж Ляхай-то молчать не станет и утянет его за собой. А ведь всего один лишь раз оступился… Ну, два! Или даже три?

Ляхай лихорадочно помогал стражнику выпутывать себя из дерюги, едва сдерживая ликующий хохот и опасаясь, что сейчас появится ещё кто-нибудь из стражи. Вот повезло-то нарваться на некогда подкупленного стражника.

А ведь ещё недавно он думал, что судьба окончательно повернулась к нему задом и ждёт его теперь плаха. Но нет, видимо, госпожа удача решила показать шикарный филей кое-кому другому.

И он поможет ей в этом замечательном деле!

Глава XXXIV. Благочестивые братья-жрецы

Тучи закрыли небо за какой-то час. Оршош, Шем, Арреш и Дейна успели только добежать до портного, который тайком приторговывал неразрешённой одежонкой, да в таверну: наги-то могли и поголодать, а вот не очень здоровая Дейна пошатывалась всё явнее.

Когда компания подошла к воротам храма Богини-Матери на Заречной улице, начал накрапывать дождь. Привратник окинул гостей скучающим взором и продолжил с блаженной улыбкой попыхивать трубочкой, вспоминая приснившийся накануне сон, в котором ему явилась не иначе как сама Богиня. Мать с белыми туманными косами, нежной небесной гладью лица и глазами, застланными красноватым рассветом. Она ласково гладила его по лысой морщинистой голове и прощала все прегрешения. В том числе и недавнюю интрижку с женой бакалейщика с этой же улицы — давней и верной прихожанкой.