Печать мастера (СИ) - Ри Тайга - Страница 17

– Чего ты хочешь, малец? – сир Блау был пьян, но глаза смотрели цепко и почему-то зло.

Хмурый Наставник складывал пальцы в жест за спиной сира, показывая – но Коста не смог рассмотреть, что.

– Ну? И не мешай ему, – резко бросил Блау мастеру Хо. – Сейчас он не твой ученик, он такой же член отряда, как и ты. Он – мой.

– Перед последним спуском принято говорить о последнем желании, если кто-то не сможет вернуться, – подсказали ему за столом.

Не сможет вернуться? Пройдя десять уровней? Он точно намерен вернуться!

– Чего ты хочешь, малец? – толкнули его сзади по – дружески. – Проси у сира!

– Больше всего хочешь!

Коста облизнул губы, охватил взглядом весь отряд за столом, напряженного Наставника, и чуть заплетающимся от морса с самогоном языком выдал чистейшую правду.

– Хочу оставить след в Хрониках.

Наставник Хо беззвучно хлопнул себя рукой по лбу и поднял глаза вверх, прошептав что-то беззвучно. Все начали ржать через пару мгновений, так, что столы сотрясались от хохота.

– В хроники…

– Та погляди, чего захотел… а мы фениксы, фениксы…аха-хха….

– Малец не дурак….

– Ахахаха… в хроники захотел…

– В хроники попадают мертвые! Хочешь умереть? Можем устроить…

– Хро-ни-ки, – твердо повторил по слогам Коста. – Этого достаточно.

– Это не во власти сира, попроси что-то другое, – вмешался мастер Хо.

– Почему же? – Бородач Блау басовито захохотал. – А ведь я – могу! Могу! В отличие от тебя, – добавил он язвительно, – это в моей власти. Дать твоему ученику то, чего никогда не сможешь ты…

– Вэйлиент.

– Я дам ему возможность, – повторил сир жестко, глядя прямо в глаза Наставнику. – Посмотрим, какого ученика ты вырастил, Хо!

Разговоры за столом мгновенно стихли.

– Вэйлиент!

– Я обеспечу тебе место в Хрониках, малец. Если окажешься… достоин, – серебристая вспышка плетений ярко сверкнула в воздухе. – Слово. Блау.

Глава 7. Видеть суть

Северный предел, старый город

Двенадцатая декада с момента начала «зачистки»

– Один, два, три, четыре… девять, – Коста потряс головой, вывалил уже перетянутые лентами свитки пергаментов с бирками прямо на стол, и начал считать повторно, откладывая по-одному в сторону. – Раз, два, три… девять. Девять!

Должно быть десять! Одного уровня не хватает! Куда делся ещё один? Через тридцать мгновений их ждут в ратуше!

Косты закрыл глаза, выдохнул, и начал считать ещё раз.

Свитки уровней, схемы и планы готовили за декаду и сегодня представляли в магистрате. Утром Коста так и не смог проглотить ни ложки – первый раз за свою короткую жизнь.

– Раз, два, три…

– Хо-хо-хо, хо-хо-хо… светило ходит высоко, хо-хо-хо, хо-хо-хо… – Наставник Хо в свежем верхнем халате, подвязанным праздничным витым поясом – по такому случаю, спускался с лестницы, помахивая в воздухе трубочкой свитков, стянутых…

– Десятый! – Коста выхватил драгоценность, упаковал в плетенный баул к остальным, и затянул ремень. Мастеру доверять сегодня нельзя – старик вел себя странно – улыбался, встал раньше зари, сам сходил в пекарню за завтраком, и потом сам – не дав ему даже протереть вывеску, лично приладил на флигель пекарни доску – “Лавка имперского мастера-каллиграфа Хо”.

Каждая карта уровня уже была помечена сразу тремя печатями – три уровня проверки – печать сира Блау, клановая, печать мастера-каллиграфа Хо и маленькая закорючка «К», которую ему разрешили поставить в верхнем углу каждого свитка. Такая незаметная, что не разглядеть, если не присматриваться, но Коста знал – и этого было достаточно.

Если магистрат примет планы катакомб – его “К” войдет в Хроники.

– Одиннадцатый – принято… двенадцатый – принято… семнадцатый… двадцатый…

Коста затаил дыхание, наблюдая, как поочередно к планам прикладывают печати, оставляя оттиски силой – заклинатель Блау, мастерская печать Наставника Хо и третьей – к свитку прикладывает свой перстень Первый помощник градоправителя.

