Змеи Аргадзона (СИ) - Токарева Ольга "molishna" - Страница 7

Так летели дни и месяцы, ей исполнилось три года, но вот с речью у Зариславы были проблемы, не говорила ни одного слова. Всё понимала, на пальчиках показывает, улыбается, но молчит. Бывало, посадит её Макар к себе на коленки и пытается разговорить, скажет слово и говорит:

- Повтори.

Она положит свою маленькую ладошку ему в ладонь, прижмётся к лицу и поцелует в стариковскую щетинистую щеку. Вот всё понимала их кудрявая и рыжеволосая, словно солнышко, девчушка, но говорить не хотела.

Глава 2. Детский дом

Вскоре из дома малютки Зариславу перевели в детский дом. И опять ревели дед с Глафирой. Особенно та, она и так всё реже навещала малышку, ноги совсем перестали ходить. А как узнала, что их кровиночку в саму Москву в детский дом отправляют, так совсем слегла. Лежит на кровати сухенькая, маленькая, смотрит пустыми глазами и только слёзы катятся по щекам на подушку. Макар сначала уговаривал, ходил вокруг неё, успокаивал, но видя, что никакие уговоры не помогают, как заорёт:

- Прекратить слезы лить! Ребёнка хоть и увезли далеко, всё равно чувствует, что мать рыдает!

После этих слов Глафира как очнулась, не плакала ни разу. А Макар ей пообещал:

- Деньги есть, наймём машину, съездим и повидаем нашу Зариславушку.

Только когда они приехали, не узнали своей малышки, из весёлого улыбчивого ребёнка она превратилась в затравленного зверёныша. Воспитателем в их группе была одинокая и злая дама. Высоченная, худющая, всегда одета в белую рубашку и строгий тёмно-синий костюм. Длинные чёрные волосы закручены и собраны в тугой пучок на голове. Близко посаженные серые глаза всегда смотрели зло и надменно. Первым делом она коротко подстригла волосы Зариславы, объяснив, что косы ей заплетать некогда. Вот тогда Зарислава первый раз заговорила, она билась в истерике и кричала - мои волосики! Пришлось вызвать врача и уколоть ей успокоительное.

Директор детдома, Вера Михайловна, узнав, в чем дело, наказала воспитательницу и строго заявила, что если ещё что-то подобное повторится, то Элеонора Зюйдовна может поискать другую работу. Слова директрисы сильно задели Элеонору, она столько лет отдала детям, а её незаслуженно обвинили. И она ещё больше возненавидела Зариславу.

Когда приехали Макар и Глафира, девчонка уткнулась бабке в подол и залилась горькими слезами, плакали и старики, но ничего не могли поделать. Хорошо, что всю эту сцену их встречи увидела Вера Михайловна, подойдя, она погладила Зариславу по голове и сказала:

- Вот наступит лето, и я обещаю отпустить тебя на каникулы к твоим родителям.

Она читала досье на Зариславу и знала, что её нашли в лесу. Видела пожилых людей, приезжающих к девочке, и их глаза, полные любви и счастья при виде рыжеволосой. Зарислава подняла голову, в её глазах цвета солнца читалось неверие, она растёрла ладошкой по щекам слёзы, успокоилась и обняла за ноги директрису в знак благодарности. А затем, вся счастливая, шмыгая носом, залезла к Глафире на коленки и прижалась к ней, тихо сидела и гладила её по сморщенной старческой руке.

Глава 2.2

Директриса сдержала слово, сообщила Макару, когда он сможет написать заявление и забрать на каникулы Зариславу. Сколько было радости и счастья от этой встречи у обоих. Дед с бабкой не знали, куда усадить и чем попотчевать любимицу. А для Зариславы наступили самые счастливые дни. Целое лето она бегала по лугам, ловила бабочек и стрекоз. Макар брал её в лес, собирать малину. А ближе к осени Фёдор Степанович посадил их в машину, и они поехали за грибами. Сколько было счастья и азарта, когда девочка находила гриб и бежала к Макару, крича:

- Папа! Смотри, какой я гриб нашла!

Макар восхищённо взмахивал руками и качал головой при этом, говоря:

- Никогда не видел таких больших и красивых грибов.

А Зарислава, положив гриб в корзинку, тут же начинала кричать на весь лес:

- Дядя Федя - ау!

