Астма. Высокая турбулентность (СИ) - Нокс Вероника - Страница 66

— Зависит от того, какой смысл ты в это вкладываешь. Популярность бессмысленна, если она не служит для достижения твоей цели. Точно также, как бессмысленное ежедневное потребление вкуснейшей пасты тебе рано или поздно надоест, если ты поняла, о чем я, — развернулся и нахально улыбнулся.

— Ты странный, Дино, — опять рассмеялась Кира.

— Спасибо за комплимент, — искренне ответил я.

— Ты что, живешь рядом с нами все это время? — спросила девушка, разглядывая знакомые окрестности вдоль Звенигородского шоссе.

— Нет. Я везу тебя домой.

— Я думала, мы к тебе поедем, — сказала Кира и потянулась. — Не хочу домой… Сейчас во мне столько сил, что хватит на несколько марафонов.

— Прости, мелкая. Я не для этого увез тебя с конференции.

— Дино! — в голосе девушки звучала обида. — Мне не нужен старший брат. У меня уже есть зануда-сестра!

Я промолчал. Красавица какое-то время сверлила меня гневным взглядом ангельских глаз. Такое чувствуется телом, даже когда не смотришь. Если бы я не сидел за рулем, возможно, меня сшибло бы этим потоком. Куда сильнее, чем у ее сестры, потому что младшая не сдерживается.

— Машину останови.

— Еще не доехали.

— Я здесь выйду.

— Никуда ты не выйдешь, пока я не увижу тебя идущей в сторону дома.

Импульсивная девушка попыталась открыть свою дверь прямо на ходу. "Попытка открытия двери во время движения. Блокирую салон", — отозвался ИИ.

— Спасибо, BMW. Без моей команды не открывать. Давно я не катал строптивых девчонок.

— Мерзавец! — сказала Кира по-русски.

— Вы с сестрой любите это определение. Я тут поинтересовался, что оно значит. Холодный человек, в котором нет Бога, который потерял любовь. Забавно.

— Чего тут забавного то? — буркнула девушка.

— Этимология забавная. На Руси был такой способ казни. В зимнюю стужу провинившегося человека привязывали к столбу на площади у всех на обозрении. Его обливали холодной водой и он постепенно, не сразу, замерзал заживо. А чтобы действо было зрелищнее и производило на царских подданных нужный эффект, воду постоянно подливали. В конце концов, к моменту смерти бедолага покрывался коркой льда.

— И что?

— Казненного в народе называли мерзавцем. А того, кто подливал воду — подлецом. И мне сдается, мы с тобой оба мерзавцы. Смекаешь?

— Нет, ты точно долбанутый! — Кира опять рассмеялась, уже как-то нервно.

Мы остановились около дома, в котором располагалась квартира Аверьяновых. Краем глаза подметил "Черную Леди" на стоянке. Это было странно, потому что, скорее всего, Лена уехала с Максимом на машине. Более того, учитывая состояние мужчины, это должно быть такси. "Где ты сейчас, Веснушка?"

— Я не пойду домой! — продолжала протестовать Кира.

— Хорошо. Посидим тут, поболтаем. А ты расскажешь мне про своего подлеца, — мило проговорил.

— Не лезь мне в душу. Ты обманщик! Флиртом заставил поехать с тобой, а сейчас даешь заднюю.

— Мелкая, все так, как и должно быть. Это мой способ общения. Ты привыкнешь.

— С чего бы мне это привыкать?

— Потому что мой подлец не в курсе, что меня заморозить невозможно. Очень скоро мы с тобой станем одной семьей.

— Мне бы твой оптимизм. Открой двери, я пойду.

"Наконец-то, здравые мысли".

— Как пожелаете, госпожа. BMW, разблокируй салон.

Девушка вышла из автомобиля и, к моему разочарованию, пошла в другую сторону от подъездной двери. "Ебучий случай!"

— Кира, ну что ты упрямишься? — вышел за ней.

— Не твое дело. Не лезь ко мне, — кинула девушка через плечо, уходя по направлению к выезду из двора.

Я колебался. Взрослая девушка вроде бы. Время детское. Девять вечера. Скорее всего, на своих каблуках далеко не уйдет. Засядет где-нибудь в кафе на большой улице, закажет еще выпить, погорюет о своем, о девичьем. Ну не совсем же она безбашенная дура, чтобы цокать шпильками в вечернем платье в сторону лавочки спального района, где ее примут в распростертые объятия местные Васи и Пети с пивасом. Или совсем? А что, если с ней что-то случится? Я же себе не прощу. И Лена мне не простит.

