Трисс Воительница - Джейкс Брайан - Страница 48

Среди разбойников находился и принц Блэдд.

— А ты хитрая бестия, капитан, — хихикая, произнес он. — Давай, рассказывай нам свой план.

Огнехвост оперся на плечо Блэдда как на костыль.

— Слушай, приятель, — начал Плагг, — видишь вон тех зверюшек, что собрались на стене аббатства? Так вот, они сейчас во все глаза следят за этим костром. Именно это мне и нужно. Потому что, пока они смотрят сюда, старина Длинноклык и кое-кто еще из наших, сделав два больших полукруга, в обход подкрадутся к передним воротам. Они понесут с собой сухостой, немного растительного масла, деготь и бухту запаленного буксирного каната. Я же вместе с остальными останусь здесь, у костра. Мы будем, так сказать, отвлекать внимание врага. Потом Клык с остальными сложит хворост у ворот. Польет его дегтем с маслом. Раздует запаленную веревку, пока та не загорится. И прощай, ворота аббатства. Ха-ха-ха!

— Вот это здорово! — заплясал от восторга толстобрюхий Блэдд. — Капитан, я тоже пойду вместе с ними. Из меня выйдет хороший разбойник. Дай мне канат. Я сам хочу поджечь ворота. Обожаю играть с огнем.

— Ладно, ладно, — игриво потеребив ему нос, согласился капитан. — Сделаем из тебя разбойника.

— Слышь, капитан, отойди от костра, — услышал Плагг сзади голос Замарахи.

— Сколько раз тебе говорил: не смей меня перебивать, когда я разговариваю, — рявкнул на него Плагг.

— Мне-то что, — пожал плечами Замараха. — А у тебя опять от жары хвост отвалился.

— Эй, Подлец, — почти не раскрывая рта, процедил капитан. — А ну-ка скорей приделай его на место.

3a происходящим у костра наблюдала своим зорким оком Черк. — Послушай, Трисс, — не оборачиваясь, обратилась она к белке. — Не остыла ли еще каша? — Нет, что ты, — не поворачивая головы, ответила Трисс. — От нее на вытянутую лапу таким жаром тянет. Что там происходит, Черк?

— По-моему, наметилось какое-то движение.

Белка подошла посмотреть на то, что имеет в виду выдра.

— Они помчались двумя группами в обход по направлению к воротам, — пояснила Черк. — Гляди, вон они. Припали к земле и пробираются по-пластунски.

— Ага, вижу, — поддакнула Трисс. — Эй, Шог. С ними Блэдд жирнобрюхий. А вот Курды с крысами-стражниками пока не видать.

— Давай сначала разберемся с этими, Трисс, — отозвался Шог, помогая Круву и Командору вставлять шесты в ручки котла. — А потом возьмемся за остальных. Отец настоятель, следите за тем, что происходит внизу. Когда будет пора — дадите нам знак.

Эподемус вместе с Мэлбан и Крикулусом наблюдали за происходящим за воротами через скважину в замке.

— Я вижу их, — сказал аббат. — Они приближаются. Я вам скажу, когда они подойдут.

Плагг вместе с шестью членами своей команды водил вокруг костра хоровод, громко распевая:

В какой-то миг серебристый лис вошел в такой раж, что, позабыв обо всем на свете, отодрал свой хвост и принялся мотать им над головой. Из-за рва показалась безобразная голова Длинноклыка. Крепостная стена, как ему показалось, была пуста. — За мной, братва! — скомандовал он остальным. Аббат увидел, как на дорожке появился принц Блэдд и с хитрой улыбкой на устах принялся раздувать тлеющий канат. За ним сверху наблюдал Сагакс. Стоявший на нижних ступеньках лестницы Крикулус, подавая ему знак, принялся отчаянно кивать головой и махать лапами. По его сигналу Командор, Черк, Крув и Шог взобрались на крепостную стену, а кротоначальник со своей командой взялись за шесты, чтобы поднять котел с медовой овсяной кашей. Перегнувшись через зубчатое ограждение, Трисс увидела, что разбойники, пробиравшиеся к воротам парами, тащат с собой сухостой, масло и деготь. Четверо дюжих выдр подхватили у кротов горячий котел и приподняли его над крепостной стеной.

