Цветочек. История о заигравшемся лицедее. Том 1 (СИ) - Гичко Екатерина - Страница 101

Что-то Ссадаши подсказывало, что княжич будет счастлив вплоть до того, как прознает о планах папеньки. Нашептать что ли?

— Пусть лучше Дейна своего жениха кнутом осчастливит, — хмыкнул Ссадаши и выполз в гостиную. — Разворковались-то, — ехидно пропел он.

Лесавий смутился, чем ещё сильнее настроил наагалея против себя. Если невинен, то чего краснеет?

— Спасибо, Хенесий, выручил. Дейна, нам пора.

Ссадаши бесцеремонно выпихнул женщину хвостом за дверь.

— Я бы и сама вышла, — растерялась та.

— На, — господин протянул ей кулон.

— Что это?

— Подарок твоим проблемам, — Ссадаши сам накинул шнурок на её шею и запихнул кулон за шиворот. — На случай если ты случайно обидишь обладателя Малой Короны, чтобы месть её была не столь страшна.

— Это защита? — изумилась Дейна и посмотрела на наагалея со смущённой благодарностью. — Спасибо вам… Но, может, лучше вы сами наде…

— Не зли меня, — господин развернулся и пополз прочь по коридору.

Пришлось нагонять его.

— О чём вы там с княжичем болтали?

— Да про виконта. Он же расследует дело о похищении Короны. Господин Лесавий рассказал мне последние новости.

— Могла бы и у меня спросить.

— Вы и без того очень заняты.

— И вообще ты бы поосторожнее с этим Лесавием. Репутация у него та ещё. Бабник, — беззастенчиво оклеветал парня Ссадаши.

Дейна исподлобья посмотрела на спину хвостатого господина, рядом с дурной репутацией которого меркнут похождения всех дворцовых бабников вместе взятых, но благоразумно сдержала язык за зубами.

И чем господин Лесавий успел насолить наагалею?

Глава XLIV. Наряд для господина

Выехать в город наагалей собрался открыто. Во дворе перед воротами их ждали тролли с паланкином и четверо нагов на колесницах. Конюх, державший под уздцы коня Дейны, диковато на них косился и тревожно переминался с ноги на ногу. Компанию наагалею составляли малознакомые Дейне наги с фиолетовыми хвостами. Арреша, Оршоша и Шема отправили отсыпаться, а Шширар и вовсе ещё из города не возвращался. Жалко виконт Моззи не успел спросить господина, куда запропастился его верный помощник, Дейна бы с удовольствием послушала.

Не успела женщина глянуть на своего коня, как на плечах повис сюсюкающийся наагалей. Едва ноги успела пошире расставить, а то бы сверзилась наземь.

— Дейночка, ты же поедешь со мной? Пожалуйста, — заканючил господин, — а то эти злюки вечно заставляют меня одного кататься.

«Злюки» посмотрели на хранительницу с сочувствием.

Не успела она рот открыть, как наагалей расцвёл и радостно пропел:

— Ты чудо! Поползли быстрее, — и, обхватив хранительницу за талию, просто заволок её под услужливо приподнятый полог.

И уткнул её лицом в подушки. Ещё и хвостом придавил, чтобы вырваться не успела.

Паланкин покачнулся и плавно — аж живот скрутило — взмыл вверх. И куда-то поплыл. Дейне наконец позволили отлипнуть от подушек, и женщина, едва сдерживая раздражение, через плечо посмотрела на вольготно развалившегося господина, сбросившего маску сюсюкающегося недоразумения. Щелкнув пальцами, наг запалил светляк и отправил его в дальний от себя угол, и сияние разлилось прямо над головой Дейны. После солнечного света полумрак и магический огонёк больно надавили на глаза, и женщина поспешила пересесть ближе к пологу, чтобы хотя бы в щёлочку видеть улицу.

— Куда мы?

Господин лукаво посмотрел на неё, но скрывать цель поездки не стал.

— К портному. Есть у нас в Дардане знакомое семейство, которое уже несколько веков одевает почти всех нагов, вплоть до наагашейда, когда те приезжают в столицу.