Весь вчерашний день почти от зари и до зари команда спускалась вниз, чтобы сравнить карты уровней и проверить повороты.

– Принято.

Северный предел, поместье рода Блау

– Вот. Твой последний заказ, малец. Я давал слово.

Первая линия защиты сияла серебром, купол было видно едва-едва, но Коста затаил дыхание, не в состоянии представить, сколько свободной силы сейчас переливается перед ним в воздухе.

Ворота поместья Блау высотой в четыре его роста покосились, обуглились по краям и были испрещены следами плетений – Коста насчитал четыре вида повреждений – режущие, молнии, секущие и черные точки от огня.

Наставник Хо шумно выдохнул.

– У Хэсау сейчас не лучше, – сварливо ответил Блау. – Вонги как следует потрепали их, и нужно ли говорить, что причина жива и здорова?

Наставник Хо сплюнул на снег и задрал голову вверх. Надпись “Поместье рода Блау”– покосилась, треснула пополам и золотые штрихи почернели.

– Защита выдержала, – в голосе Блау звучала усталая гордость. – И это только одна линия. Если алтарь накопит сил…через несколько зим можно будет наметить второе кольцо. И замкнуть полностью… зим через сорок, я надеюсь.

– Несколько зим? – мастер Хо подобрался. – Вы назначили дату ритуала?

– Ещё не выбрали. Отец хочет уйти спокойно, убедиться, что я удержу клан и… – сир Блау закончил говорить так тихо, что Коста не расслышал последние слова унес ветер.

– Нет, Вэйлиент, – наставник упрямо качнул головой. – Я уже отказался. Я должен портрет тебе, но я не рисую детей, особенно породнившихся.

– Это не было моей просьбой, Хо. Это приказ отца.

– Нет, Вэйлиент, – ещё тверже и резче отказался мастер. – Я сказал – нет.

Сир Блау сделал короткий жест в сторону мага из тройки сопровождения, и прежде, чем Коста сообразил – плетения сверкнули в воздухе, и он так и застыл с приоткрытым ртом, скованный “стазисом”.

– Ты переходишь границу, Вэйлиент! Это мой ученик!

– Вонги в городе, – произнес Блау размеренно, рассматривая крышу поместья вдали. – Ваш контракт с родом Блау истекает завтра. Я отзываю защиту рода. Решай. Два заказа – один для тебя, один – для твоего ученика, и мы продлим защиту и возьмем виру на себя.

– Я не рисую детей, Вэйлиент, – прошипел Мастер. – Я знаю, кем ты меня считаешь, но даже у такого как я, ещё остались принципы.

– Три заказа вместо двух. Алтарная доска, ты знаешь, что такое алтарный зал, малец?

Коста не смог бы кивнуть, даже если бы захотел.

– Мне нужна надпись, которую я повешу над входом – перед спуском в алтарный зал. Чтобы каждое поколение тех, кто переступает порог помнило эту простую истину. И оплачу очень щедро, Хо, не из казны клана.

– Я не рисую детей!

– Три заказа, и подорожные на две зимы, что мастер-каллиграф Хо находится под защитой рода Блау. Три заказа, возьмешь свой и я отдам доску, – сир Блау поднял голову глядя вверх, – твоему ученику. У нас есть краски, – процедил сквозь зубы Блау. – У нас есть доска, шрифт, и каллиграф. Два клановых каллиграфа! Но я отдам заказ мальчишке. Я обещал? Обещал. Он войдет в хроники. Хроники рода Блау. И никто не сможет сказать, что я не держу слово.

Клановая доска? Заказ? Писать? Ему? Он ещё даже не сдал официальный экзамен на Младшего каллиграфа и не сменил ученический жетон!

– Нет.

– Возьми заказ, Хо.

– Я сказал нет, Вэйлиент.

– Тогда убирайся с моей земли. Раньше, чем ты доберешься до въезда в город, там уже будут ждать Вонги.

Коста почувствовал, как его сразу бросило в жар – спину вспотела. Вонги – в городе? Вонги?!

Мастер молчал долго. Так долго, что у него затекли ноги и шея от неподвижности и начали неметь кончики пальцев.

– Вы пожалеете об этом, сир, видит Великий, – произнес Наставник Хо через пять мгновений и склонился в полном поклоне. Таком низком, что почти подмел снег рукавами. – Три зимы. Я хочу свиток с защитой на две зимы на территории Северного предела и на одну зиму – для предъявления на остальных клановых землях, и два заказа для моего ученика. А третий… принуждение заказом не считается. Какой заказ выполнять я решаю сам.