Припав к воротам, крыса по имени Потрошитель выплеснула на дрова растительное масло. Каково же было ее изумление, когда из-под них до нее донесся жалобный стон: — Ой, ой, мне масло попало в глаз! В ту же самую секунду Командор громко выкрикнул: — Принимайте свой завтрак, негодяи!

Четыре выдры перевернули котел, но шесты вдруг соскользнули, и котел повалился вниз вслед за кашей. Крикулус едва успел отскочить в сторону, когда овсяная жижа полилась из-под ворот.

— Мэлбан, что с тобой? С тобой ничего не случилось?

— Ничего страшного, — вытирая глаз кончиком фартука, ответила лесная мышь. — Просто масло в глаз попало.

Качая головой, аббат настоятель проводил Мэлбан в сторожку и промыл ей глаз.

— Это же надо было такую глупость удумать! Подслушивать, что затевают эти бандиты.

— Представляете, отец настоятель, — стряхивая овсяную кашу с края халата, в сторожке появился Крикулус, — если бы эти звери оставили Рэдволл в покое, они были бы целыми и невредимыми.

За воротами слышались истошные крики. Длинноклык с обожженной спиной покатился кубарем в ров и вскоре оказался посреди зловонной лужи в грязи. За ним последовали Потрошитель и крыса по имени Сумасброд. Спасаясь от града преследовавших их камней, они упали поверх ласки. Раскидав их в стороны, Длинноклык насилу выкарабкался из рва и, качаясь из стороны в сторону, потрусил в сторону костра.

34

Близнецы-колокола аббатства возвестили о завершении очередного дня. Стоял теплый летний вечер. На углу крепостной стены, аббат со своими друзьями обсуждали прошедшие события. Помощники повара развозили несущим караул зверям еду.

— Послушайте, мэм, — остановил Скарум кротиху Фьюррел, — не будете ли вы так любезны подкатить вон ту тележку поближе сюда? Не хочу на этот раз пускать дело на самотек.

— Уж не хочешь ли ты сказать, дорогой, — взглянув на него поверх своих очков, удивился аббат, — что ты сегодня ничего не ел?

— Неужто какую-то жалкую поварешку каши можно назвать едой? — недовольно фыркнул заяц, наворачивая салат с хлебом, сыром, яблочными и картофельными пирожками и запивая их фруктовым напитком. — Мне, дорогой отец настоятель, было, что называется, не до этого. Большую часть дня я возглавлял оборону крепости на восточной стене и все такое прочее. Больше всего меня огорчает, как вы могли так варварски обойтись с овсяной кашей. Скормить такую добротную пищу каким-то собравшимся у ворот бандитам! Это уму непостижимо.

Трисс принесла зайцу чашку с ревеневым киселем.

— Нет, нет, Скарум, — сказала она. — Ты все неправильно понимаешь. Мы использовали овсяную кашу, чтобы не позволить врагам поджечь наши ворота. Опрокинув на них котел с кашей, Командор с выдрами, можно сказать, выиграли бой.

— Такой хороший продукт, — не унимался заяц, — и все коту под хвост. Должен вам заметить, мэм, что, если б командование было поручено мне, я бы такого безобразия ни за что не допустил. Позвольте мне рассказать вам о том, как я расправился с подлыми тварями на восточной стене.

— О нет, не надо, — взвыл от негодования Крув, — твой рассказ уже у всех навяз в ушах.

Но Скарум, не обращая внимания на возглас друга, в очередной раз приступил к своему повествованию.

— Видите ли, настоящий Офицер не потратит и крошки еды, — начал он. — Итак, я приложил ухо к стене и слышу: белый хорек раздает приказы. Ну, хорошо, старик, говорю я себе, удача идет прямо в лапы. И тогда… — Обернувшись, заяц обнаружил, что разговаривает сам с собой. Все его слушатели удалились от него на весьма почтительное расстояние и скучились у западной стены. — Эх вы, неблагодарные свиньи, — пробубнил он себе под нос. — Не цените настоящих героев. Простите, мисс, не увозите далеко эту тележку с едой. Я едва заморил червячка.