Туарег. Золотое проклятие - Кальби Иман - Страница 3

–Шалунья…– слышит сзади его хриплый голос на фоне скрежета открывающихся прозрачных дверей душа. Вздрагивает и напрягается тут же, выныривая из своих эмоций и ощущений…– что ты тут делаешь без меня?

Теперь на ее теле другие руки… Более настырные, более жесткие, чужие… Ах, нет, не чужие… Руки ее мужа…Это он сейчас рядом… Тот, кто и должен быть, и физически, и ментально…

–Кого представляешь?-шепчет горячо, но колюче, порывисто, у нее возле уха.

Он возбужден, сильно… Она чувствует это по каменной горячей твердости, упирающейся в ее бедро.

–Кого еще, тебя…– нервный смешок срывается с губ, словно она боится, что он поймал ее с поличным, что он догадался обо всём…

–Горячая девочка… Я тоже весь вечер думал о том, как нагну тебя вот так,– тут же реализует то, что сказал, надавливает решительно на шею и заставляет согнуться в талии. Вода теперь хлещет по ее позвоночнику, нагло стекая по выставленным ягодицам.

Хриплое дыхание сзади, захват кулака на мокрых волосах, которые он стягивает в жгут, по ходу выжимая, одновременно притягивая ее к себе и входя.

–Дааа, каткута (араб.– котенок), даа, моя сладкая…– резкие толчки. Болезненные и порывистые, но она уже привыкла подстраиваться, научилась расслабляться и давать ему власть над своим телом…

Луэй быстр и резок. На этот раз даже чрезмерно… А она как ни настраивается, не может поймать момент, когда получается уйти в свою реальность, раствориться в фантазиях и воспоминаниях… Никак…

–Хильв, хабибти (араб.– сладко, любимая), бхиббак мут (люблю тебя до смерти)…

Бихиббак мут… Он так часто теперь говорил ей эту фразу… Люблю до смерти… И почему-то, когда его взгляд темнел от вожделения в порыве страсти, ей уже вовсе и не казалось, что это языковая форма… Иногда Иштар и правда верила, что он может убить…

Сглотнула нервный комок напряжения. Дала ему дойти до пика… Самой же хотелось побыстрее выйти из душа, который теперь не ласкал кожу, а болезненно хлестал по коже навязчивыми потоками…

Облегченно выдыхает, когда он отстраняется, быстро целует ее в макушку и выходит из-под струй первым. Иштар дожидается, когда он покинет ванную, а потом не спешит тоже это сделать. Долго, до покраснения кожи, вытирается махровым полотенцем, сушит голову до состояния сухой соломы, не обращая внимание на то, как горячие потоки воздуха обжигают кожу… Берет себя в руки и делает шаг наружу.

Луэй расслаблен, как, впрочем, и всегда после секса… Снова весел, непринужден, галантен. Он разговаривает по телефону, посылая ей воздушный поцелуй.

–Да, йа ахи (араб.-мой брат), непременно… Договорились. Тамам (араб.– хорошо).

На другом конце слышен плотный мужской баритон, слов не разобрать, но ее сердце неизменно заходится. Это он звонит? Зачем она об этом думает, только зачем…

Лу слушает, а потом отпускает веселый смешок. Снова прощается. Кладет, наконец, смартфон на тумбочку.

Поворачивается к жене, прикуривая сигарету.

–Что, каткута?

Иштар вздрагивает. И пускай он часто спрашивает ее именно так- по поводу и без, сейчас как-то особенно все напряжено, на изломе… Она словно преступница, которая, затаив дыхание, ждет подвоха… Подставы…

Пожимает плечами, как ни в чем не бывало…

–Что? Ничего…-лепечет себе под нос.

–Ничего…– повторяет он, делая пару затяжек и небрежно выкидывая еще горящий бычок в окно.

Подходит сзади, обнимает…

–Мне нужно на пару дней на Тенерифе…

Иштар вздрагивает… Тенерифе… Сколько воспоминаний, сколько всего, связанного с этим островом… А еще Лямис… Сглатывает. Не то, чтобы была ревность… Просто… Неприятно…

–Понятно…– выдавливает из себя насилу.

Лу хмыкает.

–Таша… Что такое?– целует мочку уха.

–Ничего, Луэй. Говорю же, ничего…

Он вздыхает, прижимая ближе.

