Печать мастера (СИ) - Ри Тайга - Страница 109

– Приют тот же остров, – Пятый оглянулся на тропинку – но Шестнадцатый пока не появился, и развернулся к Семнадцатому, омывая ладони в воздухе и стряхивая на землю. – Руки мои чисты, сегодня я отдал все долги. Мне все равно, ты будешь третьим или не ты… Но тебе я должен, и я по крайней мере знаю, каких подлостей от тебя ждать…

– Сначала свои проблемы с Восьмым учеником реши… прежде, чем лезть в мои, – Семнадцатый стянул полотенце с плеча и стеганул Пятого, но тот ловко увернулся.

– Не твое дело, идиот…

– Сам идиот! Тупой слизень!

– Тихо… – Пятый напрягся – ему показалось, что скрипнула дверь одного из домиков.

– Поклянись, – Семнадцатый схватил его за шиворот халата и потряс, – поклянись, что не соврал ни единым словом, что Наставники так и сказали… что новенький будет, как Второй ученик…

– Клянусь, – задушено прохрипел Пятый, пытаясь освободиться. – Подумай сам, сколько нас было вначале? Сорок восемь. Последнюю партию привели три зимы назад, когда пришел ты… сколько нас осталось? Сколько?

Семнадцатый молчал, внимательно всматриваясь в глаза Пятого.

– Ты хочешь быть Помощником, но тебя не возьмут, даже не допустят до соревнований за место, потому что кроме силы, у тебя ничего нет, ты не тянешь…

– Я вырос в приюте, где мне учиться, – тихо рыкнул Семнадцатый.

– Поэтому тебе никогда не догнать их… самому. Подумай сам, даже такой тупой как ты, способен додуматься, что если его взяли – есть причина… Наставники не будут врать…

– Жизнью клянись, – потребовал Семнадцатый. – Жизнью и силой, что если ты соврал, тебе никогда не покинуть островов, что ты сдохнешь тут, и морские птицы сожрут твое…

– … клянусь! – Пятый наконец вывернулся и сдул с потного лба волосы. – Видит Великий… Тихо… – Пятерка обернулся, насторожившись – дверь скрипнула, Шестнадцатый, щурясь, вышел на крыльцо. – Уходи, пока…

Но Семнадцатый оттолкнул Пятого, и направился к домику.

– Тройка? – Семнадцатый насмешливо улыбался, стоя на одну ступеньку ниже – и так они были почти одного роста. – Это тебе предложил Пятый? Дружба? Поддержка? Ты здесь никому не нужен, ты здесь новенький, у тебя рейтинг ниже некуда? Это?

Коста молчал – глаза слезились от света после карцера и он смаргивал, чтобы лицо соседа не расплывалось перед глазами.

– Мы не такие… мы похожи… Это? Ты думаешь он просто так подставился и попал в карцер? По дружбе? Почти три зимы назад, когда меня забрали на острова, этот слизень говорил мне тоже самое… – Семнадцатый презрительно сплюнул под ноги. – А потом продал, когда это было ему выгодно. Ты не тупой, раз тебя взяли, удержишься здесь или нет, покажет время, но ты многого не знаешь… И пока – самое главное – никогда, ни при каких обстоятельствах, даже если будешь умирать, не стоит доверять Пятому… Тогда, когда ты будешь больше всего нуждаться, он всадит нож тебе в спину. – Возвысил голос Семнадцатый так, чтобы было слышно далеко, развернулся, забросив полотенце на плечо и ушел к купальням.

Коста вздохнул. Судя по тому, как начиналось утро, день обещал быть очень… очень тяжелым.

Кусты в десяти шагах зашуршали, и из листвы показался сначала край грязного халата, потом светлые штаны, и потом всколоченная шевелюра.

Пятый смотрел на него настороженно. А потом попытался улыбнуться.

Остров знаний, основной корпус, крыло Наставников

Кабинет куратора по боевой подготовке и развитию

– Будешь?

Сейши отрицательно качнул головой, потирая виски – ночью, вместо того, чтобы спать, он поднимал данные архивов по ученикам за последние двадцать зим, запрошенные на Главный остров.

Шрам подгреб к себе две большие тарелки с завтраком по столу, отставил свои полупустые и с воодушевлением начал есть.

– Есть хоть что-нибудь, что может умерить твой аппетит?

Шрам перестал жевать, задумавшись на мгновение, а потом боднул башкой – нет.

– Падение основного защитного купола? – снова попробовал Сейши.

