Между двух миров (СИ) - Совушкина Мила - Страница 31

— В нашем полку прибыло. Как зовут тебя, красавица?

Оксана со всей силы стиснула локоть Алёши. Честно говоря, обилие мускул действовала подавляюще и девушка отчаянно боялась представить, что будет, если кто-то узнает, что она работала в школе. Эта мысль так отчаянно пульсировала в голове, что она и ляпнула её абсолютно не в попад. — Безработная, — пролепетала девушка, теряясь ещё больше от смующихся, мускулистых плохишей с пивом и сигаретами в зубах. Косой лишь хмыкнул. — Странный ник. Или это стиль жизни? — Оксана. — Девушка вложила всю силу в свой голос, стараясь выглядеть увереннее, чем есть на самом деле. — Это временное положение дел. Девушка робела и терялась от обилия тестостерона, витающего в воздухе. Конечно, компания разбавлялась соответствующими девочками, чтобы никто не остался в накладе, однако Оксана сильно сомневалась, что присутствующие моногамны. — Пошли оторвёмся в клубешник. Идею бурно поддержали. Ещё бы. Девочки как на подбор оделись красиво и не практично, а на улице разгар зимы, между прочим. — И что, прям так и пустят? — шёпотом спросила Оксана у Алёши. — Многим и 16 не дашь. — А нас ты проведёшь. — Девушка с малиновыми волосами вскинула аккуратно накрашенную бровь. Ведьма. Неужели современные девочки уже рождаются с косметичкой в руках? Как у них получается такой броский и аккуратный макияж? Оксана в тёплом пуховике, шапке и минимуме косметики выглядела на фоне подростков как минимум тётей с выпасом племянников. Или классной с учениками на экскурсию. — Интересно. Своим паспортом буду махать, чтобы отмахиваться от охранника на входе? Но малиновые волосы детали не волновали. — Покажи ему сиськи. Оксана начинала закипать. Особенно учитывая то, что компания почти дошла до остановки. А там автобус и чёртовы двери треклятой "Юлы". — Вместе покажем. Только на моих можно написать: статья не светит. — Да, мне 16 и что? Проблемы? Оксана посмотрела на девушку, на подростков, схватила я Алёшу за руку и потянула в сторону. — Повеселимся без твоих друзей?

— Детка, что не так?

Подросток искренне не понимал, откуда эта неуверенность в таком соблазнительном теле. — Если бы я знала, одела бы свой шлюхастый костюм. Здесь я белая ворона.

Алёша прекрасно понял к чему ведёт девушка: хочет раззадорить и пойти домой для жаркого секса. В принципе ничего плохого в этом и не было. Алёша и сам был готов зажечь. Но все эти прятки, пока родителей нету дома абсолютно не возбуждали. — И что же это за костюм? — Хм… тебе понравится. Ну, знаешь, сеточки-чулочки.

Этого добра у его вредной училки была целая полка. Оксана в сексе была раскрепощённой. Идеальная ведомая. Без лишних вопросов позволяла многое. Здесь Алёша командовал и доминировал. Она могла возразить, но оба понимали, что это лишь слова. В сексе Алёша подавлял и подчинял. То же самое он сделал и сейчас.

— Мы пойдём в клуб. Потому что я хочу тебя у всех на виду.

Оксана покраснела и отвела глаза.

— Ты имеешь в виду… мы… там…

Собственный голос не слушался, норовя сорваться в совсем уж бессвязный шёпот. Алёша хмыкнул и приобнял Оксану за плечи.

— Пойдём. Никто не заметит.

Неужели он серьёзно? Кого вообще заводит быстрый перепихон в туалете? или он имел в виду торопливые ласки в толпе, чтобы никто не заметил? Неужели верх подростковой фантазии — пару звонких показушных шлепков? Смотрите, какой я крутой, не побоялся взрослой тёти. Оксана возмущённо сделала шаг назад.

