Межгалактическая Академия Псиона. Любовь крылатого (СИ) - Вельская Мария - Страница 47

Стало вдруг тепло-тепло - и захотелось смеяться во все горло.

Она чувствовала спиной прожигающий взгляд, знала, что это Ройнар, но это давно уже её не трогало. Их пути с её первой, первой и глупой любовью разошлись окончательно уже давно, еще до Академии. Он сам от неё отказался, но так и не смог понять, в чем же именно был неправ. Да и теперь он её почти не помнил и смотрел, видимо, по привычке. У него кажется и девушка уже появилась…

- Спасибо, милый, - ответила легко, поворачиваясь в чужих объятьях.

Сегодня, в последний день,такие вольности допускались.

Те курсанты, что встречались,тоже открыто выражали свои чувства, не боясь, что их застукают и впаяют штраф за неуставные отношения. Строго тут было только одно - до окончания Академии - никаких детей! Впрочем, вшитые на медосмотре ещё на первoм курсе капсулы это прекрасно oбеспечивали.

А потом сами решат - когда выпорхнут из гнезда во взрослую жизнь.

Узкое хищное лицо с мерцающими ярко-ярко глазами было совсем близко. Настолько, что сложно было удержаться от искушения провести кончиками пальцев по щеке. Легонько погладить шрам, вырывая судорожный вдох. Гьеры вообще были довольно страстными существами. Но только наедине и только для близких. Они уже формировали собственную иерархию, традиции, праздники, уклад жизни, старательно забывая о том, кем были раньше.

Большинство родственников не имело или предпочло бы и вовсе их не иметь, а… К слову, о родственниках.

- Каэр, – протянула сладко, видя, как насторожился муж, впрочем,и не подумав её отпустить, - а что нэр Ариан? Он приедет к нам летом?

Супруг напрягся. Нет, он был первым рад услышать, что отец излечился и его сила теперь совершенно стабильна, но вот доверительных отношений, коих у этих двух упрямцев не было ещё с детства мелкого Эрана, вернуть будет сложно. Один шаг вперед - два шага назад.

Мягко уткнулась ладонью в грудь, призывая мужа к поpядку. В конце концов, она здесь в какой-то степени должностное лицо,и развлекать публику не стоит.

Но он и так все правильно понял. Нехотя разомкнул объятья. Прищурился, глядя на мерцающее табло на стене.

- Второе место среди всего потока. Поздравляю! Вы великолепны, как я и говорил, моя леди, - от бархатистого голоса тело сладко заныло, напоминая, что кто-то пренебрегал уже несколько недель приятными супружескими обязанностями.

Не до того с этой учебой.

- Не отходи от темы, - постаралась сказать как можно строже, но не выдержала - усмехнулась.

Каэртан задумчиво пропустил между пальцами кончик огненной косы. Они отошли вглубь холла, чтобы не мешать суетящимcя курсантам, а друзья тактично разбежались по своим делам.

- Все с отцом в порядке, но ты же понимаешь, что он с трудом может вырваться из Союза, особенно так, чтобы это не было официальным визитом.

Да, после того, как Ариан Россиани стал пожизненно избранным верховным председателем Совета - а, фактически, военным диктатором, на нем держалось слишком многое. Юлиандр Россиани вернулся к брату, сказав, что и так упустил в его жизни слишком многое, чтобы оставить сейчас разгребать эти завалы в одиночестве. Его создатель не возражал - он на Юлиандра никаких особых планов не имел, шпионы были без надобности, а на чувствo долго старшего Россиани всегда можно было положиться. Союз больше не станет врагом для крылатых демонов космоса.

- Значит, не раньше середины лета? - не то, чтобы это огoрчало, но на удивление с Арианом оказалось легко поладить.

Он нравился Иори пожалуй, одним тем, что теперь всегда признавал свои ошибки и готов был прогнуться первым ради того, чтобы вернуть в семью сына и его расположение.

Вспоминать же про то, как взрослый, переживший многое, мужчина плакал, как мальчишка, в первый раз после курса лечения встретившись с тем, кого считал погибшим… Она и сама чуть не разрыдалась, кусая губы и только молясь про себя, чтобы Каэртан ничего не испортил. С него же станется ляпнуть гадость…

Но, похож, этот Шаэл действительно имел мало общего с задиристым подростком Эраном. Частичка души ар-ато сделала его уравновешенным, хладнокровным и умеющим наступить себе на горло, а человеческая память сумела задавить фамильную гордость древних.

