Цветочек. История о заигравшемся лицедее. Том 1 (СИ) - Гичко Екатерина - Страница 69

— А Арреша они забрали с собой.

Повисло молчание.

— То есть отчитаться передо мной некому? — на всякий случай уточнил Ссадаши.

— Я убью их, — пообещал Шширар.

Глава XXXII. Поиски лекаря продолжаются

— Мне бы такие, — доносился из-за ширмы голос Ейры, — и я бы давно богатой стала. Нашла бы себе богатого любовника и окрутила его.

— Прекрати, — смущённо пролепетала Дейна. — Они богатство не привлекают… Стой, не трогай, я сама…

Ейра захихикала, а мнущиеся у окна наги завистливо переглянулись. Выставить их из комнаты не смогла даже Инан. Оршош проявил недюжинные дипломатические способности, сперва обрисовав, что сделает с ними наагалей, если Дейна пропадёт, а затем в самых велеречивых выражениях высказал свой восторг хозяйке, её заведению и снующим вокруг женщинам. Разомлевшая Инан решила, что бить такого воспитанного мужчину — великий грех, и распорядилась достать из подвала ярко-алую ширму, расписанную золотыми журавлями — подарок какого-то заграничного поклонника.

— Ещё как привлекают! — не согласилась Ейра. — Ножку, ножку подними. Ах, какие крепкие бёдра! Ты в зеркало на себя посмотри, сразу видно, что не из простых и платить за тебя нужно алмазами!

— Ну скажешь тоже…

— Да это платье только на госпоже Инан так шикарно сидит! Вот это порода!

— Тёмные, Ейра, я тебе лошадь?!

— Они нас как лошадей и выбирают, — нравоучительно заметила наездница, мол, как можно не знать такие очевидные вещи. — Чтобы молодая, здоровая и стать была видна за версту. А ты посмотри, какая у тебя шея, как горделиво скинут подбородок, какое достоинство на лице… вот только вот это смущение убери! Мужики любят вот таких с достоинством объезжать. Нравится им, когда дикие кобылки покорно гнут изящные шеи и с обожанием смотрят на них. А если шею не гнуть, то они сами как шёлковое платье к телу льнут. Строптивые горячие кобылицы, знаешь ли, в цене. Каждому хочется владеть такой, чтобы другие любители лошадок видели: не боится убиться на такой горячей коняшке.

Наги переглянулись, и каждый про себя решил, что он не лошадник. Всё же приятнее возвращать не в стойло к кобылке, которая может копытом в лоб зазвездить, а к милой и нежной кошечке.

— Если бы я была мужчиной, из-за ширмы ты бы не вышла, — проворковала Ейра.

— Если бы ты мужчиной, то шейку я бы тебе уже свернула.

За ширмой заливисто захихикали.

— Всё, ты готова. Господа, оцените мои старания.

Ейра решительно сдвинула ширму, и наги мрачно уставились на Дейну. Они не сомневались, что им понравится, но чуяли, что затея принесёт мало хорошего.

— Ого-го, — выдохнул Оршош.

Тёмно-красное, почти чёрное платье сидело на Дейне великолепно. Привыкшим видеть женщину в штанах нагам было сложно представить её в более женственном образе, но сейчас на пару мгновений они словно утеряли память и не смогли вспомнить, как она выглядела раньше, настолько гармонично она смотрелась в нынешнем образе.

Платье можно было бы назвать скромным, если бы не шикарное декольте, в котором, как и обещала Инан, была видна едва ли не половина груди Дейны. И зрелище воистину ошеломляло. Край прямоугольного выреза лежал так низко, что чудилось: вдохни Дейна чуть глубже и появится розовый нежный ореол. Онемевшие от изумления наги даже не сразу смогли оценить все старания Ейры, любуясь безупречным творением природы.

— Так что? — Ейра ехидно хмыкнула. — Как вам?

Наги опомнились и добросовестно осмотрели хранительницу с ног до головы. И восхитились, и устрашились ещё сильнее: теперь неприятности были гарантированы.

Декольте оказалось единственной нескромной деталью платья. Длинные облегающие рукава закрывали руки по самые запястья, роскошная струящаяся юбка мягкими складками опускалась в пол. Но сидело платье хорошо до нескромности, мягко обрисовывая талию и ниспадая по бёдрам. И одного взгляда хватало, чтобы понять: нижней рубашки или хотя бы юбки под ним не было.