— Кира! Подожди… — догнал ее. — Не хочешь домой, поехали в другое место. Составлю тебе компанию.

— Я ничего не хочу. Просто нужно забыться.

— Да ну ладно тебе, мелкая! Жизнь то не кончается!

Остановил девушку за руку, притянул и обнял.

— Ладно. Мы с тобой мерзавцы, — прошептала она мне в грудь.

— Точно. Те еще.

— Тогда можно вести себя, как настоящие мерзавцы.

— Что угодно, — я приподнял ее лицо за подбородок и игриво заглянул в глаза. — Секс не предлагать.

— Как скучно, — улыбнулась Кира. — Ну, хорошо. Едем в клуб. Хочу танцевать и знаю отличное место.

— Московский вечер пятницы — самое время завалиться в клуб.

Я снова посадил Киру в свою машину. На этот раз спросил у нее адрес и включил автопилот. Разложил кресло, вальяжно в нем растянулся. Действительно, почему бы нет? Огни мегаполиса, клубная музыка, красивая девушка. Разве я этого не заслужил после интенсивной работы? Ленина сестра права, нужно забыться.

— Автопилот — это круто! — восхищенно проговорила мелкая. — Значит составишь мне компанию за выпивкой?

— Может быть, — улыбнулся. — Знаешь, я еще ни разу с момента приезда в Москву не ходил в клуб.

— Да ну?! — удивилась Кира, пытаясь привести кресло в то же положение. — И как же ты проводил вечера все это время?

Я помог ей, нащупав сенсорную кнопку. В полулежачем положении было видно небо через прозрачный незатемненный купол спорткара. В городе никогда не видно звезд. Слишком много шума создают фонари, билборды и тысячи чьих-то жизней в ярко подсвеченных окнах многоэтажек.

— В основном работал или занимался спортом. Иногда катался на тачке, а порой просто уезжал за черту города и лежал вот так, глядя в небо.

— У-у-у…

— Что? — я усмехнулся, развернув голову к Кире. — Это меня успокаивает.

— Тебя срочно надо реанимировать! — она обворожительно улыбнулась. — У тебя скучнит.

— Что у меня?

— Как радикулит, только скучнит. Это старперская болезнь.

Я искренне рассмеялся. Было что-то такое в этой девушке, что заставляло забыть о чем угодно и вернуться в детство.

В клубе Кира настояла на выпивке. Я позволил себе расслабиться и принял двойную порцию любимой массовой марки виски. Для меня это совершенно несущественно. Моя спутница уничтожила очередной лонгдринк и потянула меня на танцпол.

Если честно, клубы — это не мое. Бесцельное дерганье под электронную музыку среди толпы меня никогда не привлекало. Много людей, но каждый из них где-то не здесь, в каком-то своем экстазе. Ты танцуешь с девушкой, а она будто уже не с тобой, отдается музыке, смотрит куда-то в потолок, теряется связь, никакого контакта. Ну, или второй вариант: пошло жмется и трется округлостями о твое вожделенное тело. К чему это все? Можно бы сразу переместиться в приватную комнату. Зачем полумеры?

Надо сказать, Кира осмотрительно выбрала первый способ. Она умело и ритмично танцевала, наслаждаясь моментом и не обращая внимание на заискивающие взгляды окружающих. Музыка в клубе была достаточно качественной, заставляя двигаться естественным образом. Она вовлекала, выветривала лишнее, обещала простить ошибки. Лицо девушки, скрытое в полутьме клубного освещения, казалось очень знакомым, родным, а мысли путались в каких-то странных ностальгических вспышках. Я прикрыл глаза, чтобы не поддаваться, но, признаться, мне было в тот момент до безумия хорошо.

— Кира, что ты делаешь? — спросил, когда почувствовал на себе ее легкие прикосновения: к груди, плечам, шее.

— Ничего особенного. Просто пытаюсь вспомнить.

— И как, получается?

— Не особенно, — честно призналась девушка.

Я улыбнулся, оторвал от себя красивые руки и проследовал к барной стойке. Остаток вечера провел разбавляя виски соком прямо в желудке. В принципе, можно было обойтись и без сока, но что-то подсказывало мне, что у Киры нет супер способности таскать на себе центнер веса.