Дейна растерялась. Наверное, это очень известный портной, но она прожила в столице не так долго, раньше никогда сюда не приезжала. Ни отец, ни дядя не считали нужным представлять детей высокому обществу. Тётя пыталась донести до их голов, что им с Шерром стоит завести знакомства, а то так свои семьи не заведут, но от неё отмахивались. Дейна тоже не рвалась в Дардан. Роскошные балы её не привлекали, семейные торжества Аррексов навевали скуку и сильно напрягали. Соседские были куда интереснее, но скромнее, поэтому, когда рассказывали о великолепии столичных балов, Дейна вспоминала скуку, с которой у неё крепко ассоциировалась роскошь и великолепие. С возрастом она поняла, что скучная роскошь — это всего-навсего отсутствие вкуса, но желание поучаствовать в одном из столичных балов, о которых с таким восторгом рассказывали дочери соседей, так и не появилось. Вот посмотреть на ежегодно проходившие состязания лучших бойцов империи она хотела бы, но здесь тётушка Дония стояла насмерть, и дядя лишь печально разводил руками.

Дейна плохо знала столицу и её нравы, а знакомство с городом начала с борделя. Нет, первым она увидела дворец, но дворец — это не город вовсе, а отдельное поселение. А уж потом они с Шерром направились к знакомой дяди, к которой тот советовался обратиться за помощью. Помощь не требовалась, но дядюшка через Инан передавал им письма. От Инан же Дейна многое узнала о теневой стороне столицы. Порой женщины болтали целую ночь, пока Дейна ждала брата, дорвавшегося до красивых и безотказных женщин. Инан рассказывала о своей жизни, в прошлом проходившей в давриданской армии — она служила в кавалерии, — делилась не слишком приличными, но забавными случаями, происходившими в борделе, а так же рассказывала, с кем в городе лучше никогда не связываться. Дейна при желании могла припомнить добрую половину вожаков вольных, но вот про портных она не знала. И похоже зря. Рясы-то жрецов Богини-Матери они достали у портного.

Может, и сейчас они направляются к какому-то такому портному, который не совсем законный портной?

— Чего? — наагалей приподнял бровь. — Так смотришь на меня…

— Ничего, господин, — хранителю не положен задавать слишком уж много вопросов.

— Устала? — вопрос был задан с нежданным сочувствием.

— Нисколько, я выносливая. А вам бы стоило поспать, у вас тени под глазами появились. И кожа на лице свежесть потеряла. В вашем возрасте нужно бережнее относиться к своему телу.

— Нахалка, — лениво возмутился Ссадаши. — По меркам нагов я ещё довольно молод, даже треть жизни не прожил.

— С вашим характером хотя бы половину прожить…

— Эй, у кого-то явно смелость проснулась! И от кого я это слышу? От госпожи, пасущей неприятности и пожирающей их на ужин вместо ягнятины.

Хранительница и господин уставились друг на друга.

— Ладно, давай дружить, — Ссадаши улыбнулся и, обвив кончиком хвоста руку Дейны, потряс её в рукопожатии. — Я оценил твоё упрямство и ответственное отношение к приказу императора. Да и невеста из тебя вышла очень удобная.

Дейна едва не содрогнулась. Она ненавидела, когда её называли удобной.

— А с вами нескучно, — вернула она любезность.

— Объединимся? Я не буду скрывать от тебя свои планы, а ты не будешь мешать мне.

Большого ума не требовалось, чтобы понимать: один из участников сделки уж точно не собирался выполнять озвученные им же условия. Но знать хотя бы что-то уже неплохо, и Дейна энергично встряхнула кончик хвоста.

— Договорились.

— Тогда поговорим о тебе? Расскажи о своём отце.

На миг Дейна замерла. В лице ничего не изменилось, оно просто перестало что-то выражать, а в глазах мерцали отблески светляка.

Женщина терялась в догадках, почему наагалея так неожиданно заинтересовал её отец. Подумала даже, что батюшка уже успел явиться с визитом в тайне от неё.

— Мы договорились, что я просто не буду вам мешать.

— Мне просто любопытно, — Ссадаши игриво вильнул хвостиком, — в кого ты такая красотка. На папу или на маму похожа?

— На обоих.

— А на кого больше?

Нет, наверное, отец всё же не приходил. Дейна представила, как они случайно сталкиваются с отцом на улице, и спокойно соврала:

— Окружающие говорят, что я один в один папа. Только ростом немного ниже и фигурой поуже.