Цветочек. История о заигравшемся лицедее. Том 1 (СИ) - Гичко Екатерина - Страница 67

Но Дейне в голову прийти не могло, что беда может прийти от Короны. Отравил её, чтобы спасти от проклятия… Такое и представить сложно, если не знаешь, что возможно. Вот Дерри палец вряд ли кому-то оцарапать сможет и уж точно не нарвётся на месть Короны. И не мешает Дейне выполнять её работу. А наагалей грудью бросается на её защиту. Припомнить только, как он, почти ничего не соображающий, прикрыл её своим телом во время взрыва бандитского логова.

Дейна прикусила выдернутое пёрышко и мрачно прищурилась.

Охранять себя наагалей не даёт, подставляется под удар, защищая её, и рискует по уши погрузиться в её проблемы. Получается, вместо того чтобы охранять, Дейна подвергает своего господина ещё большей опасности.

И, чтобы действительно защитить нага, к ей поручили, Дейне нужно исчезнуть из его окружения. Возможно это только в одном случае.

Если необходимость охранять наагалея отпадёт.

А в каком случае она отпадёт? Если император посчитает, что ему ничего не угрожает.

А в каком случае он так посчитает?

Ответ очевиден. И убедить императора, что наагалея охранять уже не нужно, определённо проще, чем убедить восьмисотлетнего нага позволить ей добросовестно выполнять свои обязанности.

Дейна трезво оценивала свои возможности и понимала, что переиграть господина Ссадаши у неё не выйдет.

Значит, надо переиграть ситуацию.

Как её переиграть, Дейна пока не знала. Но знала, с чего начать поиски решения.

У выхода из покоев Дейна нос к носу столкнулась с Оршошем, за спиной которого маячил Шем. Наги многозначительно разложили хвосты, перекрывая ей путь, но женщина ничуть не возмутилась. Именно такой реакции она и ожидала.

— Мне вообще нельзя выйти? — деловито уточнила она.

— Вообще, — улыбнулся Оршош. — Теперь приказ точен и совершенно ясен. Спать ты должна в постели наагалея, а постель должна стоять в его покоях.

— А если мне куда-нибудь понадобится?

— Не понадобится, — Шем искренне ей сочувствовал.

— Пойти можешь только к лекарю, — сжалился над Дейной Оршош, хотя вряд ли эта новость её утешила бы.

Но хранительница заинтересовалась.

— К какому лекарю?

— К нашему, Лилашею… — начал было Оршош, но Шем его перебил:

— Господин не уточнял.

— Но это подразумевалось, — не согласился с ним товарищ.

— Подразумевалось, — не стал спорить Шем, — но не уточнялось.

Наги заинтересовано посмотрели на Дейну, ожидая, что она скажет. Любопытно послушать, как она попытается вывернуться.

— Тогда сползаем к моему лекарю, — решила та.

Шем косо посмотрел на Оршоша, но тот с сожалением мотнул головой.

— Нет, не выйдет, Дейна. Одно дело идти охранять господина, и совсем другое — неведомо куда. Иди спать. Посчитай, что у тебя выходные по болезни и хорошенько отдохни. Доля телохранителя тяжела, и нам не так часто удаётся отдохнуть, — наг заговорщицки подмигнул женщине, и та неожиданно лукаво подмигнула в ответ.

— Верно. И я очень хочу отдохнуть, а не тратить время на сон. Господин же разрешил лекаря, верно? — Дейна прислонилась плечом к косяку и сложила руки на груди. Слабо затянутая шнуровка тут же разошлась, открывая соблазнительную глубину декольте, куда и нырнули глаза падкого на женскую красоту Оршоша.

— Если у тебя что-то болит, то мы сейчас позовём Лилашея.

— Мне нужен мой лекарь, — Дейна кокетливо прикусила нижнюю губу и приподняла левую бровь. — Неужели двое сильных мужчин не смогу довести меня до лекаря и охранить от бед, пока он меня не осмотрит?

— Трое, — поправил Шем.

Дейна наконец заметила третьего нага — тоже с фиолетовым хвостом и тёмно-зелёными, почти чёрными волосами. Он стоял поодаль, у стены, и посматривал на товарищей и женщину скучающе, но не без интереса. Всё же хранительница была диво как хороша собой даже сейчас, с болезненно-серым цветом кожи.