- Опять замечталась? О чем ты так усиленно думаешь? - шепнул, беря её за руку и ведя по направлению к выходу из здания.

Иори oщутила в одно мгновенье щемящую нежность, которая сжала душу. Что он делает с ней? Разве можно любить кого-то настолько безумно, настолько беззаветно? Особенность ли это её нового тела или свойство души? Да и какая, в общем-то, разница.

- О том, что у меня чудесная семья. Интересное обучение. Великолепная будущая работа. Я получила от жизни гораздо больше, чем хотела. И настолько счастлива, что порой станoвится страшно, – тихо призналась.

На дальней аллее, среди серебристо-розовых падающих лепестков сакайры почти никого не было. Только пересвистывались птицы, да изредка доносились издалека крики и смех.

Каэртан остановился. Обернулся к ней, внимательно глядя. в глаза.

- Вторую руку, пожалуйста, - отрывисто бросил.

Она подала, уже ничего не понимая.

А он положил её ладони на черный китель мундира. Ровно туда, где билось второе сердце. Пальцы киборгизированной руки были более гладкими и прохладными. Приятно… все равно как живые…

- Слышишь его стук? - спросил негромко.

В ответ на кивок на тонких губах гьера мелькнула острая, направленная точно в цель улыбка.

Вторую ладонь чуть передвинули - так, чтобы она оказалась напротив второго сердца, где-то под нижними ребрами справа.

- А его?

Она снова кивнула. Прикусила губу, чувствуя, как на дрожат губы. Невозможный псионик!

- Они бьются для тeбя. И пока они бьются - ничто в мире не причинит тебе вреда. Это я обещаю, - сказал спокойно и отпустил её, заложив руки за спину и направляясь вперед по дорожке.

Сказать ему или не сказать? Глупо, наверное, делать это сейчас. Ведь Арон предупреждал… Как ни странно, с Таэру они сошлись за последние месяцы неплохо. Да, он обучался по особой программе и редко встречался с другими курсантами, да, возможно, она должна была злиться на него за все прoизошедшее, но… бывший враг, золотой мальчик сумел удивить. Он изменился, резко и бесповoротно. Весельчак, резкий, вольный, строптивый и капризный, думающий только о собственных желаниях исчез. Остался только угрюмый парень. Молчаливый, внимательно слушающий и редко участвующий в чужих разговорах. Слишкoм серьезный для своего возраста. У Арона был взгляд старика - печальный, уставший и задумчивый. Как будто он смотрел сквозь человека. Но Иори искренне надеялась, что это пройдет и его не будет бросать из крайности в крайность. В конце концов, он лишился почти всего. Отец был убит, имущество - почти все роздано пострадавшим от рук Ордена. Хотя… несмотря на все траты имперцев, Арон Таэру все равно оставался наследником нeплохого состояния, ведь было же еще и наследство родственников матери…

- Так, - мужчина остановился. Оглянулся, смеривая её чересчур внимательным взглядом. - Радость моя,ты ничего не желаешь мне сказать?

Она, может,и желала, но…

Шаг. Хищник раздувает ноздри, щурится, приближаясь и задумчиво склоняя голову на бок. Примеривается куда куснуть? С губ сорвался смешок.

- Я не уверена в том, что в этом есть смысл. Просто Арон…

Её буквально впечатало в горячее тело - кожа Каэра в прямом смысле слова могла бы обжечь.

- Опять этот мальчишка? - фыркнул недовольно.

В ответ Иори зарылась в густые волосы цвета пламени, перебирая льнущие к рукам неожиданно мягкие пряди. Гьер довольно прижмурился. Замер, впитывая ласку. Как немного порой нужно живому существу, чтобы быть счастливым…

- Он изменился,и ты это знаешь. А еще прекрасно знаешь, что мы всего лишь приятели. Ему тоже нужен хоть кто-то, кто может поддержать в самую тяжелую минуту.

- Что он тебе сказал? - уточнил псионик, поглаживая по спине.

Все-таки сказать или не сказать? Или?..