- Ау! - отвечал ей Фёдор, спрятавшись недалеко за берёзой.

Так они по лесу и перекрикивались, а Макар ходил следом за девчушкой, боясь потерять её из вида. Зарислава перестала называть их мамой и папой в пять лет. Когда они приехали к ней на день рождения, она выбежала их встречать, крича на бегу:

- Ко мне мама с папой приехали!

Старшие ребята увидели их и долго потом смеялись и измывались над ней, говоря - ну и старые у тебя предки! И хохотали в голос.

Зарислава, забившись под крыльцо - своё излюбленное место, сидела на корточках и плакала. Всё волшебство и счастье от подарков развеялось вмиг. Она, конечно, подралась со всеми, кого укусила, кого-то поцарапала, разумеется, и ей досталось изрядно.

Разнял их Василий Александрович - физрук. Строгий, под два метра роста дядечка, преподающий физкультуру у старшеклассников, его все побаивались. Когда он подошёл и стал разгребать кучу, откидывая навалившихся на Зариславу пацанов, она в бешенстве ухватилась за его руку, да так и повисла, вцепившись в неё зубами. Надо отдать должное физруку, он даже бровью не повёл, а стоял и ждал, когда воспитанница, наконец, сообразит, что она делает. Вокруг уже собралась целая толпа ребят, все ждали развязки, ехидно похихикивая. Провисев на руке физрука изрядное время, Зарислава наконец поняла, что рука, в которую она вцепилась зубами, слишком большая. Она приподняла взгляд и встретилась с карими глазами высокого крепкого мужчины. Зарислава часто видела его и девчонки ей говорили, что этот физрук - зверь, а не учитель. От страха у неё навернулись слёзы на глаза, и вскоре по коридору разнёсся громкий плач. Все ребята дружно рассмеялись. Только физрук сдвинул брови, окинул всех хмурым взглядом, от которого все сразу умолкли, и строго сказал:

- Кто продержится на моей руке столько же времени, сколько провисела эта девочка, возьму к себе в секцию.

Все стояли притихшие, каждый воспитанник детдома мечтал попасть в секцию по восточной борьбе, которую преподавал Василий Александрович. Но никто не решился, каждый представил, как цепляется зубами за руку физрука и висит на ней, все поняли, что не смогут.

А тем временем физрук, поставив Зариславу на пол, взял её за руку и повёл в неизвестном направлении. Ребята бросились обсуждать и представлять, как накажут Славку. Имя Зариславы детдомовцы тоже быстро сократили - вместо красивого девичьего имени наградили пацанским, дразня Славкой за склочный и задиристый характер. А многие после очередной драки называли её волчарой за особенность пускать в дело зубы.

Василий Александрович провёл Зариславу длинным коридором, прошёл мимо кабинета директрисы. У Славы подкосились слегка ноги, когда она подумала, что её ведут к «СС». Прожив здесь немного, она узнала, что так дети за глаза называют Элеонору Зюйдовну. Злобы у той хватало на всех, за любой проступок, не понравившейся ей, она строго наказывала нарушителя дисциплины, закрывая в кладовке, где держала все свои принадлежности уборщица баба Клава. Но никто не жаловался, каждый понимал, что сделает себе только хуже.

Зарислава не знала, что значит слово «СС», но учитывая то, с какой осторожностью и за глаза дети называли так Элеонору, внутреннее чутьё подсказывало ей, что это какое -то нехорошее слово.

Вскоре Зарислава узнала много нехороших слов и даже со временем сама частенько вставляла пару ласковых, если у неё что-то не получалось. К удивлению девочки, физрук не повёл её к «СС», а они дошли до самого конца коридора и остановились у двери.

Слава уже знала, что за дверью расположен большой зал, где дети прыгают, бегают и играют с мячиком. Физрук открыл дверь и пропустил вперёд Зариславу. На них повернули головы с десяток мальчишек, все они были разного возраста, одеты в широкие штаны, в тон рубашкам на них были повязаны пояса разного цвета.

- Так, внимание ребята, представляю вам новую ученицу!

Послышались одинокие смешки.

Кто смеялся, подойти ко мне.

Зарислава увидела, как из стоящих ребят выходят трое мальчишек с опущенными головами.