— Тем более. К тому же наагалей не имеет никакого права запирать меня в своих покоях.

Ухмылки только-только начали кривить губы нагов, а Дейна продолжила:

— Ведь по наагатинским законам женщину нельзя силой удерживать рядом с собой.

Ухмылки застыли.

— И, если я пожалуюсь императору, а потом ещё и напишу письмо в совет наагалеев, то у господина Ссадаши будут проблемы. А у нас с вами общая задача: хранить его от проблем.

Ухмылки печально стекли вниз.

Оршош мрачно посмотрел на Шема, тот на него. Наги будто подозревали друг друга в чём-то.

Если про наагатинские законы Дейна ещё могла от кого-то слышать или в библиотеке вычитать, то про совет наагалеев ей явно кто-то из нагов сказал.

Дейна мысленно поблагодарила господина Вааша за советы, которые тот ей дал в ту ночь, когда они с наагалеем Ссадаши взорвали бандитский притон.

— Ссадаши-то ничего не боится, но черви старательно хранят его и всю семью Фасаш от проблем. Так что, если вдруг неприлично себя вести будет, — Вааш многозначительно поиграл бровями, — жалуйся Шширару, что напишешь гневное письмо совету наагалеев, мол, Ссадаши, паршивец такой, законы нарушает. Шширар ему, правда, не указ, но он мне скажет, а уж я поговорю с Ссадаши.

Правда, господин Вааш дал совет для защиты, а для не шантажа…

— Оршош, — Дейна позволила себе обратиться к нагу по имени, — я же прошу отвести меня не к господину. А самые большие неприятности стягиваются к нему, значит, чем дальше от него, тем безопаснее.

Убедить нага не удалось.

— Он сам неприятность, — мрачно бросил наг. — Причём не одна большая, а большое разнообразие самых отборных пакостей. А тебя вчера пытались убить.

— И почти удачно, — добавил Шем.

— Тем более, — не растерялась Дейна. — Значит, сегодня они ещё не успели собрать силы для очередного удара. Ядовитые же среди вас есть?

Наги тоскливо переглянулись. В роду Фасаш почти все ядовиты.

— Прекрасно, — расцвела Дейна, даже малость порозовела. — Тогда мы полностью готовы. А то так не хочется говорить с императором. Мне почему-то кажется, что он недолюбливает наагалея и с радостью воспользуется возможностью выслать его.

Охранникам тоже так казалось.

— Императору уже наверняка донесли, — заметил Шем. — Разницы уже нет.

— Разница есть в том, подтвержу ли я донесения или скажу, что таскали меня на плече к моему же удовольствию.

Если дойдёт до совета наагалеев, то старейшины будут рвать и метать. И больше достанется им, простым охранникам, ибо на господина ругаться толка никакого. Да и совет наагалеев ничего господину не сделает. Нервы только потреплет — опять же исключительно роду Фасаш, но не его главе — и посоветует защищать женщин по-другому.

Охранники погрустнели, ощутили вкус предстоящих неприятностей и уговорам не поддались.

— Ребята, ну вы же видите, что ваш господин откровенно лезет на рожон, пытаясь выискать тех, кому сам и насолил, — Дейна решила воспользоваться другим способом убеждения. — И вас он в свои планы не посвящает, из-за чего его сложно охранять. Вдруг он завтра приползёт с дырой в животе.

Дыры в теле наагалея случались нередко, так что Дейне наконец удалось вызвать настоящий интерес нагов.

— И я предлагаю вам немного его опередить и должным образом исполнить свои обязанности: убрать врагов и защитить его.

— И как мы собираемся это сделать? — заговорил стоящий у стены наг.

— Вы ведь без приказа господина никуда уползти не можете, — заметила Дейна. — Такова наша тяжкая доля хранителей. А раз нельзя выползти, то расследование не проведёшь. Но сейчас вы по приказу господина храните меня, и мы можем вместе доползти до лекаря.

Наги переглянулись между собой и опять посмотрели на Дейну.

— Это уже дельное предложение, — незнакомый наг отлип от стены и представился: — Аррѐш. Племянник наагалея. Далеко твой лекарь?

— Не очень.

— Дейна, ты уверена, что твой лекарь живёт именно здесь? — спросил Оршош.

— Здесь он бывает чаще всего, — невозмутимо ответила женщина.