Новые земли (СИ) - Энсвер Файнд - Страница 54

Примерная картина, надеюсь, понятна. На дне я ничего конкретного не искал, смеялся периодически от самой ситуации, ну а яйца почесать — это святое. Так сказать, внести немного мужской романтики. В общем, я всеми фибрами души пытался продемонстрировать невероятно интересное занятие, чтобы, если и есть в этом дырявом царстве первобытная принцесса, то она точно проявит соответствующее внимание. Выглянет выше обычного, что-нибудь крикнет, ну или на крайний случай что-нибудь кинет. А раз ничего такого со мной не произошло, то и выводы здесь очевидны. Либо здешний обитатель невероятно терпелив, либо это моя паранойя. На самом же деле здесь никого нет, а я просто час чесал яйца.

Впрочем, попытка не пытка. Особой грусти я не испытал, зато со вновь появившейся уверенностью смело двинул в сторону необычной постройки. Если и теперь на меня никто не обратит внимания, то уж точно никого внутри нет и я зря переживаю.

На всякий случай сделав короткий реверанс прямо напротив хижины с красной тряпкой, я наконец-то выбрался на берег. Из-за неопытности забраться на практически отвесную, но изрядно дырявую скалу получилось не с первого раза. Ну а когда я всё же это сделал, отдельный вполне приемлемый подъём, который точно не дело рук здешней матушки-природы, пришлось напыщенно проигнорировать, «разумно» предположив, что так и было задумано.

Проявив последний оплот вежливости и издав традиционный «тук-тук» по плоской части всего строения, меня встретила только тишина и пульс в районе костяшек. Более меня ничего не останавливало от проникновения на чужую территорию, ну а если прижмут, я даже в таком месте смогу конкретно надамажить. Метровое копьё и свободная рука были моей дубиной «дружелюбия», так что к неожиданным поворотам я был готов, даже если это не девушка с длинными ногами, а примат с два шкафа.

Та самая красная тряпка, которая привлекла моё внимание была именно тем, что я и предполагал. Это или такой ковёр или кто-то таким странным образом пометил своё жилище. К слову, на платье оно тоже похоже, если присмотреться. Сам вход меня встретил приятным диоровским ароматом из старой коллекции. Так ещё «пахнут» немолодые, но очень достойные в своём телесном оздоровлении дамы, которые каждую минуту своего роскошного существования тратят на поддержание с каждой минутой угасающей формы.

Запах на входе меня изрядно удивил своей современностью, но излишне было думать, что здешняя жительница из человеков. Совпадение, не более. Различных запахов ещё в лесу я наулавливал, так что даже смутно могу представить, что такого тут намешано, так похожего на дорогие благовония. Сама же обстановка в жилище наоборот намекала, что всё же живёт здесь далеко не красотка, хоть и бальзаковского возраста.

Дыр внутри на порядок больше, чем можно увидеть снаружи. Каждая разделена на отдельные комнаты, огороженные какой-то вязанной травой по типу занавесок. По всюду валяются куски разноцветных тряпок, напоминающие шёлк на ощупь. И как бы общий вид беспорядка не вносил мысли по поводу потенциально небрежного существования какого-нибудь мужлана, была в этом месте одна очень женственная черта. Всё до безобразия аккуратно. Каждое закругление переходящих дыр, каждая тряпочка, каждая палочка, словно лежит на своём месте, не бросаясь в глаза на предмет хаоса. Проходы хоть и похожи на туннель от громадного дождевого червя, ни одной пылинки на полу мною замечено не было. По всюду царит атмосфера чистоты и симметрии приятной для глаза, явно демонстрируя, что именно для этого тут всё с такой тщательностью выводилось и дорабатывалось.

— Хоть бы тёлочка… хоть бы тёлочка… — прошептав что-то очень и очень тихо, я наконец-то зашёл внутрь.

Чтобы избежать момента с каким-нибудь скримером, который вылезет в самом конце или потрогает меня сзади за плечо, я быстро ворвался в каждую из комнат, мазнув по ним мимолётным взглядом. К счастью никто на меня не вылез, не вздрогнул и вообще никак себя не выдал. С одной стороны это было хорошо, а вот с другой… С другой выходило, что весь предыдущий час я занимался полнейшей хренью, танцуя чуть ли не с бубном и всё в пустую. Однако, этого было мало, чтобы меня расстроить, так что грустил я ровно до первой комнаты. Подобный спектакль попросту был необходим и в дальнейших объяснениях не нуждается. Я сделаю так и в следующий раз, и через раз, и через-через раз, потому что именно так можно наладить контакт с неизвестным. Других вариантов я ещё не придумал.