Шрам боднул башкой ещё раз.

– Если купол уже упал, тем более стоит доесть… а то и не узнаешь, когда снова будешь сытым. Придумал, как наказать Пятого, – Шрам с удовольствием выписывал ножом узоры в воздухе. – Лишу его обеда… Как хорошо вчера вышло…

Сейши покачал головой, поднимая очки к потолку.

– …Хорошо! – Настаивал Шрам довольно. – Дать возможность Пятому подслушать то, что нужно и отправить его за это в карцер… Разве не пример отличной боевой стратегии?

Сейши поперхнулся смехом в усы, и снова покачал головой.

– Пятерка понял, что мы позволили ему узнать это…

– Понял, не понял, не важно, но теперь у нас есть «двойка», – Шрам довольно улыбнулся – лицо скривилось, шрамы натянули кожу. – И будет «тройка». Вечером все в силе?

Вестник появился над столом с неяркой вспышкой.

– Птенчики вышли?

Сейши поймал послание и нахмурился.

– Что, Шестнадцатый, не вывез? А я говорил, что ему для первого раза и дня много будет… нет, надо проверить устойчивость, надо проверить устойчивость… ты доиграешься однажды… хорошо ещё, что наказание сократили… целителя вызвали? За два дня на ноги поставит, – чавкнул Шрам сыто.

– Вывез, – очки ярко блеснули в холодном утреннем свете. – Нам не пришлют записи.

Шрам поднял голову.

– Записи с карцера запросил Глава, и артефакт отправят туда утренней джонкой.

– Они начали изучать его, – констатировал Шрам, и медленно провел ножом линию по тарелке – но Сейши даже не поморщился от скрежета. – Что у него написано в метрике? Рекомендовано повышение уровня силы? Так же, как у моего Пятого, – нож снова пробороздил, деля блюдо на две неравные части.

– Через зиму, – уверенно произнес Сейши. – Они всегда дают новым ученикам зиму, и только после этого…

– Они. Начали. Изучать. Его, – Шрам отшвырнул от себя тарелку, и с изяществом, которое так редко демонстрировал на публику, промокнул салфеткой уголки губ.

– Рано, – с меньшей уверенностью парировал Сейши.

– Поздно, – салфетка улетела в угол стола, – никого ни разу не брали на курс так поздно. И потом, ты сам знаешь, эти их шекковы эксперименты, – нож с рыком воткнулся в противоположную стену, войдя почти по рукоять. – Займитесь контролем.

– Сам займись. Тебе контроль не помешает. – Сейши ответил не сразу, занятый плетениями вестника – запрос управляющему на Главный остров Арров. И потому что не желал обсуждать то, что обсуждали уже не раз.

Что Пятый, если бы не «эксперименты с уровнем силы», сейчас вполне мог бы быть его учеником, и учеником вполне успешным. Что контроль Пятого под большим вопросом – и эта проблема вряд ли имеет решение, и что жизнь Пятого напрямую зависит от контроля. И что, если они решат повторить эксперимент с Шестнадцатым…

– Глава сказал, что у меня есть одна зима, чтобы привести его… подтянуть его… – твердо повторил Сейши. – Не ранее.

Шрам поднял вверх голову, прислушиваясь – и отошел к окну, одернул шторы, распахивая окно. И закурил, нашарив рядом шкатулку с южным узором сверху, в которой плотными рядами были уложены коричневые пахучие палочки.

– Трубят… – Шрам выпустил колечки плотного дыма вверх и перевернулся, подставив утренним лучам светила другое плечо.

Далекий звук горна вибрировал воздухе, таял и поднимался в голубое небо – прямо к сияющему куполу над Октагоном.

– А если все же… они начали обработку мальчишки… что будешь делать? – прищурился Шрам, снова выпуская дым.

– Тебе нельзя курить, тем более это, – с неудовольствием ответил Старик, морща нос – едкий сладковатый запах щекотал ноздри. – Целители тебе запретили. После южной кампании у тебя поллегкого осталось, когда тебе разворотили все остальное «режущим»…

– Когда это было… – легко откликнулся Шрам. – И лекари вечно запрещают все, что делает жизнь хоть чуть-чуть лучше и сноснее…

– Тебе нельзя курить, – жестко повторил Сейши. – Сколько этих палочек нужно, чтобы обменять на них зиму? Это того стоит? Сходи к Целителям Душ. Помимо того, что это – слабость, такой примитивный способ личного самоубийства…