Порочные чувства (СИ) - Гауф Юлия - Страница 15

— Правда?

— Правда, — он огладил мою шею, задрав мою майку выше груди. — Я не заставляю.

Эти слова приободрили меня. Кажется, Марат не злится, что я не полечу с ним в незнакомое место.

Но радость моя была недолгой. В голову пришли сразу две мысли, и обе — крайне неприятные.

Четыре дня. Я уже буду на стимуляции, а значит, смогу забеременеть.

А еще… еще Марат говорил, что ему часто нужен секс. И вчера я в этом убедилась. Он не трогает меня сейчас, через четыре дня он улетает, и может оставить меня здесь. Но полетит ли он один?

— Если не полечу я, то ты возьмешь кого-то другого? Точнее… другую? — приподнялась я на локте, и всмотрелась в его лицо.

— Да, — спокойно ответил он.

Глава 16

— Привет. Ты съезжаешь?

С Кристиной я столкнулась у подъезда. Она недовольно взглянула на мой чемодан, и вопросительно наморщила лоб.

— Нет, просто на пару дней уезжаю. Наверное.

— С Маратом?

Я кивнула.

Разумеется, я согласилась с ним полететь. Все это начало меня раздражать. Почему-то я всегда находилась в зависимом положении от самых близких мне людей. После прилета в Бразилию я выяснила, что отныне моё имя — Паулина. Папа с мамой тоже жили под чужими именами, но дома они называли друг друга так, как привыкли. Мне же заявили, что я для них даже дома буду Паулиной.

Как же это меня обидело! Наверное, это была единственная война, которую я объявила своей семье. И ни их нравоучения, что я могу проболтаться о настоящем имени, ни заявления, что я всего лишь глупый ребенок, не помогли. Свое имя я отстояла.

А в остальном… в остальном всё и всегда получалось не в мою пользу. Именно когда дело касалось близких. А Марат мне, хоть и незнакомец, по сути, но ближе некуда.

Да, я сама согласилась быть с ним. Взяла деньги, приняла правила игры. Но я начала уставать от зависимости. Он, конечно, дал мне выбор — лететь с ним, или нет, но это мнимый выбор. Как и всё, связанное с этим мужчиной.

— Я заходила за Ками, — подруга опустила глаза. — Ты прости меня, ладно? Я сама не ожидала, что так получится. Всё в один день навалилось. Ой, ты, наверное, опаздываешь?

— Я машину жду. Вышла пораньше из дома.

— В общем, прости. Я дважды заходила к тебе, стучала. Думала, ты больше не захочешь со мной общаться, — продолжила виниться подруга.

— Я по магазинам бегала. Наслаждаюсь жизнью дорогой проститутки, — невесело усмехнулась я, и притянула к себе Кристину. — Все нормально, Крис, — обняла я её, — даже удачно вышло, что я не смогла пойти на ту встречу с Маратом. Я никакая была. И я не сержусь. Плечо болит?

— Ноет. Но терпимо. Мой Вовка ноет гораздо сильнее, — хихикнула она. — Сочиняет, что видел свет в конце тоннеля, но я этот свет загородила собой, и силком утащила во тьму. Глючило его от наркоза, до сих пор «вертолеты» ловит. Кстати, я когда заходила за Ками, Марата видела твоего…

— Не моего, — перебила я.

Какой же Марат мой, если на четыре дня пропал? Понятно, что у нас не любовь, но… бесит! Просто, черт возьми, раздражает! Значит, в обычном состоянии мной можно по три раза на день пользоваться, а когда я не могу заниматься сексом — можно забыть обо мне, отправив только одно сообщение, во сколько за мной заедет?

Он-то явно эти четыре дня не скучал.

В висках гневно застучал пульс, стоило представить, как Марат провел эти дни — точно один не был. Пока я как примерная содержанка покупала дорогие платья и сумочки, чтобы не опозорить его там, куда он меня везет.

И ведь даже не соизволил сказать — а куда мы, собственно, летим!

Хотя… а чего я хотела? Чтобы Марат меня за ручку эти дни держал, спрашивал о самочувствии, и подробно рассказывал, как мы будем проводить время в другом городе? Ах, да, еще в верности чтобы поклялся, да?

Глупость. Но успокоиться я не могу с той самой ночи. И каждый день настроение только ухудшается от полного понимания своей роли.

— … вот! — выдала Кристина, взглянув на меня.