Если же возвращаться к первой комнате, то она в себе несла, пожалуй, ключевую функцию для любого живого объекта. Здесь жрали. Я бы мог выразиться иначе, всё-таки уверенности в том, что тут обитает девушка я всё ещё не теряю, но на то были вполне обозримые причины. Посередине комнаты, уперевшись в стену, стоял каменный стол, словно являющийся её продолжением. На нём расположились фиолетовые корешки, небольшая миска с сушёными зелёными мальками, ещё какие-то сушёные явства и огромная лохань прямо посередине. А жрали здесь, потому что это была единственная комната, в которой не так приятно пахло, как того хотелось в начале.

Не буду искать аналогии запаха, просто остановимся на том, что лохань забыли помыть и нечто кашеобразное внутри испортилось. Что же касается корешков и сушёных мальков, то тут всё понятно, либо аперитив, либо специя, либо добавка к питанию. В общем, тут всё как было на моей кухне, разве что здесь в разы аккуратней и есть дырки в стенах, заменяющие полки.

Но всё же одна странность тут была, покрывая каждую часть пищи чёрным следом. Словно кто-то украл маскировку амурского тигра, перенеся её на здешнюю пищу. И что-то я не помню на тех же рыбках подобных татуировок, а значит, это сделал сам обитатель. Как, зачем и для чего это уже не главное, но как минимум у него есть представления об красоте. Уже хоть что-то, если не учитывать мерзотный запах от огромной посудины.

Первым впечатлением я остался доволен, переместившись в другую комнату. Больше всего меня радовал тот факт, что иномирец точно кушает. Пускай нет столовых приборов, ну да и я сам ел всё одними руками. Главное, раз у него есть что покушать, значит он это делает на периодической основе. А значит, имеет рот и зубы, которыми нужно разрывать пищевые волокна, а также имеет горло, чтобы в него что-нибудь засу… чтобы в него попадала пища. Сюда так и напрашивается вставить что-нибудь про речевой аппарат, но пока что придержусь. Хотя бы рисовать она умеет, ну а остальному научим.

Кстати о рисовании. Следующим на очереди был огромный коридор, который вёл в три разных комнаты. И если во время беглого осмотра рисунки на стенах я как-то пропустил, то сейчас можно с полной уверенностью сказать, что тут живёт нечто антропоморфное. На стенах были изображены виденные мною ранее зелёные рыбки, преследующее их чёрное облачко, отмеченное красным цветом, жираф-лама, отмеченная зелёным и много чего ещё, что я пока что не видел. К слову, если верить рисункам, то здешняя фауна куда обширней моей с козлами, да кабанами. Всего в коридоре присутствовало порядка 7 различных существ примерно понятных мне и ещё несколько, которых как-то охарактеризовать не представляется возможным. Что-то с лапами, ртом, головой, ну а дальше ничего конкретного на ум не приходит.

Однако больше всего меня радовала именно раскраска. Раз у данного художника имеется общее со мной понимание хорошего и плохого, значит он умеет мыслить. Мысли или мысли-образы есть у тех же слонов или дельфинов, но здесь изображена именно последовательность, с акцентом на часть той или иной модели поведения. А это уже уровень примерно человеческий, что куда интересней…

Загоревшись азартом изучить чужую историю, я не стал долго задерживаться в рисовальной зоне. Проникнув за очередную занавеску, теперь меня встретило самое настоящее место для медитации. Или, по-простому, спальная зона.

Данная комната напоминала разинувщего пасть пакмена, который хочет поймать что-то сверху. Каменные своды будто повторяют очертания несуществующего жёлтого шарика, заполняя его ротовую полость выступающим из потолка выступом. Выступ этот не простой, а больше похож на кратер вулкана, разве что направленный вниз, а не вверх. На полу прямо под жерлом расположена ярко-красная подушка, практически современного толка. Больше ничего в комнате нету.