Но одним платьем Ейра не ограничилась, и теперь по груди Дейны спускались длинные чёрные косы. Наездница нашла в закромах публичного дома такой же кудрявый парик, как волосы самой хранительницы. И самую малость подкрасила бледное лицо, чтобы оно не выглядело таким болезненным. А шею, расцвеченную синяками, закрыла широким бисерным ожерельем-ошейником, поблёскивающим как чешуя.

— Видел бы это наагалей… — протянул Оршош.

— Дяде лучше не видеть, — не согласился Арреш. — Он же неуправляемый и Дейне потом прохода не даст.

Дейна досадливо поморщилась, но особо смущённой мужскими взглядами не выглядела. Смущала её исключительно Ейра словами, а в платье она чувствовала себя вполне привычно и плохо понимала, как соблазнительно выглядит.

— А не слишком ли она шикарная для какого-то дешёвого заведения? — Оршош с сомнением осмотрел Дейну.

Та явно не понимала, как должны себя вести продажные женщины, и держалась с достоинством высокородной госпожи. Или очень, очень дорогой куртизанки.

— У Шканы собирается разный народ. Такие вот дорогие штучки тоже захаживают. Приключения ищут, развлечения или просто хотят досадить богатому любовнику, — пожала плечами Ейра. — Определились, кто с ней пойдёт?

Оршош кивнул на Арреша. Он единственный, кто ещё не успел особо засветиться в городе, ибо ранее состоял в охране наагасахиа Лаодонии. Но ту и муж хорошо охранял, и наагасахиа не сбегала из-под его защиты. Чтобы скрыть не очень обычный для человека цвет волос, наг обвязал голову чёрным платком и выглядел по-бандитски. Самое то, чтобы сопровождать госпожу в злачные заведения.

Ейра впихнула в его руки походный мешок.

— Здесь её одежда. Не забудьте вернуть платье, оно стоит кучу денег.

Инан вообще-то сказала, что они могут делать с этой «тряпкой» что угодно, но напомнить об этом наезднице никто не решился.

— Ниже десяти золотом не брать, — Ейра строго ткнула нага в широкую грудь.

— Мы не собираемся её продавать! — возмутился тот.

— А Ляхая вы как заниматься собрались?

— Просто полюбовно никак нельзя? — Аррешу претила сама мысль выступить в роли продавца женского тела. — Ну приглянулся он ей, и она…

— Не приглянется, — уверенно сказала Ейра. — Лучше запроси пятнадцать. Он подозрительный, и если такая шикарная женщина предложит себя за дёшево, может учуять ловушку. И не надо показывать сильную заинтересованность. Этот пёс может струсить и утечь. Ой, ну какая всё-таки красотка! — Ейра с умилением залюбовалась творением рук своих. — Дейна, а ты в другом своём виде такая же привлекательная?

Наги с недоумением уставились на неё, а Дейна в очередной раз досадливо поморщилась, но ответила:

— Лучше.

— Ты же ко мне как-нибудь заглянешь… в другом облике? — предвкушающее выражение лица наездницы ввело мужчин в ещё большее недоумение.

— Наверняка.

Вряд ли Шерр откажется зайти в гости к такой прелестной девушке.

— Смотри, ты обещала! — погрозила пальчиком Ейра. — А теперь пройдись-ка.

Дейна послушно шагнула, и полы платья разошлись в разрезе, открывая до колена длинную стройную ножку, обтянутую шёлковым чулком.

Ейра удовлетворённо полюбовалась вытянутыми лицами нагов и заметила:

— Надо тебе всё-таки плащ дать.

Заведение Шканы называлось просто и незатейливо «У тётушки Шканы» и выглядело несколько аляповато. Каменную арку входа увивали каменные же розы, а облупившаяся стена была выкрашена в девичий розовый цвет. У входа стояла сама Шкана, высокая дородная баба в чёрном целомудренном платье. Гостей, бандитского вида мужчину и высокую женщину в плаще, она встретила ласковой улыбкой и кокетливо засюсюкала:

— В гости или по работе?

— По работе, — недружелюбно буркнул сопровождающий и сунул в мясистую ладонь хозяйки монету — мзду за позволение работать на её территории.

Шкана ахнула, увидев золото, и в миг стала ещё дружелюбнее.

— Проходите-проходите, — она закружилась наседкой. — Найду лучшее местечко. Давай, милая, плащ. Не бойся, тебя здесь никто не обидит.