А я все прослушала.

— Прости, что?

— Я говорю, что Марата твоего стопроцентно видела раньше. Помнишь, в такси ехали, я его фотки разглядывала — знакомым показался. А лично столкнулись, и поняла — не показалось мне. Видела.

— В новостях или в сети ты его и видела. Я читала, что он огромные суммы на благотворительность отдает. Может, мелькал где-то, — отмахнулась я.

— От налогов уходит, отсюда и благотворительность. Он какой-то, — Кристина сморщила нос, и выдала: — жуткий. Зря ты с ним связалась, у меня плохое предчувствие. И я не в новостях его видела, мне бы вспомнить. Лицо ну очень знакомое. Насчет своего прошлого совета взять его в оборот — беру его обратно.

— Ладно, — я увидела, как в наш двор въезжает машина, и подмигнула подруге на прощание, — раз ты настаиваешь, то твоему прошлому совету я не стану следовать. И Марат Соколовский лишится такой потенциальной жены, как я. Печально, да? Я-то уже настроилась, платье присмотрела свадебное. Но когда предложит мне руку, сердце и миллионы — я его пошлю!

Крис фыркнула, подняла с асфальта полиэтиленовые пакеты из продуктового, чмокнула меня в щеку, и пошла к подъезду. А я — к машине. Ясно же за мной приехали. Жильцы нашего дома на авто такого класса катаются хорошо если на свадьбе.

Марат вышел мне навстречу, кивнул, и молча забрал чемодан, набитый одеждой, обувью и аксессуарами. А еще, в его глубине спрятана коробочка с ампулами, с которых я битый час оттирала название препарата. Так, на всякий случай.

— Привет, — поздоровалась я, когда уже села в машину. — Думала, у тебя есть водитель.

— Есть. Предпочитаю сам водить, когда могу, — бросил он.

Мы выехали из двора, и свернули на дорогу.

Моя противоестественная злость на Марата не желала утихать. Наоборот — с новой силой загоралась во мне, рождая непреодолимое желание… не знаю, чего. Накричать? Заявить, что я никуда не лечу? Сказать, что все, хватит с меня?

Вряд ли он расстроится. Откроет машину, и скажет, чтобы проваливала. Вызвонит кого-нибудь из своего гарема, и полетит с ней. Вот только… ну почему он остался со мной в ту ночь? Помогал, рядом был, а потом дал понять, что я — так, ничего особенного, и пропал.

— Что-то не так? — соизволил Марат задать вопрос.

Я тихо выдохнула, и заставила себя улыбнуться ему.

— Все отлично. Как ты провел эти дни?

— Как обычно. Работал.

Как я провела эти четыре дня Марат спросить не захотел. Ничего удивительного, зачем интересоваться тем, что не интересует?

«Хватит, — приказала я себе, понимая, что сейчас сорвусь. — Нельзя выставлять себя идиоткой! Это даже хорошо, что ему плевать. Для меня же и хорошо. Ему нужен секс, мне — ребенок, не буду забывать об этом. Пусть как хочет, и с кем хочет проводит время»

Дальше мы ехали в молчании. Пробок не было. Марат смотрел не на меня, а на дорогу. В аэропорте мы прошли мимо всех в отдельный зал, из которого нас сразу вывели на поле, и до самолета мы добрались за пару минут.

— Куда мы летим?

— В Красноярск.

— Надолго?

— Как получится. Может, на день. А может, на неделю.

Салон самолета почти пустой. Здесь всего-то восемь сидений и два дивана. Летала я пару раз в жизни, и это были огромные махины, забитые людьми. А здесь только я, Марат, улыбчивая стюардесса в красной строгой форме, и двое мужчин с ноутбуками, о чем-то тихо переговаривающиеся.

— Садись напротив, — Марат повернул сидение, и кивнул на него.

— Это частный самолет?

— Да.

Оратор из Марата бы точно не получился. Такое ощущение, что ему слов для меня жалко.

— Я думала, что такие люди как ты летают на частных самолетах ну… с массажным столом, кроватью, плазмой, — неопределенно повертела рукой, описывая виденную мной в одном фильме сцену. — Здесь такое есть?

— Массажных столов здесь нет. Я часто летаю со своими менеджерами и безопасниками. А кровать есть, — Марат провел ладонью по своей шее, и лениво усмехнулся. — Взлетим, и пойдем.