— Мне это не нравится. Я не такая, понимаешь? И прилюдный секс меня даже в подростковом возрасте не заводил. Алёша встал, как вкопанный. Оксана знала, что ударила по больному: собственный возраст — это то, чего подросток больше всего смущался. Девушка знала это, но ничего поделать с собой и своими словами не могла. Их отношения — сплошные американские горки. Один и тот же человек способен выбить почву из-под ног и перевернуть мысли в голове верх дном. — Алёша, послушай… Как будто он стал. Просто развернулся и молча пошёл к улюлюкающей компании. Девчонки молча повисли на нём как лианы. Малиновые волосы тут же зашептали что-то в оттопыренное ухо. Будущий муж, блин! Но и Оксана была не лыком шита. Девушка развернулась и махнула средним пальцем в сторону подростков. Жест никто не увидел. Ах, так! — Придурок! Яростно выкрикнула девушка и поспешила прочь к дому. В конце концов у Оксаны тоже имелась гордость. Она ушла к себе домой: к родителям и борщу — благо не далеко. Ужин прошёл в приятной атмосфере: папа был чем-то доволен и много шутил, мама смеялась своим звонким голосом. И только Оксана сидела над своей разнесчастной тарелкой и помешивала свёклу. Сходили на свидание, называется. — Пап, а как вы с мамой смогли… Ну… столько лет вместе и… вот… Отец махнул стопку и довольно прищурился. — А что, какие-то предложения есть? Без свадьбы никакого переезда. Оксана опустила глаза к тарелке и многозначительно промолчала. Мгновение и радостно зачирикала супруга. Посыпались вопросы из разряда "кто он?", "где познакомились?" И "когда покажешь?". -Мам, это школьник. И он зовёт замуж. Юрий подавился супом и его супруга заботливо похлопала по спине. Оксана встала из-за стола и пошла к двери, бросив на прощание, что пойдёт прогуляется. Бредовая идея для морозного февраля, но нужно хоть как-то проветрить голову. И покурить. Однако далеко ей уйти просто не дали. Как только Оксана открыла дверь и столкнулась нос к носу с замершим Осипенко. — Я придурок. Ты права. Она вздохнула и уткнулась в холодный пуховик. — Пойдём. Я рассказала родителям про тебя. Им нужно время, чтобы всё переварить. Алёша шёл рядом и крепко держал за руку. — У меня дома предки. Ко мне не получится. Они спускались по лестнице вниз навстречу вечерним сумеркам. — Покурим?

Оба не сговариваясь, опустились на лавочку. Послав к чёрту весь свой педагогический опыт, девушка закурила и протянула открытую пачку подростку. Сердце в груди тревожно сжималось. Холодно. — Неужели так будет всегда? Самый главный вопрос задала именно она. В нём скрыты все сомнения и колебания за все прошедшие две недели. Алёша смотрел вперёд и, кажется, даже не собирался отвечать. Всё его внимание было направлено куда-то вдаль. И он хорошенько затянулся, прежде чем снова сделать шаг навстречу и попытаться понять, что творится в голове у этой женщины.

— Что ты имеешь в виду?

Оксана вздохнула и протянула ладонь, чтобы обхватить холодные пальцы. И почему не носит перчатки? — Тебе не кажется, что мы несколько торопим события. Подросток вскочил со скамейки.

— Так, мне это просто надоело. Пойдём. Алёша схватил Оксану за руку и потянул к железной двери подъезда. Брови юноши сурово сдвинуты в глазах читалась решимость. Девушка прекрасно знала это выражение лица. Баран обыкновенный, подвид: упёртый. Сейчас никакие слова и аргументы не помогут. Это был первый раз, когда Оксана сдалась под напором внезапно обнаруженной мужественности и сопротивлялась скорее для проформы. — Стой! Куда ты меня снова тащишь, пещерный человек? Пещерный человек. А ведь в этом учебном году он уже утаскивал её к себе. Их самый первый раз. Десять ступенек вверх. воспоминания приятной волной предвкушения разливались по телу девушки. Деревянная дверь, перед которой Алёша затормозил. Оксана потупила взгляд, закусывая губу. Подросток был в ярости. Прекрасно. Возбуждение стало спадать, когда подросток открыл ключом замок и потянул девушку к знакомой двери. Чёрт, родители! — Что ты, блин, затеял, Осипенко? — А на что это похоже? Ты меня уже достала этой неопределённостью и сомнениями. Ты будешь жить со мной. Точка.

Жить со мной. Прекрасные слова, сказанные в порыве эмоций. Смущало лишь то, что мать Алёши будет явно не в восторге. И это проблема, сколько бы комнат в квартире не было. Жить с будущей свекровью, которая тебя терпеть не может? Нет… — А меня ты спросил, дикарь? — Не вижу проблемы. Зато точно будешь рядом и не свинтишь. У мужиков всегда проще. Его будущая тёща — добрейший человек, а не персонаж анекдотов и живёт на 4 этажа выше. Она точно не будет выносить мозг ежедневно. И она мама — святое для всякого мужика, потому что свою жену он знает пару лет, а маму всю жизнь! Какая там статистика распада браков по вине третьих лиц?