Астма (СИ) - Нокс Вероника - Страница 50

— Что у Сэма с лицом? — шепнула я Келли, когда мы остались с ней наедине.

— Не знаю, он не говорит. В начале недели Дэйв и Сэм здорово поругались при мне, когда Сэм заявился в школу с фингалом и запекшейся кровью на губе. Дэйв до сих пор злится на его безответственность.

— Я бы тоже на его месте злилась. Через пару дней им выступать, а их фронтмен все еще выглядит, как побитая собака. Это может сказаться на их репутации. — я немного помолчала. — Как думаешь, с кем он подрался?

— Ну… Я тебе не говорила, но после того, как вы с Дино сбежали с прома, Сэм напился и заявил, что надерет Риччи задницу. Может, после этой выходки с вашей фоткой, он приступил от слов к действию?

— Проклятье! Кажется, у них взаимное стремление.

— О чем ты?

— Дино приходил ко мне в те выходные, пока я болела, и устроил сцену ревности насчет Сэма.

— Ого! С чего это он?

— Долгая история, Дино все преувеличил. С тех пор он больше не появлялся и не ответил ни на одно мое сообщение. Так что я не знаю, что происходит.

— Да уж, держись, Ли. На концерт хотя бы пойдешь?

— А что мне остается? Я же обещала поддержать ребят. К Сэму домой, скорее всего, не поеду. Состояние пока слабое после болезни.

***

В воскресенье мы с Келли приехали в Сан-Хосе на ее машине. Этот город находился в часе езды от Фримонта и был более оживленным, потому что являлся колыбелью Кремниевой долины. Вечерние улицы центра города были наполнены яркими красками.

Клуб Ritz встретил нас на углу перекрестка яркой вывеской фасада с названием выступающей сегодня ключевой группы. На входе у нас проверили билеты, удостоверения личности и напомнили, что распитие алкогольных напитков запрещено несовершеннолетним. После чего мы были пропущены в просторный главный зал.

Здесь уже было много людей, которые столпились у сцены. Были и те, кто стоял в сторонке у бара, столики также были заполнены посетителями. Келли взяла меня за руку и повела вглубь толпы. Мы протиснулись к самой сцене. Начало, как обычно, затягивалось. Но, наконец, парни вышли на сцену и подошли к своим инструментам. Аудитория приветствовала их сдержанными аплодисментами.

Основной свет погас, фигуры парней высветило несколько прожекторов красного и фиолетового цвета — это были цвета группы. По плану ребята должны были сыграть три песни. Мне было любопытно услышать новую песню Сэма, о которой он писал, но ничего похожего в репертуаре не оказалось.

Первым делом молодая рок-группа сыграла кавер на песню популярных исполнителей, чтобы как следует разогреть публику. Затем зазвучала достаточно медленная песня, которая называлась Bandoliers. Стоя на сцене, фронтмен как обычно пребывал в своем вокальном трансе. Я вслушивалась в слова и была уверена, что Сэм поет ее мне.

“Я обманулся,

Обманулся, поверив тебе.

Ну знаешь, все эти выдуманные и приукрашенные истории,

Которые вечно рассказываешь самому себе.

Да, я эгоистичен.

Словно ребенок, не знающий слова "нет".

Я вижу, как все круто меняется, и ты

Уже никогда не найдешь дорогу ко мне.

Вот патронташ,

Чтобы сразиться со мной, дорогая.

Никто не виноват в этом расколе,

Я не могу стать тем, кем я не являюсь.

Но ты навсегда захватила мое сердце.

Так что, если ему суждено разбиться…

Готовься, целься

И стреляй,

Готовься, целься

И стреляй,

По мне, если так и должно быть…”

Все это время Сэм пел с закрытыми глазами, но когда зазвучал проигрыш, он будто очнулся, осмотрел зал и нашел меня. Последние слова он пел, глядя мне в глаза.

“Я пришел

Только чтобы сказать тебе, что

Это прощание.

Прощай,

Прощай,

Прощай.

Готовься, целься

И стреляй,

Готовься, целься

И стреляй,

Но знай, что никто не заставит меня стрелять.

Никто не заставит меня стрелять в ответ.”