–Возьму тебя с собой… Если думаешь, что…

–Ничего не думаю…– отодвигается от него, -поезжай… У меня дела… На этой неделе очередное выступление в Университете Касабланки. Приезжает мой научный руководитель из Великобритании… Мне необходимо быть здесь…

–Хорошо…– выдыхает Луэй. –Постараюсь вернуться как можно быстрее… Я бы и не поехал, но брат попросил… Есть пару важных вопросов, которые стоит решить…

Сердце Иштар снова заходится в нервном беге. Отходит к трюмо, чтобы подальше, чтобы не видел ее возможно читаемого смятения… берет гребень со столешницы из желтоватого, в прожилках, оникса, начинает расчесывать волосы.

–А твой брат живет преимущественно на Тенерифе?-вопрос сам собой срывается с ее губ.

–Кассум? Да как сказать, он вообще много где живет… Как ветер… Сегодня там- завтра здесь… Вечно у него в голове какие-то свои расчеты и планы… За ним и не угонишься…

Лу говорил о брате с неподдельным восхищением, очевидной любовью…

–Я всегда мечтал его понять… Да как-то так до конца никогда и не получалось… Белькасем весь состоит из парадоксов… Ему бы сесть на трон, по крайней мере, уверен, отец бы того хотел, а он…– последние слова прозвучали не без искорок боли, стреляющих от потаенных углей у него в душе…

Иштар невольно почувствовала это напряжение. Не могла не почувствовать…

–У вас разные матери…

–Разные…– задумчиво продолжил Луэй…– Мать Белькасема была первой женой отца… ну как женой… Она была из племени туарегов… Им не писаны законы, ты же знаешь… Как только отец женился на моей матери, ушла от него… А он… Он продолжал волочиться за ней, как собачонка…

–Луэй, не говори так…– перебила его Иштар.

Муж вздохнул.

–Я знаю, о чем говорю, Иштар… Как бы там ни было, это он позволил женщине так себя вести… Достойные мужчины не позволяют, чтобы их жены вили из них веревки, уходили и приходили, когда пожелают… Что значит, она не приняла его второй жены? Кадаф был непростым мужчиной. Выбор им моей матери- это не какая-то блажь… Это дело государственного масштаба… А там… Там примитивизм и косность… Необразованность и принципиальность…

–Она ведь погибла, да? Я про мать Белькасема… Я что-то слышала краем уха…– словно невзначай спросила Иштар. Этот разговор сильно ее нервировал… На уровне инстинктов, фибров, подсознания она чувствовала волнение… Ладошки потели…

Очевидно, она нащупала болезненную мозоль всей семьи…

–Погибла, да… Но… До этого успела… Ладно, впрочем, не хочу сейчас об этом… Я пойду… Перед отъездом надо переговорить с братом… Он ждет меня в городе…

Иштар молча кивнула… Остаться сейчас один на один со своими мыслями было лучшим вариантом на вечер…

Глава 4

-Госпожа Иштар, этот круглый стол очень важен для нашего университета, мы были бы счастливы, если бы Вы приняли в нем участие. Извините за поспешность, просто идея о его проведении возникла спонтанно не было возможности предупредить Вас раньше,– услужливо, несколько заискивающе хлопотала рядом декан факультета международных отношений Университета Касабланки.

–Нет, принципиально я за, просто… Не понимаю, при чем здесь международные отношения и опустынивание, Вы уж поймите, моя специальность довольно узкопрофильна…– растерянно отвечала Иштар, искренне не внимая логике сотрудницы университета.

–Ваше высочество, идея в том, чтобы попытаться проанализировать вызовы для современной модели управления нашим государством, исходящие от пустыни. Будут специалисты, которые выскажутся за антропогенный фактор- проанализируют влияние племенных процессов на власть и политические процессы. Вы же выступите не в роли спикера, а скорее эксперта-аналитика. В случае необходимости, если встанет вопрос из Вашей компетенции, озвучите свое мнение… Нам это очень важно,– искренне, по-собачьи заглядывая в глаза Иштар, добавила женщина,– Вы очень популярны среди местной молодежи, понимаете… Вы друг нашего университета… Мероприятия всегда приобретают совсем другой окрас, когда участие в них принимаете Вы или Ваш супруг…

Иштар про себя усмехнулась. И то правда. Она тут же представила физиономию своей свекрови, если бы та сейчас услышала слова представительницы университета. Впрочем, Ваад- уже пройденный этап… По крайней мере, сейчас змея понимает, что преимущество на стороне Иштар, в всех смыслах, в том числе и в плане внимания и привязанности Луэйя…