Затем ребята стали играть более заводную песню Mind Eraser, которая перекликалась с названием их группы. У песни были затейливые и бунтарские слова, которые Сэм пел на пару с Дэйвом: “Все чего, я хочу это стереть свой разум. Назови мне хоть одну причину, по которой не стоит его терять. Осознание — жестокая вещь, будто обезьяна, отправленная в космос. Знай, теперь я буду твоим опасным побочным эффектом.”

Все стихи в стиле Сэма. Других у него я не слышала за все время. Но толпа вокруг наслаждалась музыкой любимого жанра, а после этой песни ребятам досталась щедрая порция рукоплесканий.

Во время выступления основной группы, Келли дернула меня за рукав.

— Ли, Дэйв написал, что им нужно уладить пару дел и они не смогут встретить нас после окончания концерта.

— Жаль… Я хотела похвалить их. Они большие молодцы!

— Да, но он прислал адрес Сэма. Там будет проходить афтепати. Ты поедешь со мной?

— Не уверена, Келли.

— Ну, пожалуйста! — подруга сложила руки замком. — Заодно ребятам скажешь все, что думаешь о выступлении…

— Ох, ну ладно! Только ненадолго.

После концерта мы заехали домой к Келли, оставили там ее машину, а затем отправились пешком в соседний квартал, к дому Сэма. Вечерняя погода шептала теплым ветерком, так что мы решили прогуляться. Подруга развлекала меня рассказами о прошедших за две недели событиях. Я вдруг поняла, как соскучилась по ней. Что ни говори, актерский талант Келли позволял ей сделать любую историю живой, забавной, интересной. Даже если это был обычный рассказ о том, как она со второй попытки сдавала математику свою тетрадь, случайно забытую в мужском туалете. Почему в мужском? Это уже совсем другая история — более увлекательная, надо думать.

Я не заметила, как под ее болтовню мы преодолели весь путь. Дом был одноэтажным и достаточно большим. Внутри было уютно, царила непринужденная обстановка и играла приятная негромкая музыка. На вечеринку набралось много человек: ребята из школы, друзья Сэма из гаража для репетиций и еще какие-то незнакомые люди, пришедшие, видимо, из клуба. Завидев виновников мероприятия, Келли тут же потащила меня к парням.

— Вы играли супер-круто! Весь зал был ваш! — воскликнула она, ткнув Сэма кулачком в плечо, а затем прыгнула в объятия Дэйва.

— Спасибо, Кей! — музыкант просиял, он был рад заслуженным похвалам. — Что будете пить, девушки? Может, маргариту?

— Да, конечно, Маргариту! Ли тоже будет! — Келли многозначительно на меня посмотрела. — Сегодня ведь особенный случай, да?

— Да… Этот успех нужно отметить, — я нервно улыбнулась.

Мне было неловко прослыть "синим чулком" перед друзьями. Выпью один бокал для галочки и все.

Кто-то выключил музыку и поднял тост за группу. Затем кто-то еще попросил сыграть на бис. Парни стали отмахиваться, мол, они устали и хотят отдохнуть. В конце концов, Дэйв сжалился над публикой, подключил свою электрогитару и стал играть импровизацию, усевшись на подлокотник кресла. Один из гостей включил на телефоне биты, а Дэйв пытался подстроиться. Получалось вполне неплохо и даже зажигательно. Его тут же окружили. Келли понеслась в толпу танцующих.

— Давайте сюда, народ! — позвала она.

— Мы сейчас! — Сэм дотронулся до моего предплечья и добавил. — Не хочешь еще одну маргариту?

Я нахмурилась. От выпитого бокала меня уже повело. Голодный желудок давал о себе знать, а, может, виноват недавно пропитый курс антибиотиков.

— Нет, спасибо, Сэм. Я ненадолго, скоро пойду.

— Значит, мне так и не удалось тебя очаровать?

Парень обаятельно улыбнулся, при этом состроив милую щенячью рожицу. Ссадины на брови и губах усиливали эффект. Ну просто прелесть! Я расплылась в лучезарной улыбке.

— Ты самый очаровательный рок-музыкант, которого я знаю, Сэм!

Фронтмен просиял, а затем наклонился к моему уху.

— Я пел для тебя, Лина. Даже если мы закончили, не начав… Я бы хотел, чтобы ты знала, как я к